Нечестивая Любовь (ЛП) - Куик Дж. Л. - Страница 14

— Их было много, — язвлю в ответ, — но таких, как ты, нет.

— Что делает меня такой особенной?

— Это, — кладу ее голову обратно на свою грудь и продолжаю гладить ее по спине круговыми движениями. — Я чертовски обожаю тебя такой.

— Потной и измученной? — усмехается она, — или обнаженной в твоих объятиях?

— Да, и да, — я не больно шлепаю ее по заднице за дерзость. — Комфорт, который я испытываю, просто находясь здесь с тобой, не сравним ни с чем… ни с чем, что я когда-либо чувствовал с кем-либо раньше.

Кора слегка напрягается в моих руках, и я думаю, что впервые с тех пор, как она здесь, я, возможно, напугал ее.

— Расслабься, — крепко обхватываю ее руками, чтобы она не смогла встать. — Я не собираюсь признаваться тебе в любви и просить тебя стать миссис Миллингтон.

Хоть я и не намерен отпускать ее от себя.

— Мне тоже нравится быть здесь, Сэмюэль, — на этот раз ее голос звучит мягко, когда она снова прижимается ко мне.

— Хорошо.

По мере того, как мы разговариваем, слова Коры становятся всё более вялыми, и очевидно, что она постепенно погружается в сон. Осыпая поцелуями ее лоб, я продолжаю успокаивающе гладить ее по спине, пока ее веки не начинают трепетать.

— Спи, любимая. Со мной ты в безопасности.

Когда я открываю глаза, то сразу понимаю, что Кора была не единственной, кто устал. В какой-то момент, глядя на нее, мирно спящую у меня на груди, и слушая ее милые звуки, я тоже вырубился.

Выскальзываю из-под нее, стараясь не разбудить, я хватаю с пола свои боксеры и направляюсь на кухню. Натягиваю их, стоя перед открытым холодильником и достаю апельсиновый сок и гроздь винограда. Как раз когда я наливаю стакан сока, в кухню заходит Кора, на которой нет ничего, кроме моей рубашки.

Чертовски образцовая.

Я не могу оторвать от нее глаз. Моя рубашка висит на ней как чехол от рояля, и она закатывает рукава, когда идет.

— Что ты делаешь? — спрашивает она, направляясь ко мне. Обхватив ее за талию, я поднимаю ее в воздух и опускаю голой задницей на стойку. Она визжит, когда ледяной гранит касается ее кожи.

— Выпей, — мягко требую я, прежде чем поднести стакан к ее губам. Она приоткрывает губы, и я наклоняю стакан так, чтобы влить немного сока ей в рот. Она пытается отстраниться, но я продолжаю вливать в нее.

— Еще, любимая. Тебе это нужно.

Она делает еще один глоток, и я опускаю стакан.

— Вообще я предпочитаю шампанское с апельсиновым соком, — ухмыляется она, принимая бокал из моих рук.

— В следующий раз, — я встаю между ее бедер и обхватываю ее попку обеими руками. — А сейчас ты будешь делать то, что я скажу. Открой рот.

Кора открывает рот, и я зажимаю виноградину между ее губами. Она позволяет мне скормить ей несколько штук. Я кладу ей в рот еще одну, и она саркастически замечает:

— Я предпочитаю виноград размятым и слегка забродившим.

— Кто-то сегодня дерзит, — беру ее за подбородок и целую в губы. — Ты не сможешь разговаривать, когда мой член будет у тебя во рту.

— Тогда и есть я тоже не смогу, — стреляет в ответ.

— Туше, — я улыбаюсь и снова целую ее. — А теперь заткнись и поешь. Тебе понадобятся силы.

Глава 22

Кора

Сэмюэль меня раскусил.

Я больная, развратная сучка.

Может быть, все эти удушья приводят к повреждению мозга, но я, блядь, не могу насытиться им. Я оглядываюсь через плечо на него, сидящего за несколькими столиками позади меня в кофе, и вижу, что он смотрит на меня с откровенным голодом в глазах.

Будь сильной, Кора.

«Ты не будешь трахать меня в туалете этой кофейни», — беззвучно произношу я одними губами и поворачиваюсь к стойке, чтобы дождаться нашего заказа.

