Любовница мафиози (ЛП) - Финелли Мила - Страница 59

– Почему нет? Он был мне хорошим отцом, и он позаботится о том, чтобы о тебе хорошо заботились. Ты ни в чем не будешь нуждаться.

Я надавила ладонями на глазницы и попыталась контролировать свое дыхание, прежде чем у меня случится приступ. — Я не хочу быть привязанной к нему до конца жизни. К тому же, я не готова стать матерью. Я хочу пойти в колледж и найти работу. Иметь нормальную жизнь.

Он издал неодобрительный звук. — Обычная жизнь надоедает, Фрэнки. Ты не создана для такой жизни, когда работаешь по часам на какой-то рутинной работе за небольшие деньги. Ты лучше этого.

– Я уверена, что моя мать думала так же, но она отказалась от всей своей жизни ради моего отца. Ее карьера, ее свобода. — Будь своей собственной женщиной, Франческа. Не совершай моих ошибок. – Я не могу этого сделать. Я обещала себе, что у меня будет другая жизнь. — В моих глазах стояли слезы, ужас переполнял меня.

– Фрэнки, — мягко сказал Джулио, притягивая меня в свои объятия. – Не плачь. Мы еще даже не знаем, положительный ли результат.

В глубине души я знала. Я была беременна. У меня никогда так долго не было месячных, а укол уже не действовал. Фаусто обрюхатил меня.

Что мне делать, если это правда?

Я оставалась там, молясь, в объятиях Джулио, пока не сработал таймер.

Он выключил телефон и обнял меня за плечи. — Мы смотрим вместе. Хорошо?

Я кивнула, во рту было сухо, как в грязи. — Ладно.

Мы повернулись и посмотрели вниз. Оба теста были положительными. — О, черт, —прошептала я и опустилась на пол. Я зарылась лицом в свои руки. — Дерьмо.

Я ничего не могла с собой поделать - я начала плакать. Джулио сел рядом со мной и обнял меня. Он ничего не говорил, его сильная рука просто гладила мою спину.

У меня будет ребенок от Фаусто.

Почему? Почему Вселенная так ненавидит меня? Что я сделала плохого в жизни, чтобы заслужить это? Похитили и привезли сюда, обручили, а потом нет. Соблазненная глупыми виноградниками и глупым Фаусто. А теперь случилось самое худшее.

Ребенок.

– Если я убегу, может быть, он никогда не узнает, — задыхалась я сквозь слезы.

– Ты должна сказать ему.

Я покачала головой, прижавшись к его плечу. Я не должна была говорить ему. Я могу сбежать, родить ребенка и отдать его на усыновление. Он бы никогда не узнал.

Джулио наклонил мой подбородок, чтобы видеть мое лицо. — Фрэнки, если ты не скажешь ему, это сделаю я. Он мой отец.

– Но ты мой друг. Bros before hos (друзья важнее, чем шлюхи).

– Я не уверен, что это применимо в данном случае. — Он поцеловал меня в лоб. – Я думаю, это хорошо. Это судьба. Тебе было суждено прийти сюда и подарить мне младшего брата или младшую сестру.

– Ох, Господи. — Я свернулась в комок и начала раскачиваться. Во мне рождался сводный брат или сводная сестра Джулио. Как же это было хреново!

И как идиотка я позвала его на помощь. Конечно, он хотел бы, чтобы я осталась и родила ребенка. Еще один мальчик Раваццани снял бы с него давление, чтобы завести собственных детей.

– Ты можешь это сделать, Фрэнки, — сказал Джулио. – Любой ребенок будет счастлив получить в качестве матери тебя. И я думаю, это будет хорошо для моего отца. Я вижу, что ты ему очень дорога.

Это заставило меня почувствовать себя еще хуже. Фаусто не любил меня. Я была puttanella (перев. с итал. любовницей), удобной дыркой. В конце концов он устанет от меня - так же, как он устал от Катарины, - и отошлет меня и ребенка. Я навсегда останусь женщиной, которая была настолько глупа, что позволила главе калабрийской мафии обрюхатить себя. А расплачиваться за это будет мой сын или дочь.

Как я могла привести ребенка в эту поганую ситуацию?

Слезы снова начали падать, и я с трудом переводила дыхание. Рубашка Джулио была в беспорядке, но мне было все равно. Он периодически протягивал мне бумажные салфетки, но я слишком сильно плакала, чтобы остановиться.

