Жестоко и прекрасно (ЛП) - Лейн Терри Э. - Страница 27

Я закрываю лицо руками, сгибаюсь пополам и умираю со смеху. Я растопыриваю пальцы и вижу, как плечи Дрю трясутся от смеха.

Честно говоря, и это грустно говорить, я не знаю, на кого больше смотрю во время игры, на Дрю или Хоккейную Шлюху. Каждый из них развлекает по-своему. Хоккейная Шлюха играет яркого чирлидера команды. А Дрю эффектен на льду, на мой неискушенный хоккейный взгляд. Он грациозен, но агрессивен, быстр и точен с шайбой. Он недооценил свои способности, как я и предполагала. Меня поражает, что человек с юга, который не вырос на коньках, смог освоить этот вид спорта за такое короткое время. Я не уверена, настолько ли хороша команда Дрю, или команда, с которой они играют, настолько плоха, но они бьют их восьмеркой до упора. Дрю забил пять голов и сделал три результативные передачи. И я впечатлена.

Его улыбка до ушей в конце игры говорит сама за себя. Я прыгаю вместе с Кэролайн, аплодирую и кричу, Хоккейная Шлюха, давно забыта. Когда они выходят из раздевалки, приняв душ и в уличной одежде, он берет меня на руки и целует.

— Ты был великолепен!

— Меня поддерживали фанаты! — говорит он. Затем он смотрит на Сэма и Кэролайн. — Увидимся позже, ребята.

Они оба машут руками, и Кэролайн говорит:

— Кейт, я надеюсь скоро увидеть тебя снова.

— Я тоже. Было очень приятно пообщаться с тобой, Кэролайн. Тогда, может быть, на следующей игре.

Я машу рукой на прощание, пока мы идем к машине Дрю.

— Это было так весело. Мне понравилось смотреть на тебя. Я не могу поверить, что ты так хорошо катаешься на коньках. Я имею в виду, что ты был там всем.

Я бью его кулаком по плечу.

Он бросает свои вещи в багажник, и, когда я уже собираюсь сказать что-то еще, он хватает меня, и его рот врезается в мой. Руки зарываются в мои волосы, и он обхватывает меня другой рукой, прижимая к себе. Боже, может ли что-нибудь чувствоваться лучше? О, да, когда мы занимаемся сексом.

Мои руки прячутся за пояс его джинсов. У меня есть потребность раздеть его. Он должно быть чувствовал это, углубляя поцелуй. Я стону в ответ, потому что хочу его всем, что у меня есть, пока моя кровь пылает в моих венах. У меня все внутри пульсирует, и я понимаю, что трусь о его бедро. Я просовываю одну руку ниже его джинсов сзади и прижимаю к его идеальной заднице. Проклятие. Я люблю его задницу. Теперь я знаю, почему. Все это фигурное катание сделало его таким.

Он отстраняется и смотрит, не говоря ни слова. Он обводит очертания моего лица, носа и губ. Это почти невыносимо. Мое тело переполнено желанием.

— Дрю, я…

Он хриплым голосом отвечает:

— Тебе не нужно говорить ни слова. Я знаю. Пойдем ужинать. Мне нужна еда, а потом ты. В худшем смысле.

— Да.

Ужин в небольшом местном ресторане. Они знают Дрю, потому что он, похоже он здесь часто бывает. Мы торопимся с едой, потому что оба продолжаем намекать на то, что мы будем делать вместе в постели. Это все, чего хочет каждый из нас.

Мы срываем друг с друга одежду, как только заходим в дверь. Я никогда не испытывала этого раньше, но я не хочу, чтобы это чувство прекратилось. Когда мы оба спускаемся ниже, он кладет одну руку мне под колени и буквально сбивает меня с ног.

— Как одной девушке удалось занять почти каждую минуту моего бодрствования, я понятия не имею. Но ты проделала чертовски хорошую работу. Я рад, что ты здесь, и мы собираемся лечь в постель.

Его голос хриплый от похоти. Он ставит меня на ноги и стягивает свои боксеры. Его эрекция вздымается, как будто она ждала этого момента. Я хочу чувствовать это, поэтому я тянусь к нему.

— Ты такой мягкий, но твердый. Такой контраст.

Моя рука сжимает его.

— Не слишком сильно, Кейт.

— Я сделала это неправильно?

Я поднимаю глаза, чувствуя себя наказанным щенком.

— Нет. Боже, нет. Я просто слишком сильно тебя хочу. — Руки тянутся ко мне сзади и расстегивают лифчик, затем снимают кружевные трусики. — Ты такая невероятно сексуальная. Вот почему я не могу думать ни о чем, кроме тебя.

