"Фантастика 2024-164". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте" - Страница 897

К нашему походу сколько дальнобойных арбалетов сделали, сейчас висят аккуратно на специальных крюках в корабельном арсенале. На каждом струге получилось почти половину стрелков этим дополнительным оружием обеспечить. Почему? Да потому что малые работают только на коротких дистанциях, на тех же реках, на море. При штурме стен они себя прекрасно показали. А для этого похода требовались более мощные. Тут всё-таки степи. У кочевников луки бьют дальше, и стрел они могут выпускать гораздо больше нас. Надо это их преимущество каким-то образом компенсировать. Вот и клепали всю осень и зиму, да и на весну работы осталось, мощные арбалеты с механическим воротом. Тренировали стрелков, отбирали самых умелых в новые команды и опять тренировали. Самое тяжёлое – это было взводить тугие плечи воротом. А самым главным по-прежнему оставалась жизненная необходимость защиты самих арбалетчиков.

На кораблях было немного проще, поставил щиты и стреляй из-за укрытия. А в поле? Перед походом долго спорили, как защищаться на открытых местах. Пехоте проще, у них почти ростовые щиты, да и отработана была защита от обстрела лучниками, а вот арбалетчикам? В конце концов, не придумали ничего лучше переносных дощатых щитов, которые можно было скреплять между собой. После многих испытаний остановились на сборных конструкциях, за которыми получалось укрываться десяти арбалетчикам. Неточно сказал. Не укрываться, а полноценно работать. Укрываться можно было и гораздо большему числу бойцов. При первом плотном обстреле под эти переносные щиты можно было спрятать в три раза больше воинов. Это всех и устроило. Теперь эти деревяшки дожидались своего часа в трюмах в разобранном, конечно же, виде. Понадобится – соберём.

До вечера ждать не пришлось. Вскоре после обеда заскрипели пронзительно ворота, вызвав толпу мурашек по позвоночнику и заставив болезненно скривиться. Впрочем, скривились только я да Олег. Остальные то ли были более толстокожие, то ли ещё не избалованы прелестями цивилизации и имели более крепкую нервную систему.

– Ну вот, а вы переживали. Кого я вижу! Дир вышел навстречу. А народу-то с ними сколько, да все такие разодетые! Нашему приходу, наверное, радуются! Наконец-то! – громко хмыкнул Трувор.

– Удалось Аскольду что-то вбить в их упрямые головы. Что, брат, пойдём навстречу? – улыбнулся Рюрик.

– Зачем? Время было дано подумать до вечера, а до него ещё ой как далеко, поэтому мало ли какие причины их вынудили выйти. Может, просто в гости идут или посмотреть на нас хотят?

– Ну, всё же встретить надо. Всё-таки побратимы.

– Тут ты прав. Владимир, Олег, что скажете?

Переглянулся с Олегом, пожал плечами, предоставляя ему первое слово.

– Встретить надо.

– Да пора уже выходить. Пока разговариваем, они уже почти до лагеря дошли. Могут и обидеться… – поторопил я князей.

Незаметным глазу плавным текучим движением братья мгновенно оказались на ногах, одновременно сделали шаг вперёд. «Интересно, а если бы Синеус был с ними, так же одновременно получилось бы?» – пришла в голову мысль.

Видимо, пришла не мне одному, вон как Олег смотрит удивлённо.

Разговаривали недолго. Нас вежливо пригласили погостить. Сомневаться в чём-то плохом для нас желания и острой необходимости не было, да и случись что, этот город наше войско по брёвнышку раскатает за день. Вместе со всеми жителями. Правда, поможет ли это нам в случае чего? К счастью, это понимали не только мы, идя на этот обоснованный риск, но и все присутствующие. А восстанавливать прежние отношения, как ни крути, было необходимо. Оставлять кого-то в лагере не стали, приглашение было личным и недвусмысленным, поэтому решили не усердствовать в своих подозрениях, а принять его как дань вежливости и прежнему побратимству. Как оказалось, поступили правильно. Приняли нас хорошо. Ну, принимали в первую очередь князей и Олега, а я так, довеском пошёл. Это меня в своих землях знали, а тут обо мне даже и не слышал никто, кроме Аскольда и Дира, разумеется. Да и та встреча была мимолётной. Впрочем, меня это абсолютно не напрягало, в тени оно сподручнее, можно осмотреться спокойно, отношения прочувствовать.

