"Фантастика 2024-164". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте" - Страница 975

На крыльце остановился, обернулся, оглядел площадь. Никто в спину не уставился, народ по своим делам торопится. А неприятное ощущение пропало. Ладно, может быть, мне всё показалось?

Трувор шагнул навстречу, а Горивой так и остался сидеть в меньшем кресле. Нет, всё-таки поднялся на ноги, сделал шаг вперёд. Здороваться и приветствовать друг друга не стали, виделись с ним недавно, лишь кивнули коротко головами.

Обнялись с князем, охлопали спины. Трувор вернулся на княжеское кресло, уселся, а я так и остался рядом стоять. И Горивой на своё не присел, сбоку от меня оказался. Ерунда?

А Трувор начал расспрашивать про поход. Отвечал ему, а сам соображал: «Горивой же наверняка всё успел рассказал? Что-то тут не то. И смотрят оба на меня как-то не так. Аккуратнее мне нужно быть».

— А скажи мне, боярин, отчего ты Даниэлю в Данциге взялся помогать? С какой целью?

— А как не помочь, если у него жену и детей похитили?

— Это понятно. Только я не про это спросил. Почему потом остался?

Вот оно! То, чего я подспудно ожидал, чего опасался. Получается, Горивой меня крайним делает? Почему? Ведь это же он меня настойчиво уговаривал и уговорил там остаться и помочь купцу? Та-ак. Если сейчас Трувор меня спросит, почему я в таком случае точно таким же образом замок в Бордо не захватил, то… И если князь в дружеском вроде бы разговоре резко перешёл на официальный язык…

А пока отвечать нужно. Решение-то, что ни говори, моё было. Я в походе старший. Был. Только осторожно отвечать. И каждое слово тщательно взвешивать.

— Если купец встанет во главе города, то нам проще торговать будет.

— И это всё? Сколько у тебя при этом убитых и раненых? Что? Эти потери стоят снижения торговых пошлин?

Ну да, кто бы сомневался. Ох и не нравится мне такой подход. Почему крайним делают? Подстава? В сторону Горивоя стараюсь не смотреть, боюсь — по моему взгляду всё понятно станет, а мне сейчас нарываться ни к чему, у меня же жена здесь. И молчать нельзя.

— Даже если мы только торговать собираемся, то и то стоят. Но мы ведь не только торговать собираемся? — и развернулся к безопаснику. — А ты что молчишь, Горивой? Не ты ли меня уверял, что нам нужно обязательно закрепиться в городе? Почему не рассказал князю, для чего?

— Ты за себя отвечай. Меня спросит князь, я также отвечу.

— Ясно. Княже, повторяю. Даже если только одной торговлей заниматься, то нам и пошлины меньше платить нужно будет, и товары наши без проволочек приниматься будут.

— Да они у нас и так хорошо идут. А о чём ты с Последом договаривался? Что за поселение собрался ставить? Для чего?

— Чтобы у тебя в тех землях были свои люди, своё поселение, чтобы там появился ещё один кусок нашего княжества.

— Ладно, пусть пока так будет. А из Бордо почему просто так ушли и моего поручения не выполнили? Слово княжеское для тебя ничего не значит? С графом замирился! Решил своевольничать? Ну! Говори!

— Граф слово своё дал, что не его это вина, эти подсылы. Обещал всё прекратить…

— Боярин, ты словно дитё малое. Слово дал… Обещал… Сам-то в это веришь? Вижу, что веришь. Да только у меня той веры после стольких попыток меня с супругой жизни лишить — нет. И что с тобой теперь делать, не знаю. И графа ты в живых оставил вместе с его змеиным семейством, и поселение решил основать вдалеке от меня… Словно новое место для себя подыскиваешь. Уйти хочешь? Ступай с глаз моих, пока я чего лишнего не сказал. Думать буду. И из крепостицы своей ни шагу. Ступай, ступай…

Развернулся я, покинул княжеский терем, вышел на площадь, миновал крепостные ворота. Более или менее пришёл в себя лишь в своём кабинете. Единственный и основной вопрос долбил голову. Зачем Горивою это нужно? И Горивою ли? Что мне-то делать?

Несколько раз метнулся из угла в угол, отбросил в сторону тяжёлое кресло, замер, сплюнул про себя и заторопился прочь. Пойду-ка я к паромной переправе, встречу жену. И мне спокойнее будет, и если что — вместе будем.

