Хранитель историй (ЛП) - Хантер Элизабет - Страница 40

— Малахай!

— Расслабься, — прошептал он, и на смену ткани пришли руки. Пальцы скользнули ниже и стали поглаживать разгорячённое тело, медленно поддразнивая. Татуированная рука скрылась под водой. Его пальцы коснулись внутренней стороны бёдер, погладили складки, прежде чем погрузились в сладкое тепло.

Её тело размякло от удовольствия. Ава выгнула спину и почувствовала, как он усыпает поцелуями её шею.

— Я обожаю прикасаться к тебе, Ава, — его дыхание обдало шею. — Тебе предначертано стать изнеженной и зацелованной. Потонуть в удовольствии.

Ава почувствовала приближающийся оргазм. Пальцы Малахая двигались неспешно, одной рукой лаская её грудь, а второй виртуозно играя с лоном, как маэстро на инструменте. Её стоны эхом разлетались от мраморных стен.

— Ты… — выдохнула она, глядя как исписанные символами руки дразнят её грудь и медленно сводят с ума под водой. — Войди в меня. Я хочу тебя…

— Я обожаю наблюдать за тобой.

Он повернул её голову, вбирая стоны поцелуем, пока она содрогалась в оргазме. Её кожа словно ожила. Ава почувствовала, как волосы на его груди слегка коснулись спины, ноги обвили её. Каждый нерв ожил. Всем своим существом она тянулась к нему.

Решон.

Слово прошептала не душа Малахая, а её собственная, пока Малахай усыпал её поцелуями, сжимая в объятиях. Тёмные чернила на белой коже. Ава увидела слабое свечение его талесм.

Решон.

Малахай медленно поглаживал ее, пока пульс приходил в норму. Ава прикрыла глаза, в них стояли слезы.

— Спи, Ава, — прошептал он, когда она прижалась щекой к его плечу. — Я никуда тебя не отпущу.

***

Следующая неделя прошла относительно спокойно. Малахай продолжал проявлять упорное терпение, заглаживая ссоры, которые Ава, как ни старалась, не могла прекратить провоцировать. Но при этом она потерпела полное поражение в своих попытках оградиться от него. Если она огрызалась, он шутил. При каждой презрительной усмешке, искренне улыбался. Это оказалось невыносимой пыткой… и самым райским наслаждением.

После каждой разборки Ава чувствовала растущий поток преданности и верности. Химия между ними была неоспорима, но каждый раз, когда она отворачивалась, Малахай притягивал её к себе с поцелуем или простыми объятиями. По крупицам он рушил стены, давая прорасти неизвестному ранее чувству.

Любви.

Она влюблялась в него.

***

Малахай и Ава потягивали пиво, сидя в кафе напротив друг друга.

— Их так много. — Он играл с ее пальцем, уставившись на огромный круизный лайнер, только что прибывший в доки. Туристы, словно муравьи, высыпали на пристань. — Как они вообще могут что-то разглядеть…

— Я влюбляюсь в тебя.

Малахай замолчал на полуслове, уголки губ изогнулись в улыбке.

— Хм…

Ава сощурила глаза.

— «Хм?» Я говорю, что влюбилась в тебя, а ты отвечаешь мне: «Хм?»

Малахай схватил её руку, не позволяя уйти, хотя Ава отчаянно вырывалась:

— Какого ответа ты от меня ждёшь?

У неё отвисла челюсть:

— Я… Возможно, что ты… Знаешь что? Неважно. Я передумала.

— Значит, ты не любишь меня?

— Я никогда не говорила, что люблю!

— Именно. — Он подмигнул, притягивая её руку губам, и стал неспешно целовать каждый палец. — Если бы ты…

— Я что? — Она знала, что задержала дыхание, но не знала, почему.

Малахай наклонялся ближе.

— Как ты думаешь, что я чувствую к тебе?

Каковы его чувства? В принципе, ей можно было не спрашивать. Без каких-либо вопросов он её любит. Его чувства отражались в каждом поцелуе. Объятиях. Шутливых подколках. Терпеливой улыбке. Его упорная привязанность сокрушила Аву.

Сердце её дрогнуло, а щеки залил румянец.

— Я думаю… — Её взгляд упал на человека, завернувшего за угол. — Григори.

Малахай нахмурился:

— Ты думаешь о григори?

Она крепче ухватилась за его руку.

