Степень сравнения (СИ) - Бран Адерин - Страница 21

Марат ничего не знал об арабском языке, только некоторые фразы, которым учил его отец чтобы правильно совершать намаз. Ну и пару ругательств, которым его научила его коллега, специалистка по арабскому языку, Инесса.

Не задумываясь, Марат набрал номер её номер.

— Да, Марат? Привет! — девушка ответила очень быстро.

— Инесса, слушай, мне нужна твоя помощь! — выпалил Марат напряжённо.

— Марат, ты меня пугаешь! У тебя странный голос.

— Нет времени!

— Теперь ты пугаешь меня ещё сильнее! Говори! — Инесса ответила уже более собранно.

— Слушай, у меня тут бумажка, я она, вроде, по-арабски. Я ничего не понимаю, мне нужно прочесть сейчас. Поможешь?

— Показывай, — немного удивлённо ответила Инесса.

Марат включил видеосвязь и направил камеру на развёрнутый свиток.

— Можно поближе? — попросила Инесса.

Марат поднес камеру поближе, чтобы выхватить верхние строки документа. Инесса ненадолго замолчала и с сомнением протянула:

— Слушай, это, конечно, арабский алфавит, без сомнения… Но, если честно, я не понимаю ни слова. Вообще ни одного, даже короткие слова. Это странно. Ты уверен, что это — арабский язык?

— Я вообще ни в чём не уверен, — выдохнул Марат, вцепляясь в волосы.

И что ему теперь делать? Он понятия не имел, с чего начать.

— Подожди секунду, — сказала Инесса и что-то крикнула себе за спину по-арабски.

Очень скоро на экране смартфона Марата появился Раид, муж Инессы. Чистокровный, настоящий, всамделишний араб. Марат мгновенно воспрял духом. Уж кто-кто, а он должен понять этот язык! Если это, конечно, арабский. Даже, если он архаичный.

Мужчина пролопотала что-то своё, чмокнул жену в макушку и взглянул на экран. Марат старался не двигаться, чтобы картинка не прыгала. Раид нахмурился, поджал губы и сосредоточенно уставился на надпись. Потом он покачал головой и что-то затарахтел. Инесса начала переводить:

— Раид говорит, что это не арабский язык. Там есть пара знакомых ему слов. Он говорит: там есть что-то вроде «клясться» или «подтверждать», есть «писать», но остальное — это белиберда из звуков, которые ему совершенно непонятны.

Марат едва не застонал в голос.

— Но здесь точно написано имя «Усман[6]», — добавила Инесса.

— Где⁈ — вскинулся Марат.

— В первой строчке[7]. Потом — набор звуков. Если ты хочешь, Раид просто прочтёт вслух то, что тут написано.

— Давайте, — сказал Марат без особой надежды.

Раид с некоторыми запинками начал медленно проговаривать слова. Их фонетика была странно знакома Марату. Султан, Усман, Сукут…

— Сёгют? Ты сказал, Сёгют? — подскочил Марат.

— Ну, может, и Сугут, тут какой-то странный значок над буквой[8]… — с сомнением протянула Инесса.

— Спасибо ребят, я перезвоню, когда доберусь!

Марат отключился, не прощаясь. Слово «Сёгют» было ему знакомо. Это был небольшой городок с населением всего пятнадцать тысяч человек. Тем не менее, название этого города знал каждый, кто хоть немного был знаком с историей Турции.

Сёгют был первой столицей Османской империи. И это очень клеилось с этими бреднями про Османа и сокровища. Марат подхватил свою сумку, закрыл дом прадедушки на ключ и помчался в сторону Мармары.

[1] У тюрков есть легенда, что они произошли от мальчика-кочевника и волчицы, что исцелила его. От их союза родилось девять сыновей, предводителем которых стал Ашина, Благородный Волк. Эти девять мальчиков стали прародителями всех тюрков.

[2] Данная версия — вымысел автора, хотя, она не хуже других. Версий о том, что конкретно произошло в то время, невероятно много. Например, есть предположение, что Эртогрул действительно случайно наткнулся на битву двух незнакомых ему вождей и благородно принял сторону проигрывающих, чем изменил ход сражения. Также есть версия, что племя кайи служило хорезмшаху, а потом ушло в Анатолию под покровительство султана. Словом, кто теперь знает правду? Про двадцать четыре туркменских рода — всё правда. Имена вождей не вымышлены, войны — тоже.

