Вне запретов (СИ) - Уотсон Р. с. - Страница 4

Меня бесит, что его ответы такие расплывчатые.

— Ты можешь хотя бы снять эту наволочку с моей головы? — спрашиваю я. Эта чертова штука только усиливает мое беспокойство.

— Пока нет. Все почти кончено, — повторяет он. — Постарайся сохранять спокойствие.

Я думаю, он чувствует, что я молча схожу с ума. Адреналин в крови зашкаливает, и я хочу бороться и убежать. Как и обещал Алекс, дверь фургона открывается. Они здесь ради меня. Я чувствую, как кто-то хватает меня за руку, чтобы помочь выбраться, но наволочка и веревки остаются на месте.

— Помни, что я сказал, — произносит Алекс у меня за спиной.

Хватка на моем бицепсе усиливается, и я чуть не кричу от боли.

— Никаких разговоров или смешного дерьма, когда я сниму эту штуку с твоей головы, — предупреждает Рок.

Я бы узнала его злой голос где угодно. Он сочится презрением ко мне.

— Заткнись к чертовой матери, Рок.

Это Селин. Я не знала, что она была с нами. Итак, и Алекс, и Селин идут с нами. Это заставляет меня чувствовать себя немного лучше. Я не доверяю Року.

— Давай поторопимся и покончим с этим, чтобы убраться отсюда к чертовой матери.

Мы проходим еще немного, а затем, наконец, останавливаемся.

— Дай мне на нее взглянуть.

О боже. Это Грейсон. Он здесь.

Рок резко сдергивает наволочку с моей головы, и я тут же чувствую холодный металл пистолета у своей спины. Мы находимся на огромном пустом складе. Мои глаза сразу же останавливаются на Грейсоне, стоящем с большими спортивными сумками. Он один, и какой-то мускулистый парень целится в него из пистолета. Я надеюсь, у него есть подкрепление, ожидающее приказа. Если нет, то нам обоим крышка. Я не могу ничего понять по Грейсону. Судя по его спокойному поведению, я могла бы быть незнакомкой, а все происходящее могло бы быть обычной деловой сделкой. Он не похож на человека, обеспокоенного тем, что на него нацелен пистолет, или обезумевшего от того, что кого-то, кого он любит, держат в плену.

— Селин, подойди и забери у него сумку, — инструктирует Алекс. — Нужно убедиться, что все деньги на месте.

Селин кивает и подходит к Грейсону. Я вижу, как что-то на мгновение пробегает по его лицу, но это исчезает в мгновение ока. Это была едва заметная реакция, но я ее увидела. Это была брешь в его маске, но теперь она исчезла. Он протягивает Селин первую сумку, и она приносит и ставит ее на землю рядом с ногами Алекса, а затем забирает вторую сумку. Алекс опускается на колени, чтобы расстегнуть молнию на них обоих. Срань господня, это же куча денег. Сумка наполнена пачками денег, перевязанными ремешками горчичного цвета, на которых написано десять тысяч долларов. Рок ослабляет хватку на мне, чтобы рассмотреть поближе.

— Это вся сумма там? — спрашивает Рок.

— Как, черт возьми, по-твоему, я могу так быстро сосчитать пять миллионов? — саркастически отвечает Алекс. Он перебирает пачки с деньгами. — Я смотрю, чтобы здесь не было упаковок с краской, и чтобы вся стопка состояла из купюр, а не из чистой бумаги.

— Селин, убедись, что в той сумке двести пятьдесят пачек, пока я пересчитаю эту, — продолжает Алекс. Селин понимающе кивает головой, и они оба молча считают.

— У меня двести пятьдесят, — подтверждает Селин.

— Здесь то же самое, — соглашается Алекс.

Он встает и достает из-за пояса спрятанный пистолет. Селин следует его примеру.

— Рик, иди подгони фургон. У меня на виду сумки с деньгами. Он только дернется, и я надеру ему задницу.

Парень с пистолетом, направленным на Грейсона, которого только что назвали Риком, медленно опускает оружие и направляется в сторону фургона. Значит, он был водителем. Что теперь? Куда делся благоразумный Алекс? Что произойдет, когда фургон будет подогнан?

— Ты же знаешь, Алекс, мы не можем просто так их отпустить. Это не входило в планы. Богдан дал команду навести порядок, как только сделка будет заключена. ФБР пойдет по нашему следу по горячим следам, если уже этого не сделали, — отмечает Рок.

— Мы не обсуждали это. Предполагалось, что мы просто заберем свои триста тысяч и разойдемся в разные стороны. Никакого беспорядка. За убийство нам грозит смертная казнь.

