Цикл "Выживальщики". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Денисов Константин Владимирович - Страница 452

– Я цел, – ответил один.

Второй вместо ответа застонал, и они все тут же бросились к нему. У него из плеча торчал ржавый обрывок листового металла.

– Выдернуть или оставить? – спросила Сюз.

– Если оставить, то он не сможет идти, эта штука будет шевелиться у него в ране и причинять боль. А нести его мы тоже не сможем, просто не на чем, – сказала Крис и без предупреждения дёрнула за торчащую из тела железку.

Парень заорал, но потом стиснул зубы и стал просто постанывать. Сюз достала из сумки на поясе набор первой помощи.

– Давай, я тебя перевяжу на скорую руку, – сказала она, – а потом, в медпункте, уже по нормальному всё сделают. Да и вколоть тебе чего-нибудь не мешает, железка-то ржавая.

– Давайте быстрее, – сказал Валера, подползая к ним на четвереньках, – а то, как бы второй раз не прилетело. Не стоит тут сидеть.

– Валер, что с тобой? Ты весь в крови! – ошарашено сказала Крис, – ты ранен?

– Я? – Валера удивился, – не знаю… по крайней мере не чувствую… – сказал он оглядывая себя и увидел, что одно плечо и часть груди в самом деле пропитаны кровью.

– Ой, тебе ухо оторвало! – вдруг сказала Сюз и прижала ладонь ко рту, и было не понятно, то ли от ужаса, то ли, чтобы сдержать смех.

Валера уставился на неё.

– Правда? – спросил он, не решаясь дотронуться до уха рукой.

– Нет, ерунда! – сказала Крис и укоризненно посмотрела на Сюз, – тебе просто мочку срезало, ничего страшного.

– Какую мочку, у него пол уха нет, – сказала Сюз из-за ладошки, и теперь уже было очевидно, что она почти смеётся.

– Сюз, ну ты нормальная? Это вообще не смешно! – сказал Крис, – Валер, не волнуйся, максимум треть, остальное на месте?

– Треть? – ошарашено спросил Валера.

– Тебя это пугает? – спросила Сюз, немного успокоившись?

– Меня вы пугаете, – сказал Валера, – чёрт с ним с ухом. Мы чуть не погибли, у меня кровь идёт, а вы смеётесь! Тьфу на вас!

И Валера, повернувшись, побежал к вершине горы, на ходу доставая из аптечки бинт, чтобы зажать рану.

– Не, Сюз, ну ты вообще нормальная? – осуждающе ещё раз сказала Крис, – он прав, так не делают.

– Прости, – серьёзно сказал Сюз, – это, наверное, шок. Я сама от себя такого не ожидала.

– Ребят, нужно идти, вы сможете? – спросила Крис.

– Да, сможем, – закивали те. Тот, которого ранило, тоже уже пришёл в себя.

– Ну, тогда двигаем, – сказала Крис.

И тут прилетел второй снаряд.

Глава 24

Сюз поняла, что её несут, когда пришла в себя. Нёс один человек. Она застонала и попыталась открыть глаза.

– Потерпи немного, – раздался голос Валеры, – ещё пару минут и мы перевалим через вершину.

– Все живы? – попыталась сказать Сюз, но получилось что-то невнятное. Однако Валера её понял.

– Да, но вас засыпало и побило обломками, – сказал он, – я был дальше, меня почти не задело.

– Прости, – сказала Сюз, искренне раскаиваясь в том, что смеялась над ним.

– Если ты про ухо, то забудь, я не сержусь. Если уж на то пошло, то ты спасла нам жизнь, – сказал Валера.

– Как это? – удивилась Сюз.

– Если бы я не психанул и не ушёл, то нас бы всех там засыпало, и помочь бы было не кому, а так я могу всех вытащить. Ранены, в той или иной степени, все, – сказал Валера.

– И я? – спросила Сюз.

– И ты. Тебе на голову труба упала, без сотрясения не обошлось. Лоб рассекло, может шрам остаться, – сказал Валера.

Только тут Сюз поняла, что у нее, в самом деле, перебинтована голова.

– Всё, приехали, – сказал Валера, бережно опуская Сюз на землю, найдя наиболее ровный участок склона, – я пойду за остальными.

– Так ты что, меня первой вытащил? – удивилась Сюз, – а как же Крис?

– Она там ребятам помогает, они больше пострадали, потому что сзади были. Но, слава богу, все живы. Главное, чтобы больше не стреляли, – сказал Валера и ушёл.

