Экстренный контакт (ЛП) - Лэйн Лорен - Страница 10

— Это было главным заголовком практически во всех новостных лентах в течение всего дня. Предполагается, что Барри станет ураганом века.

Я даже не могу удостоить его ответом, но мужчина не понимает намека и продолжает болтать, уткнувшись в свой телефон.

— Черт. Сейчас тарифы просто бешеные, — бормочет он, показывая мне приложение на своем телефоне, как будто это должно что-то значить для меня. — Ты живешь недалеко от центра, верно? Хочешь поедим на одной машине? Ждать всего восемь минут. Неплохо для этого времени суток на Пятой авеню.

Я издаю едва слышный смешок, и он одаривает меня насмешливой улыбкой.

— Что я упускаю?

— Я понимаю, что ты здесь недавно, но... настоящие ньюйоркцы ловят такси, — говорю я ему.

— Как долго я должен быть здесь, чтобы стать настоящим ньюйоркцем? — спрашивает он, недоумевая.

Вероятно, это риторический вопрос, но я все равно рассматриваю его всерьез, потому что это законный вопрос, заслуживающий внимания.

Сколько времени нужно, чтобы стать настоящим жителем Нью-Йорка?

Зависимости от обстоятельств. Терпеть не могу таких расплывчатых ответов, но в данном случае это правда. Некоторые люди могут прожить здесь двадцать лет, но так и не понять, что происходит. Другие, кажется, впитывают город в свою кровь за считанные недели.

— Расслабься, Кэтрин. Я пошутил, — говорит Мэтт-Майк-Мартин. — Думаю, в душе я всегда буду техасцем. Меня это устраивает.

Мы выходим из лифта, и это должно было бы стать передышкой, но вокруг полно людей, и мы вынуждены идти медленно. И вместе.

— Значит, ты останешься в городе на праздники? — спрашивает он.

Уф. Светская беседа продолжается.

— Да.

— То же самое. Приезжают родственники жены, — говорит он со страдальческим выражением лица.

Из-за этой гримасы он нравится мне еще больше. Не потому, что могу понять ужасных родственников, а потому, что он первый человек сегодня, который, кажется, понимает, что Рождество — это не только конфеты и снежинки.

— Они замечательные, — продолжает он наигранно веселым тоном, когда мы выходим на улицу. — Просто... ну, ты понимаешь. У меня впереди целых четыре вечера, чтобы придумать, чем их занять, чтобы разговор не перешел в обличительную речь о состоянии здравоохранения в стране или росте цен на пшеницу.

— Ага. — Я сразу же направляюсь к обочине и поднимаю руку, сканируя забитую людьми улицу на предмет желтых машин. Точнее, тех, у которых горит лампочка в знак того, что они свободны.

— Ты же не думаешь всерьез, что в декабре в час пик на Пятой авеню тебе удастся поймать такси, — говорит он со смехом. — Может, я и не житель Нью-Йорка, но даже я понимаю, что это бред. Да ладно. Серьезно. Поехали со мной. Ждать всего шесть минут.

— Прости, Техас. Я езжу только на желтых. Самый безопасный и надежный способ передвижения по городу.

Я не могу удержаться от самодовольной улыбки, когда такси подъезжает и останавливается прямо передо мной. Видите?

Он качает головой, все еще улыбаясь своей безжалостной улыбкой.

— Точка зрения доказана. Что ж, с Рождеством, Кэтрин.

— Ага. — Я бросаю сумку с ноутбуком в такси и начинаю забираться вслед за ними, но в последний момент неохотно оборачиваюсь. — Хочешь со мной? Если мы едем в ту же сторону.

— Не-а. — Он поднимает телефон и помахивает им. — Осталось пять минут. Спасибо.

— Без проблем, — говорю я, надеясь, что мое облегчение не слишком заметно.

Я начинаю забираться в такси во второй раз, но снова останавливаюсь и поворачиваюсь.

Понятия не имею, что на меня нашло. Действительно не знаю.

Но внезапно я обнаруживаю, что достаю конверт из внутреннего кармана своего пальто и направляюсь к М-как-его-там, и засовываю конверт в карман его костюма.

— Два билета на выступление «Рокеттс» в канун Рождества. Отправь своих родственников, чтобы дать себе небольшую передышку.

Он выглядит искренне удивленным, и я не могу его в этом винить. Я и сама немного удивлена.

Я не из тех, кто делает спонтанные подарки. А буквально вчера в женском туалете я услышала, как помощники юристов шутили, что я, наверное, буду раздавать уголь в качестве подарков на праздники, что, честно говоря, меня оскорбило.

Я бы никогда не стала. Уголь ужасно вредит окружающей среде.

Я купила всем сотрудникам в офисе, за исключением Айрин, практичные электрические зубные щетки. Их доставят после Рождества, когда все начнут думать о том, как лучше подготовиться к новому году.

— Спасибо, Кэтрин! Это невероятно щедро. Я ценю это, правда. Действительно ценю.

Я пожимаю плечами, как будто это пустяк, хотя это означает, что мне придется найти другой способ провести канун Рождества.

Я знаю. Я? В «Рокеттс»? В самом центре нью-йоркского рождественского туризма?

Но послушайте. На мой взгляд, двадцать женщин, вскидывающих ноги в идеальной синхронности — куда более впечатляющее зрелище, чем наблюдение за тем, как люди бросают или пинают мяч.

Но что-то мне подсказывает, что этому парню они нужнее, и я бы все равно потратила один из билетов впустую.

Впрочем, это приятно. Распространять немного праздничного настроения. Я тут же хмурюсь при этой запретной мысли. Должно быть, это из-за посыпки и мятного мокко мое Гринч-Скруджевское равновесие нарушено.

Я поднимаю руку в прощании.

— Счастливого Рождества, Майк.

— Митч.

Черт. Так близко.

Я поднимаю руку в знак извинения и забираюсь в ожидающее такси.

— Угол Пятьдесят седьмой и Парк.

Кивнув в подтверждение, таксист вливается в поток машин.

Секунду спустя я слышу скрежет, сопровождаемый ужасающим звуком сминаемого металла.

Затем все погружается во тьму.

ГЛАВА 8

TOM

23 декабря, 11:55

Боже, благослови Uber.

На мой взгляд, сервисы совместного использования поездок и их удобные приложения — это лучшее, что случилось с городом с момента открытия первой линии метро в начале 1900-х годов.

(И да, я иногда езжу на метро. Только не говорите маме, потому что не думаю, что смогу пережить, услышав о заговоре карманников в метро во второй раз).

Но когда у меня плотный график? Когда направляюсь в аэропорт? Когда ношу с собой кольцо, которое стоит пару месячных зарплат?

Uber.

Есть такие жители Нью-Йорка, которые считают, что желтые такси имеют преимущество. Эти люди ошибаются.

В Uber у вас не будет этого ужасного маленького телевизора, встроенного в спинку сиденья, по которому вы будете смотреть вопросы из теле-викторины.

С Uber вам не придется стоять на обочине и размахивать руками в воздухе, пытаясь привлечь внимание водителя.

С Uber нет шансов, что вы будете терпеливо ждать, пока мимо проедет свободная машина, а кто-то появится из ниоткуда и украдет ваше такси.

К сожалению, есть один недостаток и у такси, и у Uber: пробки.

А в Нью-Йорке пробки есть всегда.

Но в дни, предшествующие Рождеству? Их очень много. За почти пять минут в пробке моя машина не продвинулась и на полквартала. Мы еще даже не доехали до Бруклинского моста, не говоря уже о том, чтобы подъехать к аэропорту Кеннеди.

Я смотрю на часы. Черт.

Пытаюсь улыбнуться, несмотря на беспокойство, и наклоняюсь вперед, чтобы поговорить с водителем.

— Что, если мы поедем по Саут-стрит?

Он встречает мой взгляд в зеркале заднего вида и указывает на экран навигатора на приборной панели.

— Так будет быстрее.

Я смотрю туда, куда он указывает. Тот факт, что его карта полностью красная, нисколько не успокаивает мое беспокойство.

Пытаясь отвлечься, я достаю телефон, чтобы посмотреть, нет ли чего-нибудь от Лоло. Я не получал от нее никаких сообщений с тех пор, как она написала, что приземлилась и что мой брат Лукас — который, очевидно, «слишком милый» — без происшествий забрал ее.

От нее ничего нет. От моей семьи тоже ничего, и я стараюсь, чтобы это меня не беспокоило. Они с Лукасом определенно должны были уже добраться до дома моих родителей, а значит, и семья уже должна была с ней познакомиться.