Цикл "Выживальщики". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Денисов Константин Владимирович - Страница 905

В груди у неё было тесно, дыхание перехватывало. Она всем сердцем чувствовала, что это неспроста! Вот в этом, наверное, всё дело. Эта молния, это зарево, пролетающая сверху станция. И всё это происходит там, куда они держат путь. На континенте Сердце.

Что ей во всём это не понравилось, так это масштаб происходящих событий. Это было слишком мощно и грандиозно. Хватит ли у них сил, чтобы разобраться с этим? С этим, непонятно чем, что бы это ни было?

Она долго вглядывалась в тёмный горизонт, не зная, что буквально в нескольких километрах от неё, то же самое делает Лиана, стоящая на корпусе Левиафана. Команда затянула с вечерним купанием, потом встретили закат на корпусе лодки, а потом просто долго сидели и разговаривали. Постепенно люди уходили. По одному, по два, те кто хотел спать. Последним ушёл Спас. Лиана сама его попросила, сославшись на то, что хочет посидеть и подумать в одиночестве.

И вот, сидя на корпусе одна, так же как Эсмеральда, она увидела эту далёкую зелёную вспышку. И тоже долго вглядывалась в тёмный горизонт ожидая повторения. Даже тогда, когда станция пролетела над ней, и стало уже совершенно очевидно, что на сегодня представление окончено.

Именно в этот момент корабль Эсмеральды обогнал Левиафан. В надводном положении подводная лодка двигалась медленно, а Эсмеральда вела своё судно на крейсерской скорости, быстро оставив линию, на которой они недавно оба были, позади.

И Валькирии первыми на следующий день, в обед, увидели на горизонте дымку, за которой угадывались пока ещё плохо различимые вершины гор.

— Что будем делать? — спросила Бона.

— Постараемся найти укромную бухточку, чтобы бросить там якорь, — сказала Эсмеральда, — а сами будем передвигаться на птице. Не зря же мы её взяли с собой.

Птица занимала всю корму корабля, уместившись там впритык. Впрочем, это не было совпадением. Когда Эсмеральда выбирала себе корабль, она ориентировалась как раз на то, чтобы на нём можно было возить квадрокоптер. И это произошло не сейчас, не при подготовке к этой поездке, а гораздо раньше. Это было её личное судно.

Хотя личного в нём особо ничего и не было. Ни вещей, ни какого-то особого комфорта. Эсмеральда вообще была к этому равнодушна и делила быт со своими Валькириями совершенно спокойно, даже об этом не задумываясь.

Если какой-то дополнительный комфорт встречался в её жизни, она его не избегала, но и специально не искала. Так было в Асгарде. Там постепенно, её окружало всё больше и больше удобств. Причём, сама она к этому не прилагала никаких усилий. Это старалось её окружение. Но если надо, она легко снималась с места, без своей мягкой постели и без любимого повара. Вообще не обращала на такие мелочи внимания.

— И куда первым делом направимся? — спросила Бона.

— Первым делом, совьём для нашей птички гнездо, где-нибудь повыше, — сказала Эсмеральда, — будем оттуда наблюдать за окрестностями, делать облёты.

— Они могу пристать на пятьдесят километров севернее, или на пятьдесят километров южнее. Лодка высадит их и погрузится. Мы их не увидим, с большой долей вероятности. Это уже не говоря о том, что они давно могут быть на берегу.

— Давно не могут, — возразила Эсмеральда, — но да, высадиться уже могли. Тут уж ничего не поделаешь, будем искать. Других вариантов нет.

— Когда ты уже обрастёшь? — вздохнула Бона, — не могу на тебя лысую смотреть!

— А ты общайся со мной не глядя, — подмигнула ей Эсмеральда, и провела рукой по щетине на своей голове.

Подходящую бухту они нашли почти сразу. Довольно большую, чтобы их корабль туда спокойно зашёл и бросил якорь посередине. Бухта была окружена высокими скалами. Подойти к ней с берега было проблематично. Это, конечно, был минус, в том случае если с птицей что-то случится. Но они были готовы рискнуть. Зато так он будет укрыт от чужих глаз. Маловероятно, что сюда кто-то заглядывает. Слишком уж берег недружелюбный. А они собираются оставить тут корабль надолго. Иллюзии что это предприятие на пару дней, ни у кого не было.