Посидели, попировали, вспомнили былые походы и совместные сражения, это я про всех присутствующих, кроме меня. Я же наблюдал, ничего крамольного не приметив. А вскоре и мне пришлось подключиться к разговору, благо темы, наконец, пошли нужные для нас. Разговор начал Аскольд, поинтересовавшись целью нашего похода. По молчаливому уговору ответил Трувор.

– Хазары начали второй год нападать на наши земли. Что они делают, вы знаете. Люди боятся, уходят с насиженных земель. Надо отпор дать.

– Орда там огромная. Силы неисчислимые. Во все стороны растекаются, как вода. По прошлому лету малые отряды даже до наших стен докатились. Отбились мы, но надолго ли? – с болью в голосе откликнулся Дир, сжав в гневе пудовые кулаки.

– Вот и мы так подумали. Будем на месте сидеть, задавят нас поодиночке. Решили пройти, посмотреть, пощипать степь.

– Что за степь?

– Это Олег с Владимиром их так называют. Говорят, все, кто с востока приходят, степняками зовутся, потому что живут в степи. Много их там, каких только народов нет. А будет ещё больше.

– Куда уж больше. Торговые люди приплывают, рассказывают, что совсем житья не стало, обложили данью за проход через свои земли, да такой, что и торговать смысла не стало. Если совсем товар не отберут.

– Значит, ходит кто-то в ту сторону? Нам бы найти тех, кто может рассказать хоть что-то о хазарах. Пути, реки, переправы, где стоянки, или что у них там вместо городищ?

– Найти-то найдём, да вот только что с нами потом будет? Вы уйдёте, разворошите муравейник, а на нас потом всей силой и накинутся. Не выстоим мы.

– И что вы предлагаете? Сидеть и ждать, пока всех нас поодиночке, как баранов, перережут?

– А вы оставайтесь. Все вместе отобьёмся.

– Лучше будет, если вы уйдёте. Что вас тут держит? Как помню, вы же в Византию плыли?

Потупились побратимы, помолчали, переглянулись. Аскольд вздохнул тяжело, откашлялся:

– Плыли. А тут городище это само в руки упало, только протяни ладони и прими. Где мы ещё такое добудем? Кто мы раньше были? Сотники, пусть тысячники, а теперь? Городище большое, богатое, на торговых путях стоит. Одних сборов с проходящих мимо столько, что… – поперхнулся, вздрогнув.

А то мы не увидели, как его под столом Дир пнул, дабы не болтал лишнего.

– Да не наше это дело, нам без нужды. Своё бы осилить. Не заберём мы ваш Киев. Только всё равно недолго вам в нём сидеть осталось.

– Почему? – повёлся Дир.

– Как почему? Сам же говорил, что уже попробовали вас на крепость. Скоро придут большим войском и захватят. Что, сами забыли, как это делается?

– А что делать-то?

– То вам решать. Мы завтра уходим. Повоюем. Если удастся договориться, чтобы на наши рубежи не лезли, уйдём. Если нет, тогда продолжим щипать их со всех сторон.

– Много их, задавят.

– Не задавят. Умоются. Да и не собираемся мы всё время посуху ходить. Если что, на воду уйдём.

– Может быть, и получится… лодьи у вас интересные, нигде не видел таких. Вниз по реке пороги, надо будет волоком идти, справитесь?

– Справимся.

– Вот на тех волоках и ловят хазары торговцев.

– Зубы обломают.

– Ладно, об этом потом. Что ты говорил о своём княжестве? Что за новый союз?

Ну, наконец-то. А то я уже устал сидеть просто так. За столом, конечно, хорошо, всё вкусно, изобильно, но и пустые разговоры уже порядком утомили. Как Трувор с Рюриком выдерживают? Вот и Олег встрепенулся.

– Знаешь или нет, но Псков теперь отдельное княжество, в котором я княжу. Рюрик остался в Новгороде, только в новом городе, который заложил неподалёку от старого. Синеус же ушёл из Ладоги. На северном берегу Варяжского моря поставил большую каменную крепость, которую назвали Выборгом. Потом дальше на север пойдёт. Вот мы втроём и объединились в один Союз, Господарство. В Пскове верховный князь, но все важные вопросы решаем вместе. Поставили новые крепости в устье реки Наровы и на островах в Варяжском море. Строим ещё несколько. Варяжское море наше, нет у нас там противника равного. Владимир прошлым летом на Оловянные острова ходил, добычу знатную привёз. Да, с Рагнаром ходил. Теперь дан с нами. Должен ты его помнить.