— Григори. Вон там. Идёт по тротуару. Он…

— Ещё один только что вошёл. Он у барной стойки.

Схватив бумажник и бросив пятьдесят лир на стол, Малахай поднялся.

— Пошли, только спокойно.

— Он смотрит на меня. — Её сердце бешено заколотилось в груди. — Малахай, он…

— Второй тоже нас заметил. Они здесь не ради охоты, а из-за нас.

Они с Малахаем направились на выход, кивнув на прощание хозяину, смотрящему на них в замешательстве. Малахай пробормотал что-то по-турецки, когда они проходили мимо, и мужчина кивнул.

Придерживая Аву за спину, Малахай быстро пошёл по улице. Ава рискнула обернуться. Двое григори следовали за ними. Когда они проходили мимо ещё одной кафешки, в толпе растворился третий.

— Трое. Нас преследуют трое.

— Я уведу их подальше от людей.

— А я?..

— Оставайся со мной. Держись за спиной, когда мы доберёмся до места.

— Какого?

Они быстрым шагом поднимались на холм, когда Малахай нырнул в переулок. Дома окружили их с обеих сторон, в тупике их ждал только розовый олеандр и мусор. Ава споткнулась об валявшиеся на земле банки. Малахай быстро наклонился и поцеловал её с блестящими глазами.

— Я люблю тебя. Конечно, я люблю тебя. Теперь стой у меня за спиной, пока я разделаюсь с этой проблемкой.

Он повернулся и вытащил два серебряных кинжала из ножен. За угол завернули шестеро солдат григори.

Глава 15

«Шесть? Откуда взялись ещё трое?»

Нисколько не обеспокоившись числом врагов, Малахай в предвкушении улыбнулся. Недели, проведённые в любовных ласках, дарили неземное наслаждение, но закалённому в столетних боях воину не хватало сражений. Медленно обходя противников, он позволил григори приблизиться к себе, дав им больше уверенности.

«Так будет веселей».

Стоящий ближе всего к Малахаю григори по росту и комплекции мог сойти за его брата. Только он не имел за плечами опыта книжника и силы, дарованной решон.

Малахай сделал обманный выпад вправо и скорее обрадовался, чем разозлился, когда григори не клюнул на уловку. Их глаза встретились на мгновение, прежде чем солдат перевёл взгляд на стоявшую за спиной Малахая Аву. Она ахнула, и Малахай ощутил её панику.

«Пора кончать с играми. Я забыл, что она напугана».

Волна сверхъестественной силы окутала Малахая, когда он скрестил руки и провёл по татуировкам, пробуждая заклинания. Зрение и слух обострились в преддверье ночи. Теперь он мог отследить каждое движение противников, словно те двигались в замедленной съёмке. Услышать, как двое солдат встали у входа в переулок, не позволяя случайным прохожим забрести сюда. За спиной грохотал бешеный пульс Авы. Кровь забарабанила в ушах Малахая.

Выхватив кинжал, он метнулся влево, дёрнув за руку одного из солдат, крутанул его и вонзил клинок в основание черепа, а когда григори стал рассыпаться, схватил второго. Малахай двигался столь стремительно, что у солдата повылазили глаза из орбит.

Поворот, быстрый удар в челюсть, и противник отлетел на землю, а Малахай уже вонзил кинжал в глотку следующему. Золотая пыль покрыла руки, прежде чем ветер подхватил её, ограждая от сообщников павшего григори.

Несмотря на гущу битвы, каждый нерв Малахая был настроен на Аву, по-прежнему стоящую позади. Его храбрая решон не съёжилась в углу, а следила за схваткой, позволив Малахаю оградить её стеной от монстров.

«Умная девочка».

Стоящий впереди григори ринулся на Малахая, не обращая внимания на замешательство своих компаньонов. Его взгляд метнулся к Аве, и он сделал выпад в её сторону в явной попытке отвлечь Малахая от товарища. Не поддавшись на провокацию, Малахай резанул шею солдата и отбросил того на землю, но неожиданно ощутил удар ногой.

Удар застал его врасплох, и Малахай выронил кинжал, который с грохотом упал на землю. Поднимать клинок он не стал, а ногой оттолкнул его к Аве, доставая левой рукой второй клинок. За это время григори оказался перед ним на расстоянии вытянутой руки и атаковал с большим мастерством, чем все остальные.