Плохие намерения - Кейн Мила - Страница 3

— Нет, папа. Не волнуйся. Я вернусь домой сразу после фильма, хорошо?

— Хорошо, Лили. Я тебе доверяю.

Чувство вины затопило меня после его прощального выстрела. Я ненавидела лгать, но еще больше я ненавидела, когда мне запрещали куда-то идти.

Я повесила трубку и достала платье Евы из пакета. Быстро переоделась и в ужасе уставилась на свое отражение. Она принесла мне маленькое черное платье. С акцентом на «маленькое».

Мои плечи были открыты, а подол заканчивался гораздо выше, чем на лучшей подруге, из-за моего высокого роста. Я всерьез задумалась о том, чтобы снова надеть свои грязные джинсы. Я никогда не носила откровенную одежду. Казалось неправильным, что дочь тренера, законченный книжный червь и ботаник, будет заботиться о выборе нарядов. Я на собственном горьком опыте убедилась, что, даже если приложить усилия, никто этого не заметит. Я вымыла руки и поставила футляр для контактных линз на край раковины, после чего быстро надела их и спрятала очки в сумку.

Мысли о еде привели меня обратно к нашему столику. Я решила, что могу остаться в куртке на вечеринке. Все и так считали меня странной. Никто не обратит внимание на очередную причуду.

Ева замерла, когда увидела меня, рука с бургером резко остановилась на полпути к ее рту.

— Господи, ты выглядишь так сексуально.

— Отец убьет меня, если увидит это платье, – пробормотала я, скользнув в кабинку и схватив свою сумку, чтобы положить ее на колени. Я уже проверила, что там внутри, и оказалось, что мой блокнот каким-то образом избежал намокания.

— Его там не будет, а ты заслуживаешь провести один вечер как нормальный семнадцатилетний подросток.

— Как скажешь. Уговор был на один час, не забывай.

Ева ухмыльнулась.

— Будем действовать по обстоятельствам.

— Ладно. В таком случае, возможно, через час я случайно наткнусь на Ашера.

Брат Евы проследит, чтобы она отправилась домой, если я не смогу заставить ее уйти, как мы договорились.

Она сузила на меня глаза.

— Ты не посмеешь.

— Я бы не стала проверять эту теорию. – Я улыбнулась, подвигая к себе картошку фри.

Соленый вкус успокоил мои расшатанные нервы. Я решила не рассказывать Еве о странном инциденте на парковке. Мне казалось, я не очень хорошо справилась с ситуацией. Она оставила во мне некую неудовлетворенность, как неровный зуб, по которому я не могла перестать водить языком. Ева ничего не заметила, поскольку приступила к последним сплетням о популярных ребятах в нашем классе. Может, я и не общалась с половиной из них, но знала, кто они такие. Я смеялась до слез, желая, чтобы мы просто остались здесь, ели фастфуд и болтали о всякой ерунде. Я не хотела идти на вечеринку, где буду чувствовать себя неловко и странно. Я не хотела прятаться по углам, избегая брата Евы. И я не хотела надевать это платье.

Перестань быть занудой. Это всего лишь на час.

Верно. Я смогу делать все, что захочу в течении часа. Верно?

Может, если я буду повторять это напутствие, оно сбудется.

2.Лили

Вечеринка проходила в доме Беккета Андерсона, расположенном высоко на утесе с видом на весь город. Район был настолько престижным, насколько это вообще возможно в Хэйд-Харборе, а если учесть, каким богатым был наш маленький городок в штате Мэн, то это о многом говорило. Отец Беккета был миллиардером, и он позволял своему сыну устраивать столько вечеринок, сколько тот хотел, пока сам ездил по делам за границу. Исходя из бесчисленного количества тусовок в большом особняке на краю скалы, складывалось впечатление, что отец Беккета путешествует чаще, чем бывает в Хэйд-Харборе.

Сегодня вечером дорога, ведущая к дому Беккета, была забита машинами. Гости поднимались по дороге к зданию на вершине, которое сияло, как маяк, в моросящей ночи. Я припарковалась там, где смогла найти свободное место, – по меньшей мере, в пяти минутах ходьбы от дома.

— Черт, волосы намокнут, – забеспокоилась Ева. У нее были черные ниспадающие локоны длиной до талии, которые, влажные или нет, всегда выглядели идеально.

