Охота за женихом - Гейлен Шана - Страница 18

Уэстман потер переносицу. По мнению Джози, у него был очень красивый нос. Длинный и прямой, он очень подходил ему. Однако он был не настолько длинным, чтобы помешать поцелуям. Джози целовалась с мужчинами, обладателями таких же носов, но это было не так приятно, как целоваться со Стивеном. И не только целоваться.

Джози закусила губу и попыталась выбросить из головы мысли о поцелуях Уэстмана.

– А что, если мы поднимемся наверх? – произнес вдруг Уэстман.

Джози опешила. Она взглянула на Стивена, но тот по-прежнему сидел на диване с закрытыми глазами.

Как он мог сохранять невозмутимость, предлагая подобное?

Джози откашлялась:

– Вы хотите подняться наверх? Уэстман кивнул.

– Думаю, это вполне логично. Здесь нам больше нечего делать.

Джози насторожилась. Она слышала о мужчинах со странными наклонностями.

– А что вы собираетесь делать наверху? – осторожно спросила девушка.

Уэстман долго смотрел на Джози, потом сказал:

– Мы могли бы подняться наверх, в мансарду, и поискать там.

– Понимаю. Жаль, что вам это раньше не пришло в голову. Идемте.

Уэстман встал, пропустил Джози вперед и пробормотал у нее за спиной:

– А вы что подумали?

– Ничего я не подумала. – Джози прибавила шаг.

– Нет. На вашем лице было выражение оленихи, услышавшей хруст веток под сапогами охотника.

– Странное сравнение.

– Вполне подходящее.

– Не совсем. – Джози пошла быстрее, но Уэстман схватил ее за локоть и потянул к лестнице. Джози ни за что не сказала бы Стивену, о чем на самом деле подумала. Ведь он не раз давал ей понять, что не хочет ее.

Они продолжали подниматься в молчании, но Джози слишком остро чувствовала присутствие мужчины за спиной. Смеялся ли он над ней? Думал ли он, что она последняя из тех, с кем он ляжет в постель?

Смотрел ли он – о да, Господи, пожалуйста! – смотрел ли он, как покачиваются ее бедра?

Джози незаметно обернулась и искоса посмотрела на Уэстмана, но тот – черт возьми! – смотрел через перила на что-то внизу. Ну конечно. Чего ради ему обращать внимание на нее?

Вскоре они достигли лестницы, ведущей в мансарду, и на этот раз впереди пошел Уэстман. Он нес в руках небольшую лампу, разгонявшую мрак в душном помещении, располагавшемся под самой крышей. Джози шла следом. Наверное, у нее, в отличие от хозяина дома, совсем не было силы воли, потому, что она не могла отвести глаз от его восхитительных ягодиц. Пусть он не хочет ее, но никто не может ей запретить на него смотреть.

Мансарда совсем не располагала к романтике. По полу перекатывались клубы пыли, в воздухе витал едва уловимый аромат увядших роз, который ассоциировался у Джози с ее двоюродной бабушкой Уной. В мансарде стояла небольшая кровать, в углу висело зеркало – видимо, некогда здесь жил кто-то из слуг. У стены стояло множество картин в рамах. Джози увидела свое отражение в зеркале и поморщилась. Она выглядела настоящим пугалом. Волосы спутались, платье измято и разорвано, на носу грязное пятно.

Пытаясь оттереть нос, Джози разглядывала сложенную в мансарде мебель – стулья, секретеры, лампы и другие предметы интерьера. Несмотря на то, что мебель давно вышла из моды, она говорила о хорошем вкусе ее владельцев. Большая часть мансарды была занята деревянными ящиками, поставленными один на другой. Надписей на них не было, и Джози представила, сколько долгих часов ей придется провести здесь вместе с Уэстманом.

Девушка посмотрела на Уэстмана и поняла, что он подумал о том же. Что его раздражало больше – перспектива долго работать бок о бок с соседкой или количество ящиков, которые необходимо разобрать? Он мог бы проводить вечера в более приятной компании, а не сидеть посреди горы ящиков в обществе неряшливой девицы.

Жаль, что и ее ждет та же участь.

Если мысль о нескольких ночах, которые предстояло провести в захламленной мансарде, и беспокоила Уэстмана, он виду не подал. Подошел к одному из ящиков, подтащил его поближе и огляделся в поисках лома. Стивен заметил его у дальней стены рядом с ящиком, который уже когда-то пытались открывать. Стивен взял его и сорвал крышку с ящика.

Вверх взметнулась солома. Джози из вежливости подождала, пока Уэстман положит лом, прежде чем начать рыться в содержимом. Ящик был доверху заполнен аккуратно запакованными фарфоровыми статуэтками – должно быть, когда-то эта коллекция пастушек и молочниц принадлежала маленькой девочке. Джози стряхнула с подола солому и, вздохнув, наблюдала за тем, как Уэстман открывает ящик с постельным бельем.

Пока он перебирал и встряхивал простыни, девушка размышляла о том, догадался ли Уэстман, о чем она думала в библиотеке и почему ее это так беспокоило? Ведь это он попытался соблазнить ее прошлой ночью и обманом выманил у нее карту. Именно он поцеловал ее вчера в Севен-Дайалс. Если он не собирался становиться ее любовником, зачем пробуждал в ней напрасные надежды?

И – черт возьми! Тысячу раз черт возьми! – почему он не хочет сделать ее своей любовницей?

Когда Уэстман встряхнул очередную простыню, Джози не выдержала.

– Почему вы не хотите меня? – спросила она.

Уэстман с недоумением посмотрел на девушку.

– Я спросила… – Джози поднялась и отряхнула с подола пыль и солому, – почему вы не хотите меня? Скажите. Вы не оскорбите мои чувства.

Уэстман все еще держал в руках простыню, прикрываясь ею, словно щитом.

– Все дело в моих волосах? – Джози указала на свои подстриженные локоны. – Я знаю, многие мужчины предпочитают длинные волосы, но мне идет такая прическа. Если все дело в них, просто скажите.

Уэстман смотрел на Джози, переводя взгляд с ее волос на лицо.

– Или виной всему мой нос? Вы можете быть откровенны со мной. Я знаю, он немного островат. Фамильная черта. Зато у меня красивые губы. Всем нравятся. А вам нет?

Стивен покачал головой.

– Что вы такое несете, мисс Хейл? С вашими губами и носом все в порядке.

Джози открыла было рот, но Стивен протестующе поднял руку.

– И с вашими волосами тоже все в порядке. А теперь, может быть, мы вернемся к работе? Уже поздно, и я устал.

– Я тоже устала и поэтому была бы очень благодарна вам за честность. Если дело не в моих волосах и не в лице, значит, что-то не так с моим телом?

Джози оглядела себя. Обычно она не придавала значения своей фигуре. Как и все Хейлы, Джози была высокой и худощавой. У нее были длинные стройные ноги и лебединая шея.

– Значит, вам не нравится моя грудь. – Джози произнесла это без тени смущения. Она старалась вести себя, как умудренная опытом женщина, но это было нелегко, поскольку жизненного опыта ей только предстояло набраться.

Уэстман вновь удивленно заморгал.

– Мисс Хейл, я не…

– Она слишком маленькая. – Джози взяла грудь в ладонь. – Все дело в этом, не так ли? Поэтому вы и не хотите, чтобы я стала вашей любовницей. У меня слишком плоская грудь.

– Мисс Хейл…

– На самом деле она не такая уж плоская. Просто платье мне немного великовато, да и корсет не самый лучший.

– Мисс Хейл!

Джози едва сдерживала слезы. До какого унижения она дошла! Уж лучше ей уйти домой прямо сейчас, пока она еще что-нибудь не наговорила.

– Я ухожу, – сказала девушка, не глядя на Уэстмана. – Простите, что вела себя, как дура. Неудивительно, что вы не хотите меня!

Джози не сделала и двух шагов, когда посмотрела в зеркало на противоположной стене мансарды и увидела, что Стивен направляется к ней. Сначала он колебался – на его лице отразилась смесь смущения, муки и нерешительности, но потом он подошел так быстро, что его рука обхватила талию Джози прежде, чем та успела вскрикнуть. Он рывком привлек ее к себе.

Джози показалось, будто раньше она не замечала, какие мощные у него запястья, какая мускулистая грудь и как хорошо от него пахнет. Ей хотелось прижаться к нему, но она боялась еще ниже пасть в его глазах.

– Господи, помоги мне, но я хочу вас, мисс Хейл, – произнес Уэстман, и при звуке этого бархатного голоса Джози готова была упасть перед ним на колени.