"Фантастика 2024-164". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте" - Страница 721

Завершился же отбор колесной техники на броневиках и БТР-ах. Тут генерал-полковник лишь поморщился от вооружения первых, которое уже вообще не отвечало требованиям времени, и сделал акцент на вторых. Благо техника была более чем знакомая, ведь, именно ориентируясь на американский колесно-гусеничный М-3, он некогда и протолкнул на вооружение РККА схожую машину. Так что не стал себе изменять, отдав предпочтение именно М-3 во всем её многообразии, вроде установок ПВО, полковых и дивизионных САУ, самоходки ПТО и командирской машины.

Глава 19

О танках и грязи

Как можно было изначально догадаться, всего за 1 день нечего было даже мечтать объять всё представленное на смотр техническое богатство. Лишь благодаря своим знаниям будущего Александр успел обозреть в свой первый визит на полигон всю колесную технику. И это был очень солидный результат! Поскольку изначально лишь на это отводилось не менее недели. Однако повторить его и с гусеничными машинами, вряд ли виделось возможными. Ведь выстроенные в ряд внешне идентичные танки на самом деле отличались очень сильно друг от друга, как из-за абсолютно разных силовых агрегатов, так и по причине изготовления на разных непрофильных предприятиях, ведь специализированного танкового завода у США до начала войны не существовало вовсе.

— Я смотрю, вы не сильно довольны тем, что видите перед собой, — переведя взгляд с легких танков типа М-5 «Стюарт» и построенных на их шасси иных боевых машин на советского генерала, резюмировал очевидное Кристмас. Больно уж показательно, словно от зубной боли, кривился гость, рассматривая данную легкобронированную технику.

— Именно так, господин бригадный генерал, — не стал отрицать очевидного Геркан. Насколько сильно ему нравились американские грузовики и легковые автомобили, настолько же сильно он был не в восторге от американских танков, что создавались на скорую руку, базируясь на сильно устаревшие довоенные конструкции. — Мы у себя еще 6 лет назад отказались от производства подобных машин, как от тупиковой ветви развития танков. И война наглядно показала, что поступили совершенно верно. Ни их защита, ни их вооружение, уже никак не котируются на современном поле боя, заполоненном всевозможным противотанковым вооружением. Тут ведь даже пушку под рукой иметь не надо, хватит и противотанкового ружья, чтобы гарантированно растерзать такую машину, — мотнул он головой в сторону М-5. — А ведь по бумагам она будет проходить, именно как полноценный танк. В результате чего командование на местах, несомненно, начнёт бросать их в наступление там, где и тяжело бронированные аналоги будут иметь не сильно великие шансы уцелеть. Потому, как мне видится, лучше вовсе не иметь их на вооружении и тем самым не рисковать потенциальным провалом операций на тех или иных участках фронта.

— Но ведь вы сейчас смотрите не на танк, а на самоходку, — тут Джон был полностью прав, поскольку Александр наиболее внимательно рассматривал САУ М-8 — по сути, тот же М-5 «Стюарт», только с несколько увеличенной и открытой сверху башней, что смогла вместить в себя 75-мм гаубицу вместо 37-мм пушки.

— Да. Вы правы, — покивал головой краском. — Раздумывал над тем, станут ли наши командиры среднего звена кидать подобные машины в бой в качестве танков, а не применять их по прямому назначению, как легкие самоходки. И понял, что станут. Непременно станут. Отчего потери в них будут колоссальны. Они ведь у вас по всем показателям, за исключением разве что скорости хода, уступают даже нашим старым Т-26Э, снятым с производства еще в прошлом десятилетии. А эти старички живут на современном поле боя какие-то считанные минуты. Мы их сейчас применяем разве что против финнов и венгров с итальянцами, где у них имеется хоть какая-то возможность прожить подольше, да причинить противнику определенный ущерб. Тогда как кидать их против немецких частей — всё равно, что самому сжигать. Отдачи никакой, при громадных потерях.

