"Фантастика 2024-164". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте" - Страница 727

— Неоперабельный рак головного мозга, — продемонстрировал добровольный участник эксперимента по блиц обучению боевым и техническим знаниям, что все былые блоки с его памяти надежно удалились в процессе пробуждения.

— Совершенно верно, — не став того жалеть, тут же кивнул головой профессор и вернулся к дальнейшему наблюдению за действиями своих подчиненных. Не хватало им ещё как-либо напортачить сейчас, уже по завершению эксперимента. — И как раз сегодня вышло время, изначально отведенное профильными врачами на ваше пребывание в виртуальной реальности. Большего ваш мозг вынести уже не смог бы без фатальных для вашего организма последствий.

— Да куда уж фатальней, профессор, — несколько каркающее из-за пересохшего горла рассмеялся находящийся в капсуле мужчина. — Мне жить осталось месяц — полтора! Не больше. А вы тут говорите о каких-то последствиях для организма! Это ведь смешно!

— Всё так, — не стал спорить ученый, прекрасно знавший, сколь сильный морально-психологический удар получали все без исключения его подопытные по выходу в реальность из придуманного для них мира, где те успевали прожить полноценную жизнь. — Но мы, как государственное учреждение, действуем строго по установленным правилам. Одобрившая ваше участие в эксперименте врачебная комиссия постановила пробудить вас именно сегодня. Мы и пробудили. И с этого момента ваша жизнь находится исключительно в ваших собственных руках. Вы вправе ею распоряжаться, как того желаете.

— Понятно, — мгновенно осознав всё недосказанное, печально усмехнулся пробудившийся, — снимаете с себя ответственность за мою жизнь и мою смерть.

— Именно, — не стал и тут оспаривать слова собеседника глава лаборатории. — Уж поверьте, нам лишние проблемы и судебные тяжбы ни к чему. Вы, уважаемый, своим подковерным жульничеством и так смогли обеспечить лично мне немало дополнительной седины в волосах. Потому относиться к вашей ситуации с каким-либо пониманием, не имею ни малейшего желания. За сим, позвольте откланяться. Мне еще анализировать итоговый процент усвоения вами всех изученных в виртуальном мире материалов, а вам проходить медицинское освидетельствование перед выпиской и отправкой на все четыре стороны. — Прощайте. Надеюсь, что мы с вами более никогда не встретимся вновь.

Таким вот образом завершилось пятимесячное погружение очередного добровольца в выстроенный искусственным интеллектом на основе самых полных архивных данных мир прошлого, чтобы в конечном итоге стать ещё одним кирпичиком в деле построения новой программы подготовки солдат и офицеров. Ведь вместо того чтобы просиживать месяцы или же годы за учебными партами, их в самом скором будущем виделось возможным всего на месяц погружать в подобное пространство виртуальной реальности, где время протекало в 60 раз быстрее, дабы на выходе получать уже готовых и, главное, опытных профессионалов своего дела.

А что до «лабораторных мышей», то их моральные страдания от потери целой прожитой жизни являлись лишь никому не интересным фоном ведшейся научной работы. За то им полагались соответствующие выплаты и два десятка бесплатных сеансов психотерапевта. Что, впрочем, помогало не всегда. Некоторые люди так и не находили в себе силы вернуться обратно к своим былым серым реалиям жизни, побыв до этого в шкуре одного из величайших ученых человечества или же властителя сильнейшего государства, а может просто прожив жизнь очередного древнего завоевателя. Потому порой и случались с такими персонами не сильно приятные эксцессы, что в свою очередь отпугивало многих прочих от участия в подобного рода экспериментах. Многих, но не всех!

[1] По-9 (Поликарпов-9) — АИ аналог реального МиГ-9.

Эпилог

Ни генерал-майор, ни профессор, на сей раз не смеялись и не шутили. Оба они с совершенно постными лицами рассматривали многочисленные провалы в стенах здания института, кои еще вчера могли похвастать идеальным видом.

— И как всё это произошло? — стоя за оцеплением спецназа внутренних войск, вопросил ученый, прислушиваясь к доносящемуся откуда-то изнутри строения реву мощного дизельного двигателя и грохоту рушащихся стен с перекрытиями.

