"Фантастика 2024-164". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте" - Страница 654

— Именно так, — кивнул головой исполнявший обязанности главного конструктора завода — Аркадий Дмитриевич Швецов. Сказать, что инженер-двигателист немало удивился, когда к нему на прием попросился «главный по танкам» из наркомата среднего машиностроения, значило не сказать ничего. Всё же, где были они, и где был он! Земля и небо, небо и земля. Откуда вообще могли взяться хоть какие-то точки соприкосновения? И, тем не менее, столь дорогого гостя встретили со всем радушием. И делать это было отчего. Завод пока еще работал в свою полную мощность, массово отправляя в войска и на авиастроительные предприятия свою продукцию, но отблески света от клинка, занесенного над моторами воздушного охлаждения, сумели разглядеть уже все в руководстве предприятия, отчего были рады любому потенциальному заказчику.

Слишком уж сильно, что в руководстве страны, что в наркомате авиационной промышленности, впечатлились немецким Ме-109 с его изящным, можно даже сказать — стройным, силуэтом, не идущим ни в какое сравнение с бочкообразными машинами конструкции Поликарпова. Отчего срочно захотели такого же «тела» уже для своих боевых машин, что означало лишь одно — на первое место обязаны были выйти авиационные моторы водяного охлаждения. И для пермяков это была катастрофа! Их завод банально не располагал, ни оборудованием, ни компетенциями, для производства продукции подобного типа. Потому и спешили, как могли, с разработкой новейших мощных моторов, должных составить серьезную конкуренцию пусть не столь сильным, но гораздо более узким в профиле и от того обладающим гораздо меньшим лобовым сопротивлением М-103/105[1] и АМ-34/35[2]. Но особо больших надежд пока не питали, ибо прекрасно видели своими собственными глазами, что 18-цилиндровая звезда М-71 канючила и никак не желала начинать нормально функционировать.

— И какая у него запроектирована максимальная мощность? — продолжая рассматривать мотор, который так и не сможет встать в строй, поинтересовался Александр, чтобы, наконец, начать уводить беседу в нужную ему сторону. А то и так на предварительные расшаркивания и экскурсию по цехам ушло не менее полутора часов. Тогда как ему необходимо было спешить. Ведь в Пермь он заглянул, так сказать, проездом, держа путь в Забайкалье, где ему предстояло на месте изучить итоги боев бронетанковых сил РККА с войсками Японской империи.

— По теоретическим расчетам должно выйти под 2000 лошадиных сил, — не стал скрывать Швецов такие данные, хоть те и проходили под грифом «Секретно».

— Много! — цыкнув языком, покачал головой Геркан. — Для танков слишком много. Все наши имеющиеся КПП и бортовые редукторы будет просто рвать такой мощью, — пояснил он создателю двигателя свою не сильно положительную реакцию.

— В таком случае предлагаю обратить внимание на менее мощный, 14-цилиндровый мотор М-81. Он предположительно сможет выдать 1600 лошадиных сил, — простер рукой в сторону расположенного по соседству двигателя их главный конструктор.

— Тоже много, — опять посетовал Геркан. — И больно уж он громоздкий! Сколько у него диаметр выходит? Метра полтора? — пока двигателист не начал говорить о возможности дефорсирования, краском опять увел беседу чуть в сторону, дабы в конечном итоге прийти к вопросу снижения габаритов моторов, каким собственно путем и появился в известной ему истории легендарный М-82[3].

— Несколько меньше, — легко повелся на незамысловатую уловку в разговоре ничего не подозревающий об истинных планах своего собеседника Аркадий Дмитриевич. — 1375 миллиметров.

— И это тоже много, — вновь покачал головой заезжий гость, принявшись далее откровенно придумывать, — в моторно-трансмиссионное отделение танка никак не влезет. — Его бы чуть поменьше сделать? Как? Можно?

— В принципе — можно, — не сдержав тяжелый вздох, кивнул головой Швецов. Увы ему, но надежда сбыть заезжему гостю уже почти готовый двигатель — не оправдалась. — Насколько меньшего размера вам необходим силовой агрегат?

— У него, как я полагаю, диаметр цилиндра точно такой же, как у старичка М-25 и всех его производных? — вместо ответа, задал встречный вопрос Александр, поскольку именно озвученный факт, как нельзя кстати, подводил к столь нужному ему конечному результату.