— У меня есть зонт. Возьми, – предложила я, доставая его с заднего сиденья.

— Давай поделимся.

Мы вышли из машины, и я сразу почувствовала неловкость из-за своего облегающего наряда. Я никогда так не одевалась. Чаще всего я избегала смотреть в зеркало, когда принимала душ. Платье открывало те части тела, которые я и сама толком не видела. Я не была сексуальной и постепенно смирилась с этим. Другие девушки, включая мою лучшую подругу, набрали вес во всех нужных местах и стали более женственными на вид, в то время как меня, похоже, данные изменения обошли стороной. Я была неуклюжей, с узловатыми локтями и постоянно ободранными коленями. Добавьте к этому веснушки, рыжие волосы, которые так и не потемнели до каштанового, и улыбку, обнажающую слишком много зубов. Я смирилась с этим настолько, насколько может смириться любая семнадцатилетняя девушка, которой вот-вот исполнится восемнадцать.

Тем не менее, я проделала такой долгий путь и обещала Еве. Поэтому стиснула зубы от прохладного ночного воздуха и дождя, бьющего по ногам, и накинула тонкую куртку. Она не успела высохнуть после моего падения, но это было лучше, чем ничего. Однако ничто не могло спасти мои волосы, которые уже превратились в рыжие, спутанные пакли, прилипшие к плечам.

Ева взяла меня под руку и раскрыла зонт над нашими головами, убедившись, что у нас обеих выглядывает не более одного плеча. Вместе мы стали подниматься по дороге к дому. Когда подошли ближе, в тихом ночном воздухе послышалась музыка.

— Не могу поверить, что мы действительно здесь! – Ева усмехнулась.

По мере нашего приближения узел нервов в моем животе затягивался все сильнее.

— Напомни мне еще раз, кто нас пригласил?

— Уинтер ДеЛори.

— Уинтер? Чирлидерша? Зачем ей понадобилось приглашать нас?

Ева пожала плечами.

— Она милее, чем кажется.

— Она похожа на антихриста, так что это утешает.

Мы прошли через огромные металлические ворота. Их оставили открытыми, чтобы толпа могла беспрепятственно пройти. Перед особняком был огромный внутренний двор. Я вытянула шею, чтобы осмотреть место, который Беккет Андерсон называл домом. Казалось невозможным, что ученик моей школы жил в такой роскоши. Мало того, он был одним из Ледяных Богов. Ледяные Боги – это три лучших игрока хоккейной команды «Геллионы Хэйд-Харбора», которую тренировал мой отец. Они управляли не только командой, но и всей школой. Эти парни были прекрасны и ужасны. Бессердечные, высокомерные, а временами даже жестокие. Никто не хотел переходить им дорогу. Для меня угрозы не было, вероятно, благодаря тому, что я дочь тренера. Для Евы тоже, поскольку ее брат был одним из Ледяных Богов.

— Ну что, ты готова ? – спросила Ева, когда мы поднялись по блестящим ступеням из белого камня к массивным входным дверям.

— Если я скажу «нет», мы сможем вернуться домой?

— Смешно. – Ева расправила плечи и улыбнулась. — Как я выгляжу?

— Идеально, – пробормотала я.

Она действительно выглядела идеально. Ева и Ашер выиграли генетическую лотерею. Оба были просто сногсшибательными, с карамельной кожей и черными волосами. Ева, без сомнения, была самой красивой девушкой в школе, хотя никогда не вела себя как одна из них. Она была бы популярна уже только благодаря своей внешности, если бы не ее слишком заботливый брат, отгоняющий всех от нее, и пятно на репутации из-за района, в котором они жили. Если Ашер был свободен от осуждения, будучи Ледяным Богом, то Еве повезло меньше. Жители Хэйд-Харбора были ужасными снобами, и отношение отца к моей дружбе с Евой было тому прекрасным примером.

Она милая девушка, но ее семья... Я не хочу, чтобы ты болталась в той части города с такими людьми.

Каждый раз это приводило меня в ярость. Мне было все равно, что говорят. Ева была моей лучшей подругой, и я никому не позволила бы разлучить нас. Претенциозность учеников и их богатых родителей сводила меня с ума. Это было так оторвано от реальности и нелепо, но я не могла представить, что ситуация изменится в ближайшее время. Моя семья не была особо богатой, но должность тренера, которую занимал мой отец, давала нам особые привилегии.