— Ну, это уже не вина техники, что её применяют не по назначению, — вполне логично возразил конструктор американских танков. И в этом он был прав на все сто процентов. — Все же мы здесь и сейчас рассматриваем танки-разведчики и легкие САУ, которым прямое противостояние с главными силами противника изначально совершенно противопоказаны. Или же вы будете утверждать, что их боевые задачи вовсе не следует никому выполнять?

— Всё именно так, как вы говорите — не стал тут спорить Геркан. — Однако реалии ведения боевых действий раз за разом демонстрируют нам удручающую картину. В целях пересиливания противника в бой начинают кидать вообще всё, что имеется под рукой, — привычно развел он руками, как бы тем самым говоря — «Ну, что возьмешь с дураков?». — И когда в тонкую противопульную броню подобной машины влетит снаряд, никакие ваши слова не помогут ей уцелеть. Как и её экипажу. А потому повторюсь. Лучше вовсе не иметь их на вооружении, коли имеется такая возможность.

— Ваше право, — только и оставалось, что слегка склонить голову Кристмасу, хотя он всё же остался при своём собственном мнении. Ведь американской армии еще ни разу не приходилось сталкиваться с такой ситуацией, когда генералам и полковникам приходилось бы бросать в бой вообще все свои силы. Флоту — да. Армии — нет. И даже на тех же Филиппинах, скорее, случилась массовая сдача в плен японцам брошенных своим командованием американских войск, нежели битва до последнего патрона и последнего вздоха. — А что вы скажете по поводу нашего М-4 «Шерман»? — пройдя метров десять вперед, похлопал он рукой по борту первого из представленных танков этой модели.

— Схожий по габаритам и характеристикам танк у нас когда-то тоже производился. Разве что опять же лучше бронированный. Однако, года полтора назад мы прекратили их изготовление, — пройдясь взглядом по всему ряду «Шерманов», слегка пожал плечами Геркан. — Увы, но развитие немецкой противотанковой артиллерии банально не оставило ему шанса на выживание. Вот и пришлось переходить на гораздо более живучую технику нового поколения, что ныне производится на наших заводах. — Скрывать что-либо в этом плане не имело никакого смысла, поскольку, и Т-44, и Т-54, уже не единожды успели засветиться на парадах. А то, что они являлись яркими представителями уже следующего поколения танков, было видно с первого же взгляда на них.

— Насколько я понимаю, вы говорите о вашем Т-34? — Джон уже не единожды слышал об этом танке и даже видел фотографии, но вот пощупать его вживую не сподобился. Впрочем, он вообще за всю свою жизнь не видел вживую ни одного иностранного танка, за исключением английского Виккерса 6-тонн и еще более старого французского Рено ФТ-17, аналоги которых пытались строить в США в 20-х и 30-х годах. Даже трофейные итальянские и немецкие машины не попадали к нему на изучение, поскольку никому в голову не приходило тащить их из Африки в Америку, полагая, что отечественным конструкторам-танкостроителям хватало рапортов с фронта для полной оценки техники противника.

— Верно понимаете, — согласно кивнул генерал-полковник в ответ на предположение своего «гида». — Хотя он по своим характеристикам, скорее, был ближе к вашему тяжелому Т-14[1], нежели к среднему М-4, — махнул он рукой в сторону «выглядывающего» из-за корпуса крайнего «Шермана» американского тяжелого танка. — Только тонн на десять полегче за счет более рациональной конструкции корпуса и шасси. И несколько более защищенный в плане толщин брони. Но именно его работу мы и желаем перепоручить боевой технике вашего производства. Поскольку для максимально возможного насыщения войск танками её должно будет хватать с лихвой, и нам не придется отвлекать собственных производственников на создание более дешевых и посредственных машин, чем те, которые они дают Красной армии ныне.

— И что же это за работа, позвольте полюбопытствовать? — был бы Джон быком, непременно громко фыркнул бы носом в этот момент, столь сильно американец оказался задет тем тоном откровенного пренебрежения, что был им прекрасно расслышан в словах собеседника.