Присел на песчаном берегу, вспоминая каждое произнесённое князем слово, каждый жест, не утерпел — подхватился, начал мерить ногами песок. Так оно легче и ждать, и думать. Что делать?

Остановился, развернулся, пошёл по самой кромке воды, пиная ногой мелкие камушки и сухие раковины.

А что я так переживаю? Что такого-то необычного в этом разговоре? На месте Трувора я бы тоже такие же точно вопросы задавал.

Горивой? Да и бог с ним. Товарищ, товарищ… Тамбовский волк ему товарищ!

Мне сейчас самое главное понять, что им всем от меня надо? Почему никто не хочет меня в покое оставить? Чего так опасается во мне безопасник, что пытается от князя убрать? Как будто мне оно нужно, рядом с ним находиться…

А может, он за своё влияние на Трувора борется? Боится, что я его в сторону отодвину? Может быть…

Что ещё? Да вроде бы всё остальное чушь. Получается, лишь за власть опасается? А сам Трувор? Неужели не понимает, что мне эта власть ни на одно место не упала?

А как грамотно все произошедшие с нами события в свою пользу Горивой изложил. И себя от них отделил…

Ладно. Отсюда можно сделать такие выводы. Если останусь в городе, то, скорее всего, спокойной жизни мне не дадут, будут в чём-нибудь постоянно подозревать, нервы портить. Хочу ли я такой жизни для себя и супруги? Не хочу. Тогда, получается, нужно всё бросить и уйти? Да с какого бы перепугу! Это моя крепость, я тут каждый камень знаю! Сколько сюда труда и сил вложено! И что? Бодаться с Горивоем и Трувором? Бесполезно, силёнок у меня не хватит.

Присел на тёплый камень, уставился на медленно текущую воду. Что я ерундой маюсь? Нет у меня никакого особого выхода. Или устранять проблему, но тогда устранять всех, потому что одной смертью не отделаешься, или уходить отсюда. Допрогрессоровался!

Всех устранять у меня пупок развяжется, да и рука не поднимется. Это же придётся изводить и семьи. Нет, это неподходящий выход для меня.

Уходить? Бежать? Или оставаться и жить в постоянном страхе за… За жену, скорее всего…

Вот чего я больше всего боюсь! Вот что мне покоя-то и не даёт!

Тогда что? Отправить её домой? А смысл тогда было сюда тащить за собой? Размечтался! Хорошо нам здесь будет! Люди тут другие, настоящие, неиспорченные! Да такие же точно люди!

И всё-таки что-то здесь не так, неправильно в этой встрече всё. Чем дольше я размышляю над нашим с Трувором разговором, тем больше у меня вопросов появляется. Подожду-ка я немного, остыну, да и с женой ещё посоветуюсь. Может, что и подскажет…

За спиной захрустел песок. Начал поворачиваться на звук, рука упала на пояс, ухватилась за рукоять меча.

— Уф-ф, напугал.

Поправил пояс, пожал плечами в ответ на вопросительный взгляд, присел на гранитный валун-окатыш.

Рядом примостился Послед, вытянул ноги, откинулся на спину, обманчиво расслабился. Только любому сразу видно, что расслабленности тут нет и в помине, воин в полной готовности к немедленному действию.

— Насилу тебя нашёл, боярин. В Кром ходил, князь к себе вызывал. Всё выспросил у меня, что мы с тобой задумали. Я рассказал как есть, ничего не стал утаивать. Прости.

А я задумался. Уточнить только нужно:

— Что? Прямо вот так всё и рассказал? Про учинённую обиду, про наш с тобой разговор, про то, как хотел на новое место уйти? Про моё предложение возглавить всю торговлю у меня и в старшины выйти?

— Да, так всё и рассказал. Потому что надоело в себе всё держать. А сейчас прямо камень с души спал. Да и что мне терять? Всё равно так или этак уходить собирался.

— И что князь?

— А ничего князь. Сказал прочь ступать.

— А сам что на всё это теперь думаешь?

— А ничего для меня не изменилось. Как думал, так и продолжаю думать. Можно попробовать торговлей заняться. Сразу увидим, дадут ли нам это сделать. Да и старшинство манит. Если нет, остаётся уходить, как и планировал.

— Всё верно. Так же думаю.

Замолчали. Я выпрямился, походил туда-сюда по бережку, попинал ногами сухой плавник. Присел рядом с Последом, откинулся на песок.