Заперев и спрятав всё что можно запереть и спрятать на корабле, они погрузились на птицу и взлетели.

Первый перелёт у них был недолгим. Ещё подплывая к Сердцу, они заметили подходящую скалу, недалеко от побережья. Она вздымалась высоко, доминировала над окружающим ландшафтом и казалось, что наверху есть ровные площадки, где вполне можно разбить лагерь.

Так и оказалось. Они выбрали плоскую вершину, которую сильно продувало ветром, но зато отсюда открывался прекрасный вид, почти на все четыре стороны.

Чтобы птицу не унесло в случае если ветер будет слишком сильным, они поставили растяжки и хорошенько натянули тросы. Теперь она стояла как влитая. Рядом они нашли расщелину, в которой было несколько пещер. Небольших, но им на первое время сойдёт. Тем более, что очень надолго они тут не собирались задерживаться.

Пещеры тоже были по сути трещинами в камне, но укрыться от непогоды и выспаться там вполне можно. Они заселились по два или три человека в каждую.

Но отсиживаться в пещерах они не собирались. Им нужно было следить за окружающей обстановкой, искать Левиафан, постараться понять что здесь происходит и происходит ли вообще. Зелёная вспышка за горизонтом давала очень мало информации.

В первый день решили никуда не летать, тем более что дело уже шло потихоньку к вечеру, а поизучать окрестности в оптику. У них с собой было три хороших бинокля. Поэтому, как только они обустроились, то уселись в разных концах этой плоской вершины и стали наблюдать. Первыми за дело взялись Эсмеральда, Бона и Руфь. Потом собирались поменяться с пташками, но первый взгляд вокруг хотели бросить старшие.

Они пялились в бинокли с полчаса и не могли увидеть ничего интересного. Под интересным понимались следы человеческой деятельности. Пока этого видно не было. Но и сам пейзаж заслуживал внимания. Если с одной стороны было вполне обычное море, то с другой стороны, со стороны континента, всё выглядело, мягко говоря, не очень. Практически полностью отсутствовала растительность. Это было плохо. Нет флоры, не будет и фауны. А чем же тогда они будут питаться? Те запасы, которые они могли взять с собой на птицу, были небольшими. Прокормить десятерых человек этим долго не получится. Была надежда на охоту… ну и плодовые деревья. Но главная ставка всё же делалась на дичь.

Скалы, вздымающиеся в этом месте на побережье, не простирались вглубь суши. Да и по берегам они постепенно сходили на нет. Валькирии знали это заранее и могли пристать в месте с более пологим берегом. Но им как раз хотелось забраться повыше. Поэтому они выбрали скалы.

Когда прошёл час, все наблюдающие передали бинокли другим Валькириям, а сами собрались возле квадрокоптера, чтобы поделиться наблюдениями.

— Кто что интересного заметил? — спросила Эсмеральда.

— Люди здесь есть, — сразу сказала Руфь.

— Да? — удивилась Бона, — а вот я вообще никого не увидела.

— Я тоже никого не увидела, — кивнула Рыфь, — но мне кажется, что следы человеческой деятельности присутствуют.

— Конечно, присутствуют, — улыбнулась ей Эсмеральда, — это же был самый обжитой континент во времена колонизации, здесь находилась столица планеты. Тут даже мегаполисы были. Вообще городов было несколько, один точно можно считать мегаполисом. Но и остальные тоже очень крупные. Тут и космодром центральный находился, и несколько морских портов. Раньше жизнь тут кипела… а сейчас и не скажешь, да?

— Да, — согласилась Руфь, — но я не про это. Мне кажется, что тут сейчас кто-то живёт. Конечно, это могут быть какие-нибудь животные…

— Что для нас очень даже неплохо, потому что будет кого зажарить на костре, — сказала Бона.

— Верно, — сказала Руфь, — но мне, всё-таки кажется, что это разумные существа. А разумными тут могут быть только люди.

— Объясняй, — кивнула Эсмеральда.

— Тропы, — сказала Руфь, — я видела тропы. Много троп. И они… трудно объяснить… как будто имеют какую-то систему. Ну, не то чтобы систему… в общем, есть у меня ощущения что эти тропы набиты не животными.