Жестоко и прекрасно (ЛП) - Лейн Терри Э. - Страница 38

Он выпрыгивает из постели, и я любуюсь прекрасным видом, пока он идет. К тому времени, как он возвращается, я уже наполовину сплю. Он вытирает меня, и я засыпаю, свернувшись калачиком рядом с ним.

Следующее, что я помню, это то, что я просыпаюсь от запаха бекона, распространившегося по комнате. Подняв голову, я оказываюсь одна на кровати. После быстрого похода в ванную я беру одну из футболок Дрю и иду на кухню, где от аромата бекона у меня в животе урчит.

— Доброе утро, соня, — слышу я его голос сзади. Я поворачиваюсь и вижу его с кружкой кофе и компьютером на коленях.

Зевнув, я перестаю потягиваться.

— Который сейчас час?

Он отодвигает компьютер, встает, и я в его руках, когда он отвечает:

— Десять. Я подумал, что тебе может понадобиться сон.

— Десять! Я никогда не сплю до такого времени!

— Должно быть, в этом виноват тот удивительный любовник, с которым ты столкнулась сегодня утром.

Просто, чтобы держать его дерзость под контролем, я говорю:

— Нет, я думаю, это все из-за проклятой учебы, которой я была занята на этой неделе.

Его кислое выражение лица заставляет меня хихикать. Я ерошу ему волосы и говорю:

— Конечно, это был тот удивительный любовник, с которым я столкнулась. — Затем я целую его. — И где я могу получить часть этого бекона? Вся эта любовь заставила меня проголодаться.

— Сюда, красотка.

Он берет меня за руку и ведет к месту за стойкой.

— Ты поел?

Выражение вины затуманивает его взгляд.

— А, да. Я не спал с половины седьмого. Мой голод взял верх над моим желанием ждать. Мне жаль.

— Не извиняйся. Прости, что так поздно легла.

Он начинает вытаскивать вещи из шкафов.

— Хочешь яиц?

— Знаешь, бекон и тосты были бы великолепны. И кофе, пожалуйста.

Передав мне кружку, он кладет в тостер немного хлеба. Когда все готово, он намазывает его маслом и спрашивает, не хочу ли я полить его желе. Я отказываюсь. Затем он протягивает мне тарелку с тостами и грудой бекона. Я потягиваю кофе и наслаждаюсь тостами с беконом.

— Хотела бы я, чтобы бекон был здоровой пищей, — говорю я, откусывая кусок.

— Было бы неплохо, правда?

— Он лучший.

Я отчищаю свою тарелку и ставлю ее в посудомоечную машину, когда заканчиваю.

— О, у тебя сегодня назначена встреча в час. Хорошо?

Я хмурю брови, потому что растеряна. Что за встреча?

— Помнишь? Контроль рождаемости?

— Вот черт. Фейсспалм. Я забыла. Да, это здорово. Спасибо, что делаешь это для меня. Ты знаешь, с кем я встречусь?

— Не совсем. Она друг друга.

— Хорошо. Итак, какая у нас сегодня повестка дня?

— Если не считать твоей встречи и игры, мы открыты. Есть что-нибудь, что ты хочешь сделать?

Я шевелю бровями, и он усмехается.

— Да, почему бы нам не повременить со вторым раундом и дождаться твоей встречи? Скорее всего, они проведут вам гинекологический осмотр.

Ой. Это странно. Это не то, что я обычно обсуждала бы со своим парнем или просто с парнем, если уж на то пошло. Мои щеки горят.

— Кейт, я знаю, что тебе неловко из-за этого, но ты не должна стесняться. Это не то, что я… Я думаю, я пытаюсь сказать, что иметь дело с такими вещами мне не неудобно, поэтому я не хочу, чтобы ты беспокоилась об этом. Я знаю, что принимаю все это как должное, и, возможно, ты воспринимаешь это слишком серьезно.

Чертовски верно. Это чертовски странно. Можно я прямо сейчас засуну голову под диван?

— Я могу сказать, что усугубляю ситуацию. Я просто замолчу.

Хорошая идея.

— Думаю, я приму душ, — говорю я.

Так что теперь я смогу смыть все оставшиеся следы и улики о тебе. Боже. Почему я согласилась на это? О чем, черт возьми, я думала? Ладно, Форбс, соберись. Это намного лучше, чем ребенок, верно?

