Угасание - Смедман Лиза - Страница 43

— Что нам теперь делать, господин Фарон? — легонько коснувшись руки мага, спросила Данифай. — Вы теперь главный — вам решать.

Фарон видел, как Данифай, говоря это, глянула на Вейласа, словно проверяя, не попытается ли наемник оспорить лидерство мага.

Вейлас, тоже заметивший это, хмыкнул и пожал плечами.

— Да, — поддержал он, встретившись с Фароном взглядом. — Что теперь? Продолжим искать корабль хаоса или отправимся назад в Мензоберранзан?

Ответ Фарона последовал мгновенно.

— Мы по-прежнему подчиняемся приказаниям Верховной Матери, — живо заявил он, — а я — еще и приказаниям Архимага Мензоберранзана. И пока мы не услышим другого приказа, мы продолжим попытки узнать, что случилось с Ллос. А это означает, что надо искать корабль.

Данифай поймала его взгляд.

— Нам всем? — спросила она.

Фарон воззрился на нее.

— Поскольку ты не выполнила свою часть договора, — медленно произнес он, следя за реакцией Данифай, — то почему я должен исполнять мою?

Данифай сверкнула глазами, теряя обычное самообладание.

— Но ты обещал! — яростно выпалила она.

Джеггред, ощутив повисшее вдруг в воздухе напряжение, поднял голову и тихо зарычал. Вейлас переводил взгляд с Фарона на Данифай и обратно.

— Обещал — что? — спросил наемник.

Фарон проигнорировал его вопрос.

— Ты тоже обещала, — вполголоса напомнил Мастер Магика Данифай. Он похлопал по книге заклинаний, которую читал до этого. — Неужели когда ты ускользнула, чтобы потолковать с Квентл, то всерьез думала, что я не подслушаю вас?

Пальцы Данифай сжались в кулаки. Фарон почти ожидал, что она топнет ножкой и удалится, но мгновение спустя ее пальцы медленно разжались. Она напряженно смотрела на него, будто пытаясь прочесть его мысли, потом тряхнула длинными белыми волосами и состроила недовольную гримасу.

— Ты все время предполагал, что я выдам тебя, — произнесла она. — Ты знал, что это придаст Квентл самоуверенности. Может, она не стала бы встречаться с Оофоон, если…

Фарон, закашлявшись, перебил ее. Он склонил голову в сторону Джеггреда, занявшего боевую стойку.

— Что ты говоришь? — прогромыхал дреглот.

— Ничего, — вкрадчиво ответила Данифай, награждая Джеггреда очаровательной улыбкой. — Фарон попытался убедить Оофоон сказать ему, где корабль хаоса, но ничего не узнал. Он понимал, что Квентл, возможно, сумеет добиться успеха там, где ему это не удалось, и завидовал ей. Он задумал дискредитировать твою госпожу — при первой же возможности сказать вашей Верховной Матери, что именно он, а не Квентл, узнал, где находится корабль.

Джеггред немного поразмыслил над этим. Затем губы его раздвинулись в оскале.

— Он бы солгал, — прорычал он, наконец, понимая. — Из-за Фарона моя госпожа была бы опорочена.

Фарон отмахнулся, спрятав за взмахом руки жест, запускающий охранительное заклинание, которое прошептал про себя.

— Нечего сердиться, — сказал он Джеггреду. — Это всего лишь… политика. На моем месте ты сделал бы то же самое. Как и любой дроу.

Джеггред, не успокоенный этими словами, зарычал на мага и ткнул его боевыми руками в грудь, но не слишком убедительно. Когти дреглот не выпустил. Защитная оболочка, сотворенная Фароном, лишь слабо замерцала, легко гася силу удара. Куда хуже оказалось зловонное дыхание дреглота, который несколько долгих мгновений пыхтел Фарону прямо в лицо, пытаясь переглядеть мага. Потом дреглот снова опустился на корточки и погрузился в мрачную угрюмость.

Фарон увидел, как Вейлас, беззвучно переместившийся за спину дреглота, убирает крури в ножны. Фарон приподнял бровь, потом кивнул наемнику в знак благодарности. Он не видел и не слышал, как Вейлас выхватил свои метательные ножи, — и был рад, что разведчик Бреган Д'эрт предпочел поддержать его, а не Джеггреда.

— А что до предложения, которое я тебе сделал, — продолжил Фарон, поворачиваясь к Данифай, — то оно остается в силе. Но только тебе не слишком… выгодно покидать нас в такой момент. Теперь, когда нас стало меньше, ты можешь понадобиться мне.