Он снова целует меня, пока его руки находят путь к моему входу. Его пальцы нежные, но целеустремленные. И он знает, какое давление нужно применить. Я стону, когда мои пальцы погружаются в мышцы его плеч. Я должна держаться, потому что мои ноги подгибаются.

Он убирает руку и говорит:

— Давай ляжем.

Откинув одеяло, он спрашивает:

— Ты постирала простыни?

— Да, — говорю я.

— В этом не было необходимости.

— Да, была. Они были грязными.

Это неприятный момент для меня, и я съеживаюсь.

Его рука скользит мне под подбородок, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Как я сказал прошлой ночью, не превращай что-то красивое в смущение. Это было прекрасно, Кейт. Я не мог бы желать ничего лучшего.

Его прекрасные слова стирают мою неловкость, и я бросаюсь на него. Как только я собираюсь его поцеловать, уголок его рта приподнимается, и он швыряет меня на кровать. Воздух со свистом вырывается из моих легких, когда он касается моих губ своими. Затем он начинает спускаться к вершине моих бедер. Мышцы напрягаются, когда воздух заканчивается у меня в груди. На мгновение я забываю, как дышать. Предвкушение того, что вот-вот произойдет, вкупе с лихорадкой в моей крови сводит меня с ума к тому моменту, когда его губы и язык касаются этого крошечного пучка нервов. Я разрываюсь между желанием его таким и желанием его внутри меня. Но прежде, чем я успеваю подумать об этом дальше, он делает то же самое со своим пальцем, вставляя его чуть-чуть, и мне вообще не нужно принимать решение. Моя спина выгибается, когда я цепляюсь пальцами за его волосы и кончаю, выкрикивая его имя. Когда он начинает скользить вверх по моему телу, я тянусь к его рту, чтобы поцеловать. Я хочу впитать этого человека в свою душу, залезть внутрь него и остаться там навсегда.

— Кейт, ты уверена, что тебе не больно?

— Просто будь нежнее, и я буду в порядке. Я хочу тебя, Дрю.

— Почему бы тебе быть сверху? Тогда ты будешь контролировать все.

— О, ладно. Я немного нервничаю по этому поводу. Я никогда не делала этого, и я буду чувствовать себя так беззащитно.

Он переворачивается на спину и тянется за презервативом. Я смотрю, как он его надевает, и мне хочется прикоснуться к нему ртом. Когда он готов, я обхватываю его бедра своими, и он протягивает мне руки.

— Для небольшого рычага.

Он кладет их себе на бедра.

— Найди свой ритм, и я подстроюсь под него.

Я киваю, хватаю его и ввожу наконечник. Затем я медленно приближаюсь к нему. Немного побаливает, но это нормально. Я продолжаю двигаться вперед и назад, пока он не сядет до упора. Я останавливаюсь на секунду, позволяя себе приспособиться к нему. Я совершаю ошибку, мельком взглянув на его лицо. Его губы едва приоткрыты, но глубокий лазурный цвет его радужных оболочек цепляет меня.

— О Боже. Ты секси.

Другая боль заменяет ту, что была у меня раньше.

— Блядь.

Он приподнимает бедра, и я двигаюсь синхронно с ним.

— Я близко.

Он скользит зубами по нижней губе и прикусывает. О, черт, когда он начинает играть с моей грудью, я знаю, что долго не продержусь. Это нехорошо. Но, возможно, это его план.

— Скажи мне, правильно ли я поступаю, Дрю. Мне нужно знать, нравится ли тебе это.

— Блядь, Кейт. Как ты думаешь?

Я запрокидываю голову, прочувствовав ритм, прежде чем выпрямиться и сказать:

— Если это что-то похожее на то, что я чувствую сейчас…

Его взгляд заставляет плавится, когда его рука перемещается к моему клитору. О, господи.

— Я, я не могу, не могу, я кончаю.

Моя голова откидывается назад, и я тянусь к его яичкам за моей спиной. Когда я сжимаю его яйца, он немедленно реагирует, садится и притягивает меня к себе. Когда я кончаю, он целует меня пока я кричу от удовольствия, прежде чем последовать за мной. Вау! Это было невероятно.

— Не двигайся. Позволь мне тебя поцеловать, — говорит он.

Оставляя легкие поцелуи на моем лбу, щеках, а затем и в губах, он перемещается из одного уголка в другой. Затем он опускается на мою шею, проводя языком вверх и вниз с одной стороны. Это хорошо. Горячий вид хорошего. Его зубы и губы смыкаются, он переходит на другую сторону и повторяет свои действия. Когда он заканчивает, я всего лишь извивающаяся куча.