Сюз осталась одна. Она вовсе не считала что, обидев Валеру, тем самым всех спасла. Ведь огонь по наблюдательному пункту спровоцировало, скорее всего, то, что она убивала сибаритов. Значит, она наоборот всех подставила. Эта мысль была невыносимой. Сюз застонала и закрыла глаза.

Руди обработали раны, перевязали, поставили капельницу, но он так и не приходил в сознание. Состояние его стабилизировалось. Насколько можно было судить, его жизни ничего не угрожало. Но сознание не возвращалось.

Руди был в темноте. Он знал, как его зовут. Знал, что это имя он носит недавно, но уже к нему привык. Смутно помнил людей, которые его окружали в последнее время, но всё это было как в тумане. Из тумана чётко выступал только один образ девушки. Её звали Маша. Он вдруг вспомнил, что это его жена, которая во многом и послужила триггером произошедших с ним перемен.

Но всё это он наблюдал как бы со стороны, без эмоций. Даже образ Маши не вызывал чувств. Просто констатация факта.

Помнилась и прошлая жизнь. Плохая и опасная работа, попадание на эту планету. Но опять же, всё далеко и как будто не с ним.

Он огляделся. Тьма была кромешная. Все образы рождались в сознании, а темнота была как будто реальной, как будто он находился в ней физически. Но в то же время, тело своё он не чувствовал. Не мог потрогать себя рукой. Не мог пошевелить ногой. У него был только разум и зрение, которое было бесполезным, потому что видел он только темноту.

Вдруг, вдалеке показалась маленькая точка света. Постепенно она стала расти и увеличиваться в размерах. Через некоторое время он заметил, что внутри этого пятна света есть человеческий силуэт. Чем ближе этот человек подходил к нему, тем больше было пятно окружавшего его света. Как будто он шёл из белого, ярко освещённого коридора, уходящего в бесконечность. И там где был этот человек, коридор заканчивался.

Человек приближался и постепенно превращался из силуэта в обычного мужчину. Руди его знал. Мозг плохо слушался. Чтобы вспомнить кто это, потребовалось приложить усилия. Но он вспомнил. Это был Сёма. Да, но он же, кажется, умер?

Руди пронзила страшная мысль. Значит и он тоже умер! Получается, что после смерти жизнь не заканчивается. Вот, его пришёл встретить старый знакомый. Хорошо еще, что не прислали кого-нибудь из тех, кому он помог умереть. Если его в загробном мире встречает друг, значит, всё не так уж и плохо.

Сёма приблизился. Руди уже видел его очень хорошо. Обычный человек: руки, ноги, голова… Руди попытался посмотреть на себя, на своё тело, но ничего не вышло. Как будто тела и не было. Мозг с глазами, висящие в пустоте.

Сёма остановился совсем близко.

– Привет, Руди, – сказал он.

Ну, как сказал… рот у него не открывался, слова прозвучали как бы внутри Руди, в его сознании.

– Привет, Сём, – ответил Руди и понял, что говорит тоже мысленно.

– Сильно тебе досталось, – сказал Сёма.

– Бывало и хуже, – ответил Руди.

–Ты уверен? – спросил Сёма, – ты уже лишался больше, чем рук?

Руки! В сознании у Руди резко всплыли последние события. Он помнил, что лишился рук. И вспомнил адскую боль, как будто кто-то тисками сжимал его мозг. Хотя, чего переживать, если он уже умер? Руки ему здесь вряд ли понадобятся. Руди попытался посмотреть на свои ладони, поднеся их к лицу, но опять ничего не вышло. Тела по-прежнему не было.

– Руки не главное, – продолжил Сёма, – он пытался сжечь твой мозг. Не знаю, как ты смог выстоять и выдержать этот ад, но ты справился. Но тебе пришлось спрятаться и уйти глубоко внутрь. Обратно выбраться непросто. Поверь, я знаю, о чём говорю. Я сам не могу до конца вернуться. Так и блуждаю в сумерках. Возможно, когда-нибудь у меня получится. И у тебя тоже. Ты главное ищи выход. Не сдавайся. Помни, ты жив, но твой разум заперт. Нужно найти выход.

– Ты мне поможешь? – с надеждой спросил Руди.

– Помог бы, если бы знал как. Вообще-то я прямо сейчас тебе помогаю. Но вытащить тебя отсюда не смогу, ты это должен сделать сам, как и я. Если будет возможность, я постараюсь тебя навещать. Но мне самому нужно искать выход. Тот Я, который снаружи, очень мучается из-за того, что ничего не помнит. Тот Я даже Лиану не помнит, – сказал Сёма.