— Только если нас поймают. Богдан этого не допустит. Они видели наши лица, Алекс. Они слишком много знают. Если мы их отпустим, нас поймают. Просто садись в фургон с Селин, а я с Риком разберусь.

— Я согласна, — говорит Селин.

Я смотрю на Грейсона, но он по-прежнему выглядит бесстрастным. Как он может оставаться таким спокойным? Для нас это конец пути.

— Давай просто поторопимся с этим дерьмом, — соглашается Алекс.

Он коротко смотрит на Селин, и она кивает.

Время ускоряется. Рик подъезжает и выходит, чтобы помочь Року «прибраться». Селин быстро достает свой пистолет и стреляет в него, в то время как Алекс разряжает свои патроны в Рока. Я падаю на колени и кричу от грохота выстрелов вокруг меня. Крепко закрываю глаза, когда слышу, как тело Рока падает позади меня. Итак, Селин и Алекс поменяли платы — вероятно, для того, чтобы оставить пять миллионов себе. Я жду, что следующая пуля вонзится в мою плоть.

Звук голосов, кричащих «Оставайся на земле» и «Не двигайся», придает мне достаточно храбрости, чтобы открыть глаза. Помощь здесь. Как я и подозревала, несколько человек в форме ФБР штурмуют склад. Их слишком много, чтобы сосчитать. Селин подходит ко мне сзади и начинает развязывать веревку. Почему ФБР не задерживает ее и Алекса?

— Все кончено, — говорит она. — Я агент ФБР, и Алекс тоже.

Срань господня! Грейсон оказывается рядом со мной через несколько секунд.

— О, слава богу, с тобой все в порядке. Мне так жаль, что это случилось с тобой, детка.

Наконец, он позволяет своей маске исчезнуть. Я позволяю себе на мгновение потеряться в его объятиях, а затем отстраняюсь. Я так благодарна, что он приехал за мной, но это не меняет того факта, что он уехал в Париж с Ванессой. Я не буду ворчать по этому поводу, потому что обязана выразить этому человеку свою благодарность, но возможность нашего воссоединения больше не рассматривается. Прямо сейчас я просто рада, что мы оба в безопасности. Он бросает один взгляд на покрасневшую мою щеку и рычит.

— Я, блядь, предполагаю, что это сделал тот парень Рок. — Грейсон поглаживает меня по щеке. — Хотел бы я убить этого ублюдка за то, что он причинил тебе боль.

— Я думала…

— Для их усыпления были использованы инъекции транквилизатора. Они все еще живы и ответят за все то дерьмо, что натворили, — вставляет Алекс.

— Ты знал, что Алекс и Селин были агентами ФБР? Ты все это время казался таким спокойным, — спрашиваю я.

Грейсон и Селин обмениваются взглядами.

— Меня предупредили, что у них есть кто-то внутри, но я не знал, кто именно. Я просто знал, что должен вести себя хладнокровно, чтобы не подставиться. К тому же, я знал, что в нужный момент готово прибыть подкрепление.

Грейсон пожимает Алексу и Селин руки и благодарит их. Он хватает меня за плечи и притягивает к себе.

— Пойдем. Позволь мне увести тебя отсюда. К тебе много вопросов, но я сказал ФБР, что сначала ты примешь ванну, переоденешься, поешь и немного отдохнешь.

Я нюхаю свою одежду и морщу нос. Ух, да, мне нужно принять ванну. После этого поговорим.

— Спасибо тебе за все, Грейсон. И да, я была бы признательна за возможность передохнуть, прежде чем вновь погрузиться в этот кошмар.

И Грейсон крепко сжимает меня в объятиях.

ГЛАВА 3

Так получилось, что все это время я была в Нью-Йорке — меня держали в заброшенном доме в глуши. Мое бессознательное тело перевезли за тысячи миль от дома на частном самолете. У меня так много вопросов. Я отказываюсь куда-либо идти в таком виде, поэтому Грейсон везет нас в свою резиденцию в «Уолдорф Астории». Конечно, у него было бы место здесь, в Нью-Йорке. То, как далеко простираются возможности этого человека, меня больше не удивляет. Когда мы прибываем, служащий вопросительно выгибает бровь, когда видит меня, но затем быстро приходит в себя. Я знаю, что выгляжу дерьмово. Уверена, что на меня будет направлено еще больше любопытных взглядов, поэтому стараюсь не поднимать головы, пока мы пробираемся внутрь к лифтам. Мы останавливаемся на сорок втором этаже в пентхаусе.