Угасание - Смедман Лиза - Страница 55

Подумав, уж не укрылся ли Нимор тоже за иллюзией, Громф полез в карман, где лежала маленькая каменная плошка. Архимаг уже собирался зачерпнуть немного находящейся в ней мази, когда глаза Нимора открылись. Он немедленно уставился на нефритовый овал, легонько покачивающийся на конце цепочки в руке Громфа. Магия, сокрытая в амулете, все еще сохраняла свою силу, хотя нефритовый паук, которым она некогда повелевала, по приказу Громфа был обращен в груду камней, перед тем как они с Энджрелом отправились в Темные Владения.

Нимор шагнул с уступа и начал левитировать к Громфу.

Архимаг достал руку из кармана, отменяя заклинание, которое собирался сотворить. Сейчас не время для истинного видения, надо быть готовым к магической обороне, если потребуется.

— Откуда у тебя это, солдат? — спросил Нимор, легко опускаясь на пол рядом с Громфом.

Громф мысленно улыбнулся. Иллюзия работала.

— От Слуугуфа, — ответил он, демонстрируя амулет нефритового паука.

Одновременно Архимаг полез в карман и осторожно взял лежащий в нем предмет — призму — за вершину, выступающую из промасленного чехла, который он соорудил для нее. Прежде чем отправиться на поиски Нимора, он произвел над призмой кое-какие магические действия, добавив новые заклинания к тем чарам, которыми уже обладала вещица.

— Слуугуф занят и не смог доставить амулет лично, поэтому он послал меня, — продолжал Громф.

Нимор потянулся было к серебряной цепочке, но остановился и подозрительно оглядел Громфа.

— Занят — чем? — поинтересовался он.

— Маг, плененный господином Дирром, — тот, что из Дома Бэнр… Он сбежал из сферы.

— Громф? — Нимор пренебрежительно махнул рукой. — Это не новость. Громф уже мертв.

Громф энергично замотал головой:

— Нет, не мертв. Слуугуф говорит, что он затеял что-то, что может навредить нашей армии… какое-то заклинание.

— Где он? — спросил Нимор настойчиво.

Громф поскреб щетину на макушке и нахмурился.

К счастью, укрывшись за иллюзией танарукка, ему не надо было особо стараться, чтобы выглядеть идиотом.

— Кто? Слуугуф… или Громф?

Нимор раздраженно прищурился.

— Громф, — бросил он.

— А… да. Слуугуф велел показать вам это, — будто только что вспомнив, ответил Громф.

С этими словами он вытащил руку из кармана. Призма, которую он держал в пальцах, выскользнула из промасленного чехла, причем замечательный клей, которым она была покрыта, нигде не прилип к ткани плаща.

«Пока все идет как надо», — подумал Громф.

Нимор бросил взгляд на призму.

— Что это? — спросил он.

До сих пор риск, на который пошел Громф, оправдывался. Как и большинство дроу, Нимор не был знаком с магическими предметами из Верхнего Мира.

— Это магический кристалл, — сказал он Нимору. — В нем вы сможете увидеть Громфа.

Нимор скрестил руки на груди.

— Посмотри в него. Скажи мне, где он, — приказал он.

— Ладно, — согласился Громф, пожав плечами.

И опять-таки все шло по плану. Он учел подозрительную натуру дроу в своих планах. Архимаг уставился на призму, поворачивая ее и так и этак.

— Ничего не вижу, — заявил он. Потом вдруг перестал крутить вещицу. — О, вот он… Но кто из них Громф — скелет или дроу с крысой на плече?

Нимор потянулся к призме:

— Дай я взгляну.

Момент настал. Едва пальцы Нимора коснулись призмы, Громф выпустил вершинку, за которую удерживал ее, и рассеял иллюзию, являя себя Нимору.

Одновременно он выкрикнул:

— Энджрел! Давай!

Позади раздались удар и мычание — оружие Энджрела поразило охраняющего вход дергара. Мгновение спустя, когда Нимор, округлив глаза, попятился и затряс рукой, пытаясь освободиться от призмы, намертво приклеенной магическим клеем, одновременно другой рукой обнажая шпагу, Энджрел ворвался в пещеру, высоко вскинув боевой топор. Неуютно чувствуя себя в танаруккском обличье, он неуклюже размахивал оружием, но, несмотря на это, его атака выглядела впечатляюще.

