Степень сравнения (СИ) - Бран Адерин - Страница 47

Эмине сидела, не в силах вымолвить ни слова, а Мурад, как ни в чём не бывало, вернулся к переписке.

— Сколько человек поедет? Трёх машин хватит? Или лучше микроавтобус? — мужчина задумчиво поджал губы и пробормотал, — да, лучше микроавтобус… Так какой адрес, Эмине?

Девушка не реагировала, и Мурад снова на неё посмотрел. Видимо, что-то поняв, он взял её за руку и твёрдо сказал:

— Эмине, я сказал, что помогу, значит, помогу! Керим-ага живёт один, он будет счастлив женщинам, которые могут сообразить хоть что-то сложнее лепёшек и кебаба, и ребятне, которой можно читать Неджати[8] по вечерам. Он одобрил идею и был рад! В Мармаре есть начальная школа, до средней в Текирдаге или Эрдеке можно добираться на пароме.

Эмине ошеломлённо хлопала глазами, и Мурад надавил:

— На острове живёт чуть больше семи тысяч человек, там все друг друга знают. И там всего один порт. Туда невозможно пробраться незамеченными. Твои сестрёнки смогут свободно гулять, не опасаясь никого…

Эмине едва не снесла столик, когда рванулась к Мураду. Она с маху бросилась ему на груди, вцепилась в него всеми четырьмя конечностями и уткнулась носом в его шею. Казалось, Мурад немного обалдел от такого бурного проявления чувств, но тут же прижал девушку к себе.

— Спасибо-спасибо-спасибо, — повторяла Эмине, не в силах остановиться.

Мурад мягко поглаживал её по спине и ждал. Когда Эмине смогла оторваться от него, мужчина тихо напомнил:

— Эмине, адрес, звонок маме.

— А? А, да. Сейчас…

[1] Хорошо, ладно (тур.)

[2] Здравствуйте, алло (тур.)

[3] Да (тур.)

[4] Один из крупнейших производителей сериалов в Турции.

[5] В Турции жадного человека называют açgözlü, буквально — голодноглазый.

[6] Эта идиома в турецком языке означает, что у человека хорошее финансовое положение.

[7] Ангелы в Исламе.

[8] Турецкий лирик XV века.

Глава 21

Марат смотрел, как дрожащими руками Эмине нащупала телефон. Она старалась делать вид, что держит себя в руках, но Марат видел — она на грани. Пальцы её подрагивали. Она так крепко вцепилась в аппарат, что он тренькнул.

Разговор с матерью вышел у неё довольно быстрым. К невероятному удивлению Марата, женщина не стала ни спорить, ни спрашивать, откуда вдруг Эмине взяла пятерых не говорящих по-турецки мужчин, готовых с боем вывезти всю их семью из Стамбула к чёрту на рога.

Мать Эмине просто возблагодарила Аллаха за помощь, и Марату почудилось невероятное облегчение в её голосе. Женщина быстро завершила разговор, а Эмине снова бросилась на шею Марату. И нельзя сказать, что он не испытывал от этого некоторую долю самодовольства.

Следующие семь часов Эмине не могла найти себе места, как Марат ни старался её успокоить и отвлечь. Девушка просто металась по номеру и по парку, когда он вытащил её туда, чтобы развеяться. Она то и дело вцеплялась в Марата, умоляюще заглядывая ему в глаза. Даже Керим-ага её не отвлёк, хотя раньше это работало безотказно.

От братьев и отца поступали короткие сообщения, что всё идёт по плану, и Марату этого было остаточно. Но в Эмине настолько сильно въелся страх перед отцом, что она поверить не могла, что от него можно отделаться так просто.

К вечеру Марат увёл Эмине в номер и постарался втолкнуть ей в руки чашку горячего чая. Эмине её приняла и тут же разлила на себя, когда телефон Марата зазвонил. Мужчина поднял трубку.

— Сәлам абыем!

— Сәлам Самур! Как дела? — Марат, услышав весёлый голос брата, облегчённо расслабился.

— Да всё неплохо. Личный состав в целости и сохранности доставлен на новое место дислокации. — хохотнул Самур. — Этот перец не посмел наброситься на нас, но попытался вызвать полицию. Это не помогло. Женщины быстро разъяснили ситуацию, и полицейские помогли им донести чемоданы до машины.

— Я так и думал, что её отец — трусливый шакал! — выплюнул Марат.