Данифай стояла подбоченясь, с видом одновременно манящим и вызывающим.

«Интересно, как быстро она начнет предлагать мне свои прелести теперь, когда Квентл не стало», — подумал маг.

— И все же вопрос остается, — произнесла она. — Что мы будем делать?

— Мы продолжим попытки получить нужную нам информацию от Оофоон, — ответил Фарон, нагнувшись, чтобы убрать книгу заклинаний обратно в мешок. — Точнее, я продолжу. Я возвращаюсь в Занхорилок. На этот раз один.

— Ты спятил? — поинтересовался Вейлас, качая головой. — Ты угодишь в глотку Оофоон, точно как Квентл. И что нам тогда делать?

Фарон пожал плечами:

— Все, что угодно, я полагаю. — Он подмигнул Данифай и добавил: — Это означает, что ты можешь идти… туда, куда пожелаешь. Возможно, твоя настоящая хозяйка вернется, чтобы снова заполучить тебя, а может, тебя проводит наш драгоценный наемник. — Он рассмеялся и похлопал по своему ранцу. — Не волнуйтесь. Я приготовил для аболета маленький магический сюрприз. Мои воспоминания не добавятся к памяти Оофоон.

— Да уж, пожалуйста, постарайся, — напутствовала Данифай Фарона, скорчив насмешливую гримаску.

Фарон, не теряя попусту времени, приступил к сборам. Он натянул на одну руку кожаную перчатку, подготовившись к заклинанию, которое сотворит, когда окажется в Занхорилоке, и удостоверился, что все его жезлы под рукой. Потом он быстро произнес одно за другим два охранительных заклинания. Одно предназначалось для защиты от любых попыток аболета подчинить себе его разум. В результате второго появились восемь иллюзорных подобий Фарона, в точности повторяющих каждое его движение.

Все девять Фаронов кивнули на прощание и улыбнулись, когда Вейлас помахал в ответ. Тот, что стоял вторым слева, — настоящий Фарон — сотворил заклинание, позволяющее ему дышать водой. Вместе с остальными он вошел в реку и, едва холодная вода сомкнулась у него над головой, повелел телепортировать себя в зал для приемов Оофоон.

Его появление застало повелительницу аболетов врасплох. Оофоон отдыхала в своей нише, любуясь крупной черной жемчужиной, которую держала кончиком щупальца. Когда Фарон и восемь его иллюзорных двойников внезапно материализовались посреди зала, она вздрогнула и крепко сжала жемчужину, подтаскивая драгоценность поближе к себе.

Еще один аболет находился снаружи, в закрученном по спирали коридоре, сторожа вход. Он изумленно замигал всеми тремя глазами, увидев вдруг появившихся в зале девятерых дроу, но отреагировал с быстротой хорошо вымуштрованного солдата. Мощно ударив хвостовым плавником, он влетел в зал. Вспышка магической энергии — и один из иллюзорных Фаронов исчез, когда аболет набросился на него с беспощадностью и стремительностью акулы.

Пока стражник разворачивался для второй атаки, Фарон вскинул руку в перчатке и растопырил пальцы, одновременно пальцы другой его руки замелькали, произнося беззвучные слова. В воде появилась огромная эбеново-черная ладонь. Расставив пальцы, она поймала устремившегося вперед аболета, потом пальцы сжались. Они сдавливали его все сильнее, прижимая щупальца к туловищу. Стражник, почти ничего не видя, поскольку один из пальцев накрыл два его глаза, забулькал от злости и принялся грызть ладонь, зажавшую его расположенную в брюхе пасть. Однако рука была из магической энергии, а не из плоти, и все попытки укусить ее оказались тщетными. Аболет беспомощно дергался, зажатый железной хваткой, вода вокруг помутнела от слизи.

Фарон отдал короткий мысленный приказ, и рука вынесла стражника из зала в коридор.

Все это заняло лишь несколько мгновений. Вышвырнув стражника, Фарон мгновенно повернулся — вместе со всеми своими двойниками — и обрушил на Оофоон могущественное заклинание. Вода вокруг повелительницы аболетов взвихрилась от потока магической энергии, и тут же Фарон увидел, что щупальца Оофоон обмякли. Все еще настороженный, он обратился к Оофоон на языке жестов, проверяя, подействовало ли его заклинание. Если да, то она не просто согласится, а счастлива будет поболтать со своим «старым другом» Фароном.