Нимор, видя, что загнан в угол, сделал именно то, чего и ожидал от него Громф. Он ушел в тень.

Но в тот самый миг, когда Нимор с улыбкой на устах начал соскальзывать на Уровень Тени, сработало заклинание непредвиденностей, заложенное Громфом в призму. Оно, в свою очередь, запустило третий уровень свечения призмы, и та вспыхнула ослепительным светом. На миг показалось, будто солнце из Верхнего Мира перенеслось в пещеру, залив ее стены самым ярким сиянием, какое когда-либо видел Громф. Нимор завопил — стон боли и рев ярости смешались в этом вопле. Потом и свет, и звук голоса Нимора разом пропали.

Громф услышал, как свистнул клинок и металл с лязгом ударился о камень. Топор Энджрела рассек воздух на том самом месте, где стоял Нимор. Ничего не видя, пытаясь справиться с последствиями ослепительного света, Громф руками ощупывал воздух возле себя. Но под растопыренными пальцами была одна лишь пустота. Нимору, похоже, удалось завершить «побег» на Уровень Тени.

— Энджрел! — позвал Громф. — Ты видишь что-нибудь? Где Нимор?

Кто-то подошел к нему. Огрубелая ладонь дотронулась до его руки.

— Вижу я не очень хорошо, — сообщил голос Энджрела откуда-то справа. — Но мое ночное видение начинает возвращаться. Нимора нет. А как вы?

Из глаз Громфа струились слезы. Похоже, он не видел Энджрела — и всего остального тоже.

— Я… я ослеп. Эта вспышка света, очевидно, на меня подействовала сильнее, чем на тебя, возможно, потому, что охранительная магия Нимора распознала, что заклинание в призме — мое, и отразила его прямиком на меня. Не важно. Восстановить мое зрение будет проще простого.

Громф коснулся пальцем каждого глаза и произнес заклинание, которое должно было убрать слепоту. Но хотя он и почувствовал покалывание магии под веками, ночное видение не возвращалось. Он был способен разглядеть что-либо в темной пещере не более чем любое существо из Верхнего Мира.

И это его встревожило. Учитывая, что жрицы Ллос не в состоянии связаться со своей богиней, отыскать исцеляющее заклинание будет непросто.

— И где теперь Нимор? — спросил Энджрел.

— На Уровне Тени, — ответил Громф. — А ты знаешь, что это значит.

— Вообще-то нет, не знаю, — признался воин. — Извините, Архимаг.

Громф рассмеялся:

— Это значит, что он застрял там. Чтобы завершить странствие с тенями, Нимору нужны либо тень — если дело происходит в Верхнем Мире, — либо тьма, чтобы войти в нее. Глубокой тени или тьмы. А их он вряд ли отыщет в ближайшее время, при наличии прилипшей к его ладони призмы, в которой сияет солнечный свет.

— Значит, одна фигура выведена из игры, — довольно подытожил Энджрел. — Что дальше?

— Назад в Мензоберранзан, — сказал Громф. — Веди, я пойду следом.

Громф стоял у подножия Нарбондели, касаясь рукой холодного камня колонны. Глазам Киорли она представлялась огромной. Крыса таращилась на темный каменный столб с привычного места на плече Громфа, щекоча ему ухо усами. Громф слышал, как позади него что-то бормочет Нозрор. Младший маг с большой неохотой вернул Громфу одеяние Архимага и настоял на своем присутствии во время ритуала разжигания огня. Точно паук, он чувствовал слабость Громфа, хотя и не смог пока выяснить, в чем она заключается.

Повернувшись лицом к колонне, Громф воздел руки над головой. Нараспев произнося слова заклинания, он чувствовал, как в ладони его с привычным покалыванием хлынула магическая сила. Когда заклинание достигло кульминации, он обеими руками коснулся Нарбондели, направляя магию в нее. Холодный камень согрелся под его ладонями, и воздух наполнило слабое потрескивание. Словно языки пламени по занавеси, магические тепло и свет медленно начали подниматься вверх по Нарбондели. Громф не мог видеть этого собственными глазами, но благодаря Киорли он получал приглушенную цветовую картинку, огненный круг, рассыпающий искры всех цветов — от глубокого красного до ярчайшего пурпурного, — медленно ползущий по черному камню. Красивое зрелище, и когда еще сражающиеся с врагом в Темных Владениях воины вернутся из туннелей, оно вселит в них надежду.