— У двух женщин и троих детей нашли следы побоев, мужика забрали в участок, — сказал Самур гораздо серьёзнее. — Сейчас две женщины пишут заявление в полиции Мармары. Представляешь, этот дебил ни на одной из них не был женат официально! Только никях!

— Ну, тем быстрее получат развод, — зло проговорил Марат. — Ну а в целом как?

— Да как-как? — в голосе Самура снова послышалась улыбка. — Слышишь? Плещутся…

— Слушай, включи видео, у меня невеста с ума сходит уже, — попросил Марат.

— Да без проблем! Покажи хоть невесту.

Через секунду на экране телефона замаячила жутко довольная физиономия Самура в солнечных очках и кепке. Брат отсалютовал Марату бутылкой воды. Марат ухмыльнулся, ткнул громкую связь, и радостный детский визг разнёсся по всему номеру.

Марат развернул экран к Эмине и подсел поближе. Девушка совершенно невежливо цапнула у него телефон и уставилась в экран. Её хватило только на короткое «Selam[1]», но Самур всё понял правильно. Он развернул телефон в сторону пляжа, и Эмине облегчённо застонала и привалилась плечом к Марату.

Две женщины тетёшкались со скачущей на морском мелководье малышнёй. Три молодые девушки носились по берегу наперегонки с мальчиками помладше. Братья Мурада дурачились с ними. Чуть вдали, заложив руки за спину, стоял Анвар Ахметович и важно взирал на бедлам вокруг. Все женщины и девушки сняли чарфаши и наслаждались возможностью бегать с непокрытой головой.

Эмине дрогнула. Марату показалось, что она сейчас разрыдается, и он заговорил:

— Они в порядке, Эмине. Всё будет хорошо! Он до них не доберётся.

Девушка, не прощаясь, завершила вызов, бросила телефон на колени и закрыла лицо руками. Марат всполошился:

— Аşkım[2], что с тобой? Ну хочешь, мы их перевезём куда-нибудь? Что случилось?

Эмине не ответила. Она вдруг развернулась к нему, забралась на его колени и вцепилась в него, как утопающий.

— Seni seviyorum[3], — прошептала она Марату на ухо.

Марат невольно вздрогнул и прижал девушку к себе. Всё его тело пронзило странное чувство лёгкости, как будто его кровь разом взбурлила, как шампанское. Он рвано вздохнул, впитывая это ощущение.

Эмине лишь теснее прижалась к нему, а потом вдруг оторвалась от него и начала покрывать его лицо поцелуями, почти не разбирая, куда. Марат сначала опешил, а потом едва не расхохотался от такого энтузиазма.

— Эмине, ты что?

Но девушка его не слушала. Она продолжила целовать его щёки, прихватила губами мочку уха, а потом поцеловала в губы. Впервые сама потянулась к нему. Она прикусила его нижнюю губу и чуть потянула.

Руки Марата помимо его воли сильнее сжались на талии девушки. Он подался навстречу такой искренней ласке и легко коснулся губ девушки языком. Эмине впустила его тут же, чего раньше не позволяла.

Даже больше. Она вцепилась в волосы Марата, попыталась подтянуть его голову поближе, заставляя углубить поцелуй, и толкнула его грудью, побуждая откинуться на постель. Марат распалился мгновенно.

Пусть он и держал себя в узде всё то время, что они с Эмине провели вместе, но сказать, что это ему легко давалось, было бы абсолютной ложью. Всё его напряжение сконцентрировалось в одной точке его тела, а Эмине продолжала ёрзать на нём, будто не замечала, что с ним происходит.

Девушка недовольно заворчала, надавила не его грудь ладошками, и Марат поддался. Он опрокинулся навзничь, и Эмине тут же устроилась поудобнее. Теперь она точно не могла не заметить твёрдый бугор, упёршийся ей в бедро. Но Эмине не отстранилась.

Тут Марата пронзила догадка: она не играла! Она будоражила его совершенно намеренно! Марат отстранил Эмине от себя, чтобы заглянуть ей в глаза. Её ресницы слиплись от влаги, но слёз на щеках не было. Девушка смотрела на него со смесью решимости и неуверенности.

— Эмине… Я… — Марат растерялся.

Девушка застыла на секунду, но Марат решительно не знал, что сказать. Эмине не дождалась от него ничего вразумительного и снова потянулась к нему, но Марат не позволил.