Инверсия (СИ) - Бран Адерин - Страница 33

— И я скучала, — ответила она шёпотом.

Ферос прижал к себе свою женщину, и её объятия были такими правильными, её тело ощущалось так уютно в его руках. Ему было тепло от её присутствия рядом. Ему нравилось держать её близко-близко. Ему нравилось ощущать её запах, чувствовать, как поднимается и опускается её грудь, ощущать её рядом с собой.

Теперь всё было правильно. Его Клер была с ним, а со всем остальным он разберется. Он снесёт всё и всех, кто попытается снова их разлучить. Больше он этого не позволит. А мэтр — Ферос доберется до него. Доберется, чего бы ему это ни стоило. Он разорвет его голыми руками и будет наслаждаться этим.

За все эти десять лет, отнятые у него. И у неё.

Глава 19

Света едва замечала, что происходит вокруг нее. Она не видела, как самолёт кружил над Мариньяном, небольшой коммуной, где располагался аэропорт Марселя. Она забыла в очередной раз восхититься взлетно-посадочной полосой, что далеко вдавалась в море. Она не замечала домиков, что как крупицы жжёного сахара на глиняной тарелке, были рассыпаны вокруг.

Она не замечала вообще ничего. Потрясение просто смыло все мысли из её головы. Она весь полёт держала руку Кристофа и никак не хотела её отпускать. Кристоф не возражал. Так они и вышли из самолета — рука об руку.

Кристоф, выйдя из самолёта, будто бы обрёл почву под ногами. Он был дома. В Москве он безропотно следовал за Светой, угрюмо зыркая по сторонам, но здесь он тут же перехватил инициативу. Он уверенно вывел Свету из здания аэропорта, остановившись на секунду, чтобы сделать короткий звонок. Он не дал ей даже скинуть пальто, что в столь тёплую погоду было просто неуместно.

Первым, что Света услышала, было море. Нет, она услышала не прибой, а вопле чаек. Именно эти крики, которые невозможно спутать ни с чем, говорили о том, что рядом вода. И воздух… Он пах солью и чем-то горьким. Дивный аромат побережья!

Этот запах всегда вызывал у Светы чувство созерцательного умиротворения. Сейчас этот запах вывел Свету из её эмоционального ступора, и она начала чуть удивлённо моргать, заметив, что яркое южное ещё по-летнему яркое солнце режет ей глаза.

Кристоф бодро топал вдоль здания и подвёл Свету к стоявшей у входа машине. Из-за руля машины вышел человек и бросил ключи Кристофу. Мужчины, ни слова не говоря, кивнули друг другу, и водитель просто ушёл пешком куда-то в сторону домов. Света ожидала, что за ними приедет такси. Кристоф галантно открыл Свете дверцу у пассажирского сиденья и невозмутимо полез за руль.

— А кто это был? — спросила Света, глядя вслед удаляющемуся водителю.

— Знакомый, — коротко бросил Кристоф, и Света поняла, что больше ни слова из него не выжмет.

Кристоф уверенно, даже лихо, тронул машину и повёл её в сторону едва виднеющихся на горизонте почти растворившихся в бездонном голубом небе гор. Света поудобнее устроилась на сиденье и приготовилась созерцать и восхищаться.

Она вообще любила Марсель. Странный город. Смесь крупного мегаполиса, промышленного порта, рыбацкой деревушки и курортного городка. Здесь всё было вперемешку, всё вместе. Арабский язык звучал на улицах так же часто, как французский или местный окситанский.

На улицах здесь можно было встретить кого угодно, в какой угодно одежде. Здесь были кварталы с домами из стекла и бетона и пятачки, где до сих пор сохранились кабаны[1]. Здесь были и прямые автомагистрали, и извилистые узкие улочки, где разъехаться можно только на велосипедах.

Здесь были море, чайки, горы, крикливые торговцы на шумных рынках, древние здания, вкус соли на губах, вечный сирокко[2], неисчерпаемая тема для разговоров местных жителей… И тепло! Тепло, которое Света просто обожала. Наверное, Марсель был её любимым городом во всей Франции.

Сегодня даже тот факт, что она попала в Марсель, потому что сбежала от угрозы мафиозного клана, не мог её расстроить. Свете всё вокруг казалось сейчас прекрасным. И запах моря, и солнечная погода вокруг, и классные пейзажи… Ведь рядом с ней сидел её Кристоф. И даже бегство из страны превращалось в великолепное путешествие.

За каких-то полчаса Кристоф довёл машину до города. Дорога шла вдоль моря и Света любовалась на огромный Марсельский порт, самый крупный порт Средиземного моря. Кристоф не обращал ни малейшего внимания на пейзажи и уверенно лавировал по улочкам, ни разу не сверившись с навигатором.

— Ты теперь живешь в Марселе? — спросила Света.

— Нет.

— А где же мы тогда остановимся?

— У моего знакомого, — неохотно ответил Кристоф.

— У тебя есть здесь знакомые?

— Да, — отрезал Кристоф.

Света буквально кожей почувствовала, практически услышала грохот, с которым перед её носом захлопнулась толстая железная дверь. Видимо, она затронула какую-то тему, которой совершенно не должна была касаться.

Между ними всё далеко не так, как раньше. И они — совсем не те же люди, что встретились на улице Парижа десять лет назад. У обоих появились шрамы и истории, о которых не всем рассказывают. Они стали старше, осторожнее и гораздо дальше друг от друга.

Света отступилась. Видеть Кристофа таким было больно, но она понимала, что ещё не время. Они успеют ещё нащупать точки соприкосновения, чтобы зацепиться друг за друга. А впