Эффект разорвавшейся бомбы (ЛП) - Соренсен Карла - Страница 48

Вместо того, чтобы уйти, согласиться или хотя бы изобразить облегчение, Люк уставился на меня, как будто я была головоломкой, которую он не мог разгадать.

В груди бешено колотилось сердце, потому что я держалась за самую хрупкую из нитей. Глядя ему прямо в лицо, хотя он и не мог видеть моих глаз, я знала, что он, вероятно, обнял бы меня, если я бы подошла ближе, лишь продлевая этот момент.

В конце концов, он кивнул.

— Да.

— Удачи. Не позволяй им слишком много говорить тебе об этом.

— Ты уверена, что с тобой все в порядке? — спросил он, явно не купившись на мой маленький номер, что было прискорбно, потому что я была почти уверена, что только что выступила так, что Академия должна была обратить на это внимание.

— Я в порядке, — заверила его.

Бросив последний испытующий взгляд на зеркальные линзы, он ушел, а я судорожно выдохнула. Затем опустилась на пол, бросила очки и обхватила колени руками, давая волю слезам.

Потому что мне казалось, что с каждым шагом он тянет мое сердце за собой, и я никогда не верну его обратно.

Пятнадцать минут спустя меня на полу нашла Джой, она помогла мне встать, вытерла лицо белым носовым платком и отвела обратно туда, где с тревогой ждала Пейдж.

Напоследок, она взяла мое лицо в ладони.

— Милая, ты Саттон. И это не слабая порода. Сегодня ты плачешь, но завтра, завтра выпрямишь спину и продолжишь делать свою работу.

— Хорошо, — пообещала я.

Джой крепко обняла меня, прежде чем Пейдж усадила в машину.

Завтра.

Завтра я выпрямлю спину и продолжу делать свою работу.

25

Элли

— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я пошла с тобой? — тихим голосом спросила Пейдж, положив руку мне на спину. Туннель, ведущий к полю, казался длиной в восемнадцать миль.

Я расправила плечи и сделала глубокий вдох.

— Нет, все как обычно. Я пережила последние пять дней, так что могу пережить и одно прохождение по полю

На лице подруги появилось опасение, от которого у меня в животе начали скручиваться спирали. Знаете, такие гибкие штуки, которыми скрепляются пакеты для хлеба? И если они слишком туго намотаны, то сложно найти начало, невозможно понять, в каком направлении нужно двигаться, чтобы открыть пакет.

Именно так я чувствовала себя.

На этой неделе я трижды делала массаж, и все дома, потому что выход на улицу был заблокирован. Доставка продуктов помогла нам выжить, как и огромное количество вина, мороженого и китайской кухни.

Не в таком порядке.

Хотя вино предшествовало каждому важному решению, которое мы с Пейдж принимали после Инцидента, как мы привыкли называть произошедшее.

Вино помогло нам решить, что я должна заплатить непомерную сумму денег, чтобы мой стилист пришел и подстриг мне волосы выше плеч, не выходя из комфорта (и уединения) моей собственной ванной комнаты. Что-то свежее и новенькое.

Вино помогло решить, что унаследовать футбольную команду от отца было глупо, даже если на самом деле я вовсе так не думала.

И оно же подтолкнуло меня к тому, что Люк определенно, вероятно, скорее всего, просто боялся того, насколько потрясающими были наши отношения, поэтому он выбрал безопасный маршрут для себя и своей дочери, сохраняя дистанцию. Я ни разу не видела его дома. Фейт тоже.

Ни единого проблеска.

От этого стало чуть ли не хуже. Как будто его вообще не существовало.

К пятнице мне пришлось сказать вину, что мы расстаемся на несколько дней, потому что мне нужно было избавиться от похмелья перед игрой в воскресенье. Первая игра после Инцидента, дома, против нашего главного соперника по дивизиону, и на данный момент команда опережала нас на одну игру в турнирной таблице дивизиона.

Даже без Инцидента это была напряженная игра. Джой сказала мне, что соперники были известны многими вещами, помимо побед в играх в этом году. Пустая болтовня. Несколько сомнительных игр. Фанаты были настолько страстно увлечены своей командой, что выглядели как воины ушедшей эпохи, и все это слегка пугало, если не знать, чего ожидать.

Всю неделю меня не было в офисе, и в воскресенье утром я проснулась, зная, что мне нужно присутствовать на игре. Все шло своим чередом. Я, как обычно, должна прогуляться по полю во время разминки. Приветствовать команду, некоторые из которых связались со мной по смс или электронной почте, чтобы сообщить, что они меня прикроют, и наблюдать за происходящим из своей безопасной роскошной ложи.

Пейдж, которая была рядом со мной всю неделю, делала все, что я от нее требовала, не хотела, чтобы я уходила. Джой подумала, что это пойдет мне на пользу. Хорошо для команды.

Она бросила этот последний аргумент, вероятно, зная, что это разобьет к чертовой матери мою трусость и заставит вернуться в мир живых.

Все как обычно.

Я могла бы это сделать. Поскольку это была домашняя игра, со мной шел только один охранник, угрожающего вида мужчина с глазами, которые не переставали сканировать, и шеей размером со все мое тело. Кажется, его звали Рико, но я также не была уверена, что он умеет говорить, поэтому не спрашивала.

Бросив последний обеспокоенный взгляд на поле, откуда доносилась громкая музыка, смех игроков и болельщиков, снующих повсюду и требующих автографов, Пейдж сжала мою руку.

— Что ж, я буду недалеко, если тебе понадобится кого-нибудь поколотить.

Рико прочистил горло, и я постаралась не рассмеяться. Я быстро обняла свою подругу.

— Все в порядке. Я не чувствую себя в опасности, просто чувствую себя… — Я поискала подходящее слово. — Незащищенной. И ненавижу это.

Ее глаза были печальны.

— Со временем это пройдет. Просто иди туда, не смотри ни на кого, кроме своих игроков, делай свое дело, и после мы пойдем закажем фантастическую «Кровавую Мэри» в твой номер, хорошо?

Я кивнула.

— Хорошо.

Идя по туннелю, я провела рукой по своей белой майке «Волков». Поверх накинула сшитый на заказ черным блейзер и убрала волосы с лица заколкой. Вместо каблуков, которые были настоящей занозой в заднице на поле, надела простые белые кеды.

Все как обычно.

Никто не стал бы разбирать мой наряд. Никому не было бы дела до того, что я была. Я повторяла это снова и снова, как молитву.

Все как обычно.

Раздвижная крыша была открыта, позволяя солнцу проникать внутрь вместе с легким прохладным октябрьским ветерком. Я держала подбородок высоко поднятым и смотрела прямо перед собой, когда выходила из туннеля, и, словно ожидая меня, Дайвон скользнул передо мной, пританцовывая во время разминки.

Я не могла удержаться от улыбки, когда он подставил мне локоть и продолжал подпевать какой-то поп-песне, которая играла. Я не узнала ее, но это было неудивительно.

— Спасибо, — сказала ему вполголоса, обхватывая ладонью его массивную руку.

— Девочка, не нужно благодарности. — Он взглянул на меня краем глаза. — Наверное, из-за тебя он был в таком чертовски хорошем настроении эти несколько недель. Парню нужно было немного расслабиться.

Смеяться было неправильно, но в то же время так, так хорошо. Такое приятное облегчение вместе с солнцем, свежим воздухом, осознанием того, что самое трудное — вообще выйти сюда — позади.

Он шел со мной, пока ребята прерывали свою растяжку, один за другим улыбаясь мне, давая «пять», пару раз обнимая, каждый из них приветствовал меня с уважением, давал понять, что у меня есть их поддержка.

Джек подмигнул мне, прежде чем пуститься бежать, чтобы поймать мяч, брошенный, ага, Люком. Когда я взглянул в его сторону, он опустил голову, слушая все, что говорил ему его тренер. Это была та вещь, которую я не учла. Взгляды определенно следили бы за нами из-за этого.

Как бы мне этого не хотелось, я позволила своим глазам осмотреть боковые линии, где выстроились камеры и где репортеры будут стоять во время игры. Половина этих камер уже была направлена прямо на меня.

Сердце неприятно заколотилось, что заставило меня крепче сжать руку Дейвона.