Любовники (ЛП) - Коул Фиона - Страница 61

— Ох, блядь. Я мог бы просыпаться так каждый чёртов день.

К тому времени, как я проложил дорожку поцелуев к его груди, он только начал восстанавливать дыхание. Мне нравилось видеть, как румянец заливает его щёки, а глаза остекленели от оргазма.

— Я был бы счастлив есть тебя на завтрак каждый грёбанный день.

— Моя очередь, — сказал он, пытаясь перевернуть меня на спину. Но я удержал его, нежно поцеловав, а затем уложил обратно на подушку и свернулся калачиком рядом с ним.

— Пока нет. Ты сможешь отплатить мне тем же в душе попозже. Я просто хочу наслаждаться тем, что просыпаюсь рядом с тобой. У меня никогда не было такой возможности, когда мы были втроём. Если я просыпался рядом с тобой, а Карина уже вставала, я не мог задержаться рядом, потому что это было не моё место.

— Мне так жаль. Я даже не понимал, как сильно это ранит тебя. Я был эгоистом и наслаждался всем и сразу, не думая ни о ком другом.

— Не извиняйся. Я знал, во что ввязываюсь. Наверное, я просто не планировал так сильно влюбляться. Я никогда ни о ком не заботился так, как о тебе.

Он снова покраснел, и я чмокнул его в щеку.

— Расскажи мне о Карине. Ты сказал, что она приходила повидаться с тобой.

Я рассмеялся и рассказал ему о том, как она ворвалась ко мне, словно огне. Рассказал ему о том, как она набросилась на меня, и о моём чувстве вины за всё это. Поведал ему о том, как она сказала, что он любит меня и пригрозила сделать из моего пениса чулок, если я разобью ему сердце.

— Она же такого не сделала? — спросил он, смеясь.

— Конечно, сделала.

Джейк перекатился на спину и, смеясь, прикрыл глаза рукой.

— Боже, она просто нечто.

— Ты, э-э… ты жалеешь, что ты не с ней? — я не осознавал, как сильно этот страх давил на меня, пока давление на мою грудь не исчезло, освободив пространство для сомнений.

— Я чувствую себя ослом, когда говорю это, но нет. Я сожалею о том, что всё так развалилось. Я всегда буду любить её, но это была не та любовь, которую она заслуживала. Это не было всепоглощающей страстью, и думаю, она тоже это понимала.

— Да. То, что всё так случилось, будет одним из моих самых больших сожалений. Она замечательная женщина.

— Она придёт в норму. Она такая сильная.

Мне было невыносимо слышать боль в его голосе, зная, что причиной её было моё присутствие.

— Мне жаль.

— Тебе тоже не за что извиняться.

Джейк повернулся ко мне лицом, и мы целовали друг друга в губы, пока он не отстранился и не прижался своим лбом к моему, закрыв глаза.

— Мне страшно, — прошептал он. Это с таким же успехом могло быть криком, потому что это так сильно ранило меня в сердце. — Я боюсь таких больших перемен в моей жизни. Боюсь поделиться этим с людьми.

Мне пришлось закрыть глаза и проглотить комок в горле, прежде чем я смог заговорить. Его чувства были понятны. Мне пришлось напомнить себе, что всё это было для него в новинку.

— Знаю, что не должен этого делать, но я беспокоюсь о том, что подумают люди. Я беспокоюсь об осуждении. — Он посмотрел на меня сквозь ресницы, ища поддержки. — Это глупо, не так ли?

— Нет, Джейк. — Я усмехнулся, вспомнив, как был подростком. — Знаю, что хорошо притворяюсь, но я слышу шепот и оскорбления. Они есть, и я ненавижу их, но не могу позволить им управлять моей жизнью — моим счастьем. Мне приходится прилагать сознательные усилия, чтобы не обращать на них внимания, а это не всегда легко. Я должен напоминать себе, что если они хотят злиться из-за чего-то, что их не касается, то пошли они к чёрту. Я не буду скрывать свою любовь к тебе. Ведь ты делаешь меня счастливым.

— Ты тоже делаешь меня счастливым. Просто… будь терпелив со мной. Пожалуйста.

— Мы разберёмся. Пока ты рядом, мы сможем выдержать всё. — Я приподнял его подбородок, чтобы убедиться, что он меня услышал и принял к сведению. — Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

Я чмокнул его, прежде чем сбросить с нас простыни.