В моем кармане тут же жужжит телефон, и я понимаю, что это он, еще до того, как вытаскиваю его из джинсов.

Я уже собираюсь положить телефон обратно в карман, когда снова раздается жужжание.

Черт, он не ошибся… ох, какой вечер.

Запихнув телефон обратно в карман, я поворачиваюсь и вижу дьявольскую ухмылку, расплывающуюся на его лице.

Чертов ублюдок.

Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что именно заставляет меня нервничать, находясь полностью в его власти. Что касается остальных аспектов наших отношений, мы выясняем всё по ходу дела.

— Кора, — окликает меня бариста и протягивает два бумажных стаканчика.

— Спасибо, — я киваю, и беру кофе с прилавка. Обернувшись, я сразу замечаю, что веселое выражение полностью исчезло с лица Сэмюэля. Вместо него — мрачный оскал. Чистый, ничем не прикрытый гнев.

Убийственная ярость.

Только когда женщина передо мной отходит, я замечаю незнакомого мужчину средних лет, который занял мое место за столом напротив Сэмюэля. Незнакомец держит раскрытую папку и агрессивно тычет пальцем в ее содержимое, словно подталкивая Сэмюэля взглянуть на то, что лежит перед ним на столе.

Мужчина быстро закрывает папку и убирает ее на свою сторону стола, когда видит, что я приближаюсь.

Ставя кофе перед Сэмюэлем, я неуверенно спрашиваю:

— Всё в порядке?

— Всё прекрасно, любимая, — ответ Сэмюэля сочится напряжением, когда он встает со своего места.

— Кажется, мы с вами не знакомы, — джентльмен встает, и протягивает мне руку.

— Кора Дюрант, — я нерешительно отвечаю на рукопожатие.

— Детектив Майклз, — отвечает он, и я бросаю взгляд на Сэмюэля, на моем лице отчетливо читается любопытство. — Как давно вы знаете мистера Миллингтона?

— Пару…

— Она не обязана отвечать на твои вопросы, — перебивает меня Сэмюэль, в его тоне сквозит раздражение. — Если ты хочешь поговорить с ней, то можешь связаться с моим адвокатом.

— Думаю, мы можем попить кофе в другом месте, — Сэмюэль берет свой стаканчик и легонько подталкивает меня к выходу. Взяв меня за свободную руку, он тянет меня за собой мимо детектива. Несмотря на то, что я не понимаю, что именно здесь происходит, я не сопротивляюсь.

— Возможно, вам стоит быть более разборчивой в выборе компании, — Детектив хватает меня за руку, когда я пытаюсь пройти мимо него, и моя ладонь выскальзывает из руки Сэмюэля. Когда я пытаюсь вырваться, его хватка становится крепче, и он сует мне в руку визитку.

— Если вы хотите узнать, кто он на самом деле, позвоните мне.

— Убери от нее свои гребаные руки, — Сэмюэль с силой отталкивает его. Детектив отпускает мою руку, и я тут же потираю то место, за которое он меня схватил, наблюдая за тем, как они друг на друга смотрят. — Никогда, блядь, не прикасайся к ней или я убью тебя на хрен.

— Вы только что напали на представителя закона и угрожали ему? — Детектив тянется к бедру и отстегивает ремень кобуры с пистолетом.

Они вдвоем привлекли внимание всех посетителей небольшой кофейни, а также нескольких зевак с улицы.

— Сэмюэль… — я робко беру его за руку. Когда он не отвечает, я слегка сжимаю ее и повторяю снова: — Сэмюэль. Нам пора.

Оторвав внимание от детектива, он встречается со мной взглядом, и я мягко подталкиваю его к выходу, прежде чем снова вложить свою руку в его.

Он толкает дверь, и детектив выкрикивает нам вслед:

— Скоро увидимся, Сэмюэль. Возможно, и с вами, Кора.

Сэмюэль крепко сжимает мою руку, и практически тащит меня за собой по улице. Невозможно отрицать ни его гнев, ни расстояние, которое он спешит увеличить между нами и детективом.

Опустив взгляд, чтобы не отставать от его быстрого шага, я читаю визитку, зажатую между моими пальцами и стаканчиком с кофе.

Это как, блядь, понимать?