[3] Эти части крепости действительно существуют и поныне.

[4] Не все знают, но в исламе существует правило прикрытия тела не только для женщин, но и для мужчин. Если у женщин недозволительно открывать всё тело, кроме лица, кистей рук и стоп, то для мужчин абсолютно непозволительно показывать своё тело от пупка до колен включительно. А в соответствии с обычаем не искушать и не побуждать у окружающих ненужные мысли, стоит прикрыть побольше.

[5] Кто Вы такой? (тур.)

[6] Имя «Осман» заимствовано из арабского языка. Первый звук этого имени — полугласный и встречается только в нескольких языках мира. Например, в ингушском и маршалльском. Поэтому правильно транслитерировать его на другие языки просто невозможно. На русский его традиционно не транслитерируют вообще. Мы просто не можем его произнести, а некоторые даже не могут различить. Но у этого звука есть огласовка, и её пишут, как «О». Как, например, в словах «Оман», «Омар», «Осман», хотя, если быть точными, буквы «О» в арабском языке нет. Все три указанных слова имеют огласовку «у», так что, правильнее было бы говорить: «Уман» и «Усман».

[7] В арабском языке нет различия между строчными и прописными буквами, поэтому отличить имя собственное от нарицательного на письме невозможно.

[8] В арабском языке нет звука «г». В языках, которые используют арабское письмо, некоторые буквы были модифицированы, как и, например, кириллица — для казахского языка. Так для обозначения звука «г» используется буква «к» и дополнительной чертой.

Глава 9

Эмине выбралась из библиотеки уже в сумерках, хотя это никоим образом не уменьшило количество гуляющих. Даже наоборот. Библиотекарь едва не вытолкал её за дверь, и Эмине пришлось копаться в телефоне в поисках отеля прямо на крыльце.

Эмине было погрузилась в чтение списка отелей, но тут её ноздрей коснулся умопомрачительный запах готовящейся еды, и девушка поняла, насколько она проголодалась. Она невольно сделала стойку, как сурикат, и начала крутить головой в поисках источника божественного аромата. Её желудок вслух пел оды мастерству повара и призывал Эмине поторопиться.

Городская библиотека Бурсы находилась на улочке, заполненной закусочными, и Эмине растерялась. Под очередной вопль желудка она пошла на запах, и вскоре ноги привели её к небольшой закусочной на первом этаже жилого дома.

Заведение, судя по заполненным стоящим прямо на тротуаре столикам, было довольно популярным. Эмине пробралась через толпу и подошла к прилавку, за которым располагалась касса и кухня.

— Чем тебя угостить, сanım[1]? — спросил повар, отвлёкшись от шкворчащей сковородки.

— Брррау! — завопил желудок Эмине до того, как она успела открыть рот.

— Я понял! — с улыбкой ответил повар и махнул рукой в сторону столиков. — Присаживайся, сейчас всё сделаем.

За время пребывания в закусочной настроение Эмине значительно улучшилось. Всё-таки, сытый желудок ощущается приятнее голодного, и о свершениях мечтать получается гораздо проще. Отель нашёлся всего в одном квартале от библиотеки, и Эмине бодро потопала туда, прихватив с собой пакет симитов на утро.

На первом этаже отеля обнаружился закрытый до утра прокат автомобилей, и Эмине задумчиво на него посмотрела. А вдруг завтра она откопает клад! Не в руках же его нести, в конце концов! Теперь финансы позволяли Эмине не кататься в автобусах, пора бы и воспользоваться преимуществами туго набитого кошелька.

Утром Эмине, держа в руке бублик и огромный стакан чая, весело спешила к старенькому Fiat linea, которые производили тут же, в Бурсе. Машинка была её на ближайшую неделю. Девушка надкусила бублик, не успев сесть за руль.

Держа бублик в зубах, она сравнила старый план крепости и современный план руин. От драгоценной стены почти ничего не осталось. Развалины этой стены были расположены не в туристическом районе Османгази, а гораздо выше в горы, в районе Алладжахырка.