— А теперь давай примем душ. Ты должен мне отсосать.

Мы всё ещё вытирались, когда я услышал, как зазвонил мой телефон. Я поспешил к нему, по привычке держа телефон при себе, чтобы быть доступным в любое время, когда меня не будет на работе, на случай, если возникнут проблемы. Я подумал было не отвечать, потому что номер был незнакомый, но всё равно ответил.

— Алло?

— Мистер Филдс? — спросил незнакомый мне мужской голос.

— Да?

— Это Андре Миллс. Я медбрат в университетской больнице. Вашего брата только что привезли, и вы указаны в списке экстренных вызовов.

Весь мой мир померк, а ноги подкосились. Я выронил полотенце из онемевших пальцев и упал на кровать. Я видел, как Джейк подошёл ко мне, но он был как в тумане, и всё, на чем я мог сосредоточиться, это брат и больница.

— Что случилось? С ним всё в порядке? Что произошло? — слова с трудом пробивались наружу.

— В настоящее время ему делают операцию по удалению легочной эмболии.

Я едва слышал его, слова звучали так, словно доносились издалека.

— Что? С ним всё в порядке?

— Доктор объяснит вам все подробнее, когда вы приедете.

— С ним всё в порядке? — спросил я более настойчиво.

— Прошу прощения, сэр. Вам нужно будет приехать сюда для получения дополнительной информации.

Я даже не успел попрощаться, как нажал на красную кнопку и отбросил телефон в сторону. Я сгорбился и попытался сделать глубокий вдох. Обхватив голову руками, я издал рычание, которое вырвалось из глубины меня, набирая скорость к тому времени, как оно вырвалось из моего тела.

— Джексон. Пожалуйста. Пожалуйста, поговори со мной, — голос Джейка каким-то образом пробился сквозь туман.

Я поднял глаза и увидел, что он стоит передо мной на коленях, на его лице написано беспокойство.

— Поговори со мной. Что происходит?

— Эндрю в больнице.

— Что? С ним всё в порядке?

— Я… я не знаю. Не знаю. Чёрт, Джейк. Я, блядь, не знаю. — Мои плечи быстро поднимались и опускались с каждым вздохом, прежде чем он схватил меня за щёки и приблизил своё лицо на фут к моему, своим глубоким голосом требуя, чтобы я его услышал.

— Посмотри на меня. Сосредоточься на мне. — Я всё ещё чувствовал, что дышу слишком часто, но его прикосновение помогло мне сосредоточиться. — Одевайся, и мы поедем в больницу. Я поведу.

— Спасибо, — выдохнул я.

Он быстро поцеловал меня, а затем бросил мне джинсы и рубашку. К счастью, у нас был одинаковый размер, так что мне не пришлось появляться во вчерашней одежде, от которой всё ещё пахло алкоголем.

Пока мы ехали, я смотрел в окно, и в моей голове роились мысли.

Что, если он умирает? Что, если я потеряю своего последнего родственника — моего брата?

Ему было больно, когда я кончал этим утром? Что было вчера вечером? Что, если бы я поехал навестить его вместо Джейка?

Мог ли я предотвратить это?

— Мы на месте.

Джейк припарковался, я вышел и побежал к главному входу больницы. Женщина за стойкой регистрации встретила меня улыбкой, и мне захотелось её встряхнуть. Как она могла улыбаться в такой момент?

— Филдс. Эндрю Филдс. Пожалуйста. — Её улыбка погасла, но, к счастью, она не остановила меня, когда я выкрикивал его имя.

Она принялась щелкать по клавишам своего компьютера, и я хотел заставить её пальцы работать быстрее. Каждая секунда казалась мне вечностью. Что, если он умрёт, пока я стою здесь, пока она ищет его имя? Я хотел разнести всё вокруг, выкрикивая его имя, пока не найду его. Пока он не посмотрел бы на меня со своей кривой улыбкой и глазами, такими же, как у меня, и не назвал меня мудаком.

— Джейк?

Рука Джейка, державшая мою, резко высвободилась, и я сразу почувствовал потерю. Я обернулся и увидел парня, держащего в руках голубую мягкую игрушку, цветы и кофе. Джейк перевёл взгляд на меня, а затем на парня, который с ним разговаривал.

— Привет, чувак, — проговорил парень.

— Да, привет, Тоддс. Что ты здесь делаешь?