– Что произошло? — Голос Фаусто эхом отдавался в крошечной уборной. – Франческа, почему ты плачешь?

Я не смогла даже взглянуть на него. Мне одновременно хотелось броситься в его объятия и задушить его голыми руками. В этом была только его вина. Он похитил меня и не позволил мне получить еще один противозачаточный укол. После этого он наполнил меня своей супер-спермой и оплодотворил меня.

Джулио и его отец заговорили на быстром итальянском языке, который я даже не пыталась понять. Мне уже было все равно. Эта вся земля была отстойной. Я ненавидела всех и все в ней.

Джулио начал вставать, но я схватила его за руку. — Не уходи. Пожалуйста.

Он улыбнулся мне полуулыбкой. — Все будет хорошо, Фрэнки. Я обещаю. Это судьба.

Предатель.

На сколько я поняла, он написал своему отцу, чтобы тот пришел сюда.

Я отпустила его, словно он обжег мне руку. – Ничего не в порядке. Ничто никогда не будет в порядке снова.

Встав, он обменялся взглядом с отцом, а затем вышел. Фаусто посмотрел на два теста на беременность. — И это то, из-за чего ты плачешь?

– Да, Фаусто, — огрызнулась я. – Обычно так бывает, когда беременеет тот, кто не хочет беременеть.

– Ты должна была знать, что это может произойти, не так ли?

Гнев вспыхнул в моей груди, жгучая ненависть вытеснила печаль. — Из-за того, что меня похитили, накачали наркотиками, почти заставили выйти замуж за твоего сына, привезли в страну, где я не знаю языка, и когда ты соблазнил меня, заставило меня забыть о том, что я просрочила укол. Как глупо с моей стороны! Да, глупая, глупая Франческа. — Я уронила голову на руки. – Пошел ты, Фаусто.

Он ухватил меня за запястье, поднял на ноги и начал выводить из ванной. Я сопротивлялась, отстраняясь от него. — Не прикасайся ко мне. Я ненавижу тебя, и я определенно не хочу иметь от тебя ребенка.

Вздохнув, Фаусто наклонился и подхватил меня на руки. Я извивалась и упиралась ему в грудь. — Опусти меня. Я не хочу сейчас с тобой разговаривать.

– Как жаль.

Он сел на кровать и повернулся так, что мы оба оказались на матрасе, головой на подушках. Я была слишком взбешена, чтобы говорить, поэтому сложила руки и уставилась в потолок. Фаусто приподнялся на локте. — Скажи мне, о чем ты думаешь.

– Я думаю о том, что надо было задушить тебя во сне, пока была такая возможность.

Ублюдок захихикал.

– Тогда мне жаль говорить тебе, что отныне я точно буду спать с одним открытым глазом. — Его рука мягко легла на мой живот. – Piccolina (перев. с итал. малыш), это меня не огорчает. Мне нравится мысль о том, что ты будешь кругленькой и крупненькой с моим ребенком.

Я посмотрела на него. — А что, если я не хочу быть кругленькой и крупненькой с твоим ребенком?

Он поднял плечо, пожав плечами. — Я не позволю тебе сделать аборт, если ты об этом думаешь. Но ты не должна участвовать в этом после рождения ребенка, если не хочешь.

У меня открылся рот. Я думала об усыновлении, но что-то в его фразе заставило меня подумать, что это не то. — Что это значит?

– Это не такое уж редкое явление. Хотя у меня никогда не было внебрачного ребенка, в нашем мире у многих любовниц есть дети. Я могу найти кого-нибудь, кто поможет вырастить его.

Неужели он сейчас серьезно? Так он пытался заставить меня чувствовать себя лучше? Встань в очередь, Фрэнки. У всех мафиозных любовниц есть бастарды. И кто поможет его вырастить? Его следующая mantenuta (перев. с итал. любовница)?

Через мой труп.

Фаусто явно не хотел, чтобы я была рядом надолго. Он уже планировал, как вырастить этого ребенка без меня. Разве мужчины не должны были хотя бы предложить жениться на женщине, которую они обрюхатили?

Но ты не хочешь выходить за него замуж. Ты планировала вернуться к учебе.

Он продолжал говорить. Хотя этот ребенок не наследник, с ним будут обращаться как с королем, потому что он мой. — Еще один Раваццани для братства.

– Откуда ты знаешь, что это мальчик?

– Я не знаю. Но либо мальчик, или девочка будут заслуживать внимания по-своему. Здесь так принято.