— У него танк, — только и смог, что пожать плечами в ответ представитель военного заказчика, прибывший к месту происшествия всего пятью минутами ранее. — А, как вы сами понимаете, против танковой брони пули служебного оружия охраны института оказались совершенно бесполезны.

— Танк? Танк! Откуда у него мог взяться танк! — практически взорвался от прежде сдерживаемого негодования представитель научной интеллигенции, на чьих глазах только что обрушилась торцевая стена одного из корпусов института и в образовавшемся пылевом облаке промелькнул громыхающий угловатый силуэт, что спустя какие-то секунды со скрипом и скрежетом вломился в соседнее здание, которое также тут же началось подвергаться тотальному уничтожению изнутри путем тарана и перемалывания гусеницами всего, что попадалось на пути многотонной боевой машины.

— Угнал древний Т-34 с постамента в одной небольшой деревне, — как о чём-то само собой разумеющимся, поведал военный, которому уже успели донести всю известную на данный момент информацию. — Выдал себя за представителя танкового музея и наплел местно администрации, что им поступил заказ от министерства обороны о подготовке танка к участию в Параде победы на Красной площади. После чего менее чем за сутки в одиночку полностью реанимировал его. Видать, действительно на отлично усвоил весь тот материал, которым оказался напичкан его разум по итогам проведенного вами эксперимента.

— И вы так спокойно об этом говорите! — вновь принялся брызгать слюной взбешенный пассивностью военного профессор, чьё место работы конкретно в данный момент безжалостно уничтожалось очередным «вернувшимся оттуда психопатом».

— Ну да. Это ведь не армейская техника, а музейный экспонат. Стало быть, армия никакой ответственности за всё происходящее не несет, — поведал главную причину своего спокойствия генерал-майор, чем лишь ввёл собеседника в ещё большее состояние негодования. Ведь он фактически дал понять, что в данном случае никаких компенсаций от военного ведомства ждать не следовало вовсе. А всё порушенное впоследствии предстояло восстанавливать исключительно за счёт собственных фондов института. — И вообще, радоваться надо, что хоть этот не кинулся собирать в гараже атомную бомбу, а ограничился всего-то танковой атакой.

— Радоваться? Радоваться! Идиоты! — только и смог что высказать профессор, которого уже начало трясти от обуявшего его негодования и осознания того, на кого именно в конечном итоге окажутся повешены все собаки. — Да бейте вы уже по нему из гранатомета! — держась за голову, буквально простонал он, когда увидел, как вырвавшийся изнутри очередного порушенного корпуса изгвазданный бетонной и кирпичной пылью танк вломился в третье по счету здание института, начав крушить и его тоже.

— Не положено. Инструкция! — веско возразил против подобного подхода к решению вопроса представитель армии, чем заслужил в свой адрес откровенно уничижающий взгляд руководителя эксперимента.

— Тогда чего вы тут все стоите, если даже не собираетесь останавливать его? — ткнув пальцем в сторону очередного содрогающегося от «незапланированных демонтажных работ» строения, возопил ученый.

— Ждем, пока его там чем-нибудь наглухо засыплет. Или пока он не провалится в подвал. Или пока не спадет гусеница. Вариантов много. — Всё так же продолжая оставаться внешне совершенно спокойным, перечислил возможные варианты развития событий генерал-майор. — Но в том, что это всё, — обвел он рукой видимые взгляду разрушения — обидно, я с вами полностью солидарен. И ведь, что самое обидное, не к кому будет предъявить счёт на возмещение ущерба. Этот, в прямом смысле данного слова, больной на всю голову эрзац-танкист, скорее всего, не дотянет даже до суда. Да и вы сами говорили ранее, что он заранее продал своё имущество, чтобы раздать взятки вашим лаборантам и служащим, дабы облегчить себе пребывание в виртуале. А то не сильно великое вознаграждение за участие в эксперименте, небось, полностью потратил на подготовку к созерцаемому нами ныне танковому родео. Ещё и дни свои последние проживёт за счет налогоплательщиков, включая нас с вами, пусть не в уюте, но уж точно в тепле и с трехразовым питанием.