— Совершенно верно. 155 с половиной миллиметров. А ход поршня — 174 с половиной, — ответил чуть больше, чем спрашивали, Аркадий Дмитриевич.

— А вот вы знаете, что? Подсократите что ли ход поршня до значений размера диаметра цилиндра. Это ведь повлечет за собой уменьшение не только самой поршневой группы? Я прав? — что-то такое Геркан помнил про М-82, что данные показатели у того, либо полностью совпадали тютелька в тютельку, либо были прямо очень близки. Вот и проявил, так сказать, волюнтаризм, самостоятельно определив то, что хотел бы получить в итоге. — И ещё одно! Почему бы нам при этом не убить целую стаю зайцев всего одним выстрелом? — чуть хитровато улыбнулся он. — Пусть двигателей будет несколько. Два для нас, танкистов, — 14-цилиндровый и половинка от него — 7-цилиндровая. Возможно, выйдет получить дуплекс для среднего и легкого танков на одной производственной базе. Это было бы вообще отлично! Но при этом данные моторы должны быть дефорсированными версиями своих авиационных собратьев. Таких же двух 14- и 7-цилиндровых. Ведь в обсуждаемых размерностях они, вполне возможно, составят должную конкуренцию тем же М-88, которые в силу конструктивных погрешностей всё никак не желают давать путевку в небо новейшему истребителю И-180. А вы, товарищ Швецов, вполне возможно сможете запрыгнуть на борт пытающего покинуть гавань корабля, — заговорщически подмигнул тому «дьявол-искуситель» в армейской форме, намекая на участие в проекте этого самого истребителя конструкции Поликарпова.

— Боюсь, что наш мотор окажется все же заметно тяжелее тех, что пробуют установить на И-180. — Естественно двигателист знал всё, что касалось этого перспективного самолета. Как знал и то, что вот уже почти 10 месяцев тот никак не может нормально взлететь из-за вечных проблем с моторами М-87 и М-88[4]. Но вот задания на новые авиамоторы им присылали сверку — из наркомата авиационной промышленности, которому завод обязан был подчиняться. И ничего в размерностях М-88 в их планах до сих пор не значилось. Стало быть, и финансирование таких работ банально не велось.

— Ничего страшного! — лишь отмахнулся от озвученного тезиса Геркан. — Найдем куда приткнуть. Есть, знаете ли, некоторые мысли. Зато вы только представьте себе, сколь колоссальной может оказаться экономия в масштабах всей страны от подобной унификации моторов! — едва ли не принялся блистать глазами отыгрывающий роль «строителя хрустальных мостов» Александр. Должен же он был создавать себе алиби на случай чьих-либо возможных разбирательств в его действиях. — Тем более что этот ваш М-81, как мне видится, будет лишь потерей времени. К примеру, ставя себя, как создателя боевой техники, на место того же Поликарпова, я прямо начинаю закипать внутри, когда вижу, что в габаритах куда более мощного мотора мне пытаются втюхать намного более слабый силовой агрегат. Втюхать, втюхать, — покивал он головой порывавшемуся что-то высказать в ответ Швецову. — Не стоит кривиться от этого слова. Оно как нельзя лучше отражает истинное положение дел. В моём танковом хозяйстве в данный момент имеется точно такая же беда. Не хотят мне производственники выдавать модифицированные моторы ЗИС-а в том количестве, в котором они крайне необходимы. Всё пытаются втюхать, — вновь сделал он акцент на данном слова, — старые моторы в 73 силы, что по размерам один в один с новыми 100-сильными, но куда проще в изготовлении. Хотя в случае с авиационными моторами всё это, конечно, совершенно не моё дело. У вас имеется свой наркомат, своё начальство, своё видение. И кто я такой, чтобы влезать именно в ваши дела. Но вот мой двигатель. Танковый. Точнее двигатели. Потрудитесь исполнить в металле не позднее конца февраля будущего года. Исполнить с учетом выказанных мною сейчас и здесь пожеланий. Тем более, что львиная доля работы, во всяком случае, её теоретическая часть, вашим КБ уже проведена при разработке имеющихся двухрядных звезд. За что вам и вашим коллегам честь и хвала. Уж мне-то ведомо, что это такое — изобретать что-то действительно новое, когда все вокруг считают, что там и делать-то ничего не надо, лишь чуть усилить тут, да увеличить там, да еще переделать здесь, чтобы новая конструкция стала просто замечательной.