Когда я разворачиваюсь, чтобы пойти в ванную, меня обхватает пара рук, и я обнаруживаю, что прижата к чему-то вроде бетонной стены. Голова Дрю оказывается рядом с моим ухом, и он бормочет:

— Пожалуйста, не стесняйся этого. Это нормальные вещи. Твое тело прекрасно для меня, так же как все его крошечные частички.

Затем он тыкается в меня своим носом, прежде чем отпустить. Он прав. Это глупо. Он видел все крошечные частички меня. Теперь у меня нет причин стесняться.

Поворачиваясь в его объятиях, я обхватываю руками его шею и улыбаюсь.

— К этому нужно привыкнуть, вот и все. Я никогда открыто не обсуждала эти вещи.

— Я понимаю. А теперь иди в душ, и мы придумаем, что делать сегодня.

Пока я принимаю душ, я понимаю, что хочу увидеть больницу Дрю. Мне интересно, что он делает каждый день. Так что он устраивает мне экскурсию, а затем заранее отвозит меня в клинику, чтобы показать мне все вокруг, потому что он тоже принимает здесь пациентов.

— Тебе действительно нравится здесь, в этой больнице и все такое, не так ли? — Спрашиваю я.

— Да, у меня это отлично получается.

— И ты никогда не думал вернуться в Чарльстон для учебы или жизни?

— Знаешь, какое-то время я думал об этом. Но потом у меня сложились замечательные отношения с моими профессорами в медицинском институте, и все было как будто подстроено под меня, поэтому я подумал, зачем портить великую вещь?

Размышляя над этим, я должна спросить его.

— Как это у вас работает? Ты просто говоришь, что хочешь заниматься онкологией, верно?

— Точно. Может быть, потом я вернусь в Чарльстон. У них есть отличная онкологическая программа, и тогда, возможно, пришло время расправить крылья. Сейчас с онкологией все основные онкологические центры так или иначе связаны, так что все не так, как раньше.

— Тогда это там у тебя будет больше возможностей.

— Да! — Отвечает он.

Близится время моей встречи, поэтому я предлагаю отправиться в то отделение. Когда я закончу, Дрю ждет меня.

— Как дела?

— Великолепно. У меня есть рецепт на таблетки. Врач сказал, что это лучший вариант для меня. Не мог бы ты подвезти меня до аптеки, где я смогу купить все необходимое?

— Конечно.

Он ведет меня в одну из этих сетевых аптек, и как только мы убеждаемся, что это не проблема, я получаю противозачаточные.

Мы выходим, и по пути к машине Дрю притягивает меня к себе.

— Итак, когда ты сможешь приступить к этому?

— Я должна подождать, пока не начнутся мои следующие месячные.

— Когда это будет?

— На этой неделе.

Я награждена сияющей улыбкой, которая заставляет меня таять. В этот момент мой желудок урчит.

— Хм. Кто-то голоден.

Проклятый желудок.

— Да, наверное.

— Давай поедим. Мне нужно немного еды, и мы не сможем поужинать до окончания игры.

Он ведет меня в милый маленький паб в центре города. Хозяйка усаживает нас и все время строит Дрю глазки. Во время обеда у Дрю звонит телефон, и когда он проверяет его, он не отвечает. Но он также не говорит, кто это. Интересно, почему. Я хочу спросить его, но я не хочу быть любопытной. Затем наша официантка ходит рядом, и единственный способ, которым она могла бы быть более очевидной в своей симпатии, это если бы она на самом деле пускала слюни за нашим столиком. Я хочу сказать что-нибудь умное, но не хочу, чтобы он подумал, что я ревную. Сейчас я бы хотела, чтобы Дженна была в моем заднем кармане.

Наконец он должен заметить, что я как бы дуюсь, потому что он спрашивает:

— Все в порядке?

— Отлично.

Мой резкий тон говорит об обратном.

Он откладывает вилку и смотрит на меня.

— Я что-то сделал, Кейт? И не заставляй меня пытаться быть одним из тех, кто умеет читать мысли, пожалуйста.

Чёрт, он прав. Я не могу винить его за то, как к нему относятся другие. Улыбаясь, я говорю:

— Нет, я в порядке. Действительно.

— Ты уверена? Потому что минуту назад ты выглядела так, будто в твоем пиве был керосин.

— Я уверена.

Он поднимает мою руку и проводит губами по костяшкам пальцев. Это происходит как раз в то время, когда появляется наша мечтательная официантка. Она бросает на меня злобный взгляд, а я, в свою очередь, бросаю на нее самодовольный взгляд. Затем я кладу свою руку на его руку и говорю достаточно громко, чтобы она могла услышать: