Жестоко и прекрасно (ЛП) - Лейн Терри Э. - Страница 52

Мое сердце буквально разваливается на части и превращается в одну большую гигантскую лужу слизи. Я отстегиваю ремень безопасности и лезу через консоль прямо в его объятия.

— Это только одна из многих причин, почему я люблю тебя, Дрю Макнайт.

— Ну, черт, если бы я знал, что это все, что нужно, чтобы заставить тебя влюбиться в меня, я бы сказал тебе это давным-давно. — Его голубые глаза мерцают, и мы оба смеемся. — Теперь ты вернешься на свое место и пристегнешься, чтобы мы могли пойти к моим родителям, или мы будем сидеть на твоей подъездной дорожке и целоваться, как пара подростков, и снова развлекать твою семью?

Я забираюсь обратно на свое место и говорю:

— Я не могу придумать ничего лучше, чем целоваться, но я ни за что не позволю своей семье на это шоу.

— Может быть, мне придется тайком провести тебя в свою комнату сегодня вечером и притвориться, что я тебе кое-что рассказываю, как я делал это в старшей школе.

— О, так ты это сделал?

— Да, но мои родители следили за временем, так что мне приходилось торопиться.

— Хм. Я уверена, что так и было. — Тогда я начинаю думать об этом. — Держу пари, у тебя была куча подружек в старшей школе, — поддразниваю я. — Бьюсь об заклад, они были повсюду на тебе, как муравьи на меде.

Он пожимает плечами и говорит:

— Я получил свое. За исключением нескольких, они на самом деле были очень надоедливыми.

Зная Дрю, он, вероятно, был слишком добр, чтобы сказать им, чтобы они убирались.

— Итак, у тебя был кто-то особенный?

— Не совсем. Я встречался с Джилли Риверс, наверное, дольше всего, но это было просто так, знаешь.

— Да, знаю.

— А ты, Кейт?

Я качаю головой.

— Никак. У меня были друзья-парни. Но я ни с кем из них не встречалась. Я была слишком занята в школе.

Он бросает на меня быстрый взгляд, а затем снова смотрит на дорогу.

— Мне очень трудно в это поверить. У меня представляю десятки парней, управляемых гормонами, выбивающих вашу дверь, пытаясь добраться до тебя.

— Это прекрасно, но далеко от истины.

Примерно в это же время мы подъезжаем к дому его родителей.

— О, нет. Тетя Эдна победила нас. Я надеялся, что мы доберемся сюда первыми.

Его описания ее настолько заинтриговало меня, что я не могу дождаться встречи с этой женщиной.

— Честное слово, Кейт, не удивляйся и не изумляйся тому, что исходит из уст этой женщины.

— Дрю, вспомни, с кем ты разговариваешь. Мне пришлось предупредить папу, чтобы он не рассказывал тебе о своем геморрое, а моя сестра пускала слюни в твоем присутствии, не говоря уже о том, что моя мать хлопает ресницами. Я живу в доме с психами.

— О, подожди. Ты еще не видела психа.

И он прав. Тетя Эдна сидит в кресле, и я дважды смотрю на то, во что она одета. Мне нужно некоторое время, чтобы понять это, но я думаю, что она взяла рождественские салфетки и сшила их вместе, чтобы сделать жилет. Каждая из них изображает разные сцены, поэтому у нее вполне праздничный образ. Она также носит бейсболку, инкрустированную красными и зелеными блестками и другими блестящими вещами. Из-под шапки ее волосы то тут, то там торчат различными локонами, создавая старый образ «Я только что сунул палец в электрическую розетку». Красные штаны и черные сапоги, похожие на те, что носит Санта-Клаус, завершают ее ансамбль. Без сомнения, у тети Эдны, есть дух Рождества. Не хватает только украшений и гирлянд. Я действительно потеряла дар речи.

Мы с Дрю решили обменяться подарками наедине, но я привезла подарок для его родителей. Ничего особенного, просто красивая фоторамка. Это то, что может использовать каждый, поэтому, обсудив это с Дрю, мы оба решили дарить одно и то же каждой из наших семей.

Во время обмена они очень любезны, когда открывают его. Затем Летти открывает подарок тети Эдны, и Дрю щиплет меня за бедро.

— Зацени.

Внутри коробки находится что-то, что может напоминать кошелек. Я не уверена. Похоже, что когда-то это была бутылка Clorox, но ее разрезали и проделали в ней отверстия, а затем в нее вплели красную и зеленую пряжу, чтобы создать эффект кошелька. Это так отвратительно, что мне приходится прикрывать рот, чтобы предотвратить фырканье, которое грозит вырваться из меня.

Дрю наклоняется и шепчет мне на ухо:

— Что за хрень?

Это моя погибель. Я сгибаюсь пополам и пытаюсь скрыть свое фырканье кашлем.

— Кейт? С тобой все в порядке? — спрашивает Дрю.

Он чертовски точно знает, что со мной не так. Он хватает меня и тащит оттуда на кухню, где я умираю со смеху.

— Боже мой! Это было худшее, что она когда-либо делала, клянусь, — говорит он.

Ответ невозможен, я хватаю ртом воздух. Когда я могу набрать воздух в легкие, я говорю:

— Подобное впервые. Это было ужасно. Она напоминает мне тетю Бетани из фильма «Рождественские каникулы». Ты уверен, что у нее нет кота, завернутого в коробку?

Он снова начинает смеяться и говорит:

— Меня это не удивит. Может быть, я должен проверить дом. Разве я не предупредил тебя? Новый вид сумасшествия, верно?

— Верно, но больше никогда не шепчи. Вот когда я потеряла самообладание.

Мы воссоединяемся с семьей, я со стаканом воды в руке. Родители Дрю смотрят на нас, а его мама подмигивает. Мы обмениваемся взглядами и продолжаем открывать подарки. Подарок Рэя не так уж и плох. Тетя Эдна дарит ему одну из тех гигантских надувных подушек, с которыми летают. Вы должны положить ее на колени и положить на нее голову во время полета. Единственная проблема в том, что в этом случае ты выглядишь полным придурком.

Теперь очередь Дрю. Он разворачивает свою коробку и обнаруживает внутри огромную пару желтых перчаток для уборки Playtex. Он ничего не понимает, пока не вмешается тётя Эдна.

— Я слышала, как важно для вас, докторов, держать руки в чистоте, поэтому я подумала, что они пригодятся тебе, когда ты будешь осматривать своих пациентов.

На этот раз я дрожу, сдерживая смех внутри. Я не смею смотреть на Дрю, когда он благодарит свою тетю, но я могу сказать по тому, как скрипит его голос, он вот-вот сорвется. Когда я думаю, что мы закончили, я смотрю и вижу коробку у себя под носом.

— А вот тебе, дорогая, — говорит тетя Эдна, шатаясь, возвращаясь на свое место.

Дерьмо!

— Спасибо! Но не нужно было этого делать.

— Ой, просто открой.

Так я и делаю, а внутри шарф ручной вязки, который выглядит так, словно его вязал детсадовец. Это идея, которую нужно принять во внимание, Кейт. К сожалению, цвета ужасные. Красный, зеленый, лиловый, оранжевый, ржавый, смесь конфликтующих оттенков, глазам больно смотреть на это.

— О, это так… мило. Большое спасибо, что подумали обо мне.

— Пожалуйста.

Я кладу вещь себе на колени и слышу, как Дрю хихикает, поэтому не смею взглянуть на него. Но пока я смотрю на шарф, замечаю кое-что еще. Он буквально покрыт кошачьей шерстью. И, я имею в виду, во много слоев. Теперь мне очень хочется смеяться. Но я не могу. Так что я кладу вещь обратно в коробку и складываю руки на коленях.

— Ну, я думаю, пришло время для праздничного настроения, — объявляет Рэй.

— Я за это выпью, — заявляет тетя Эдна, и празднование начинается.

Начинают прибывать другие, двоюродные братья, тети и дяди, и я сбиваюсь со счета. К тому времени, как все соберутся, здесь будет в общей сложности двадцать четыре человека. Каждый приносит накрытое блюдо, как это принято на юге, а Летти занимается всеми мясными блюдами и десертами, вместе с баром. Это отличное мероприятие.

Когда ужин закончен, и родственники ушли, появляются Дженна и ее брат Бен. Я не видела Бена с той вечеринки, на которой Дрю впервые увидел меня.

Бен обнимает Дрю и говорит:

— Рад, что вы так хорошо поладили.

— Как будто когда-то были какие-то сомнения? — спрашивает Дрю.

— Ты был так чертовски настойчив в этом. Он сказал тебе, Кейт?

— Да, он это сделал. Дженна тоже.

— Какое-то время он сводил меня с ума. Я не знал, что буду делать, если ты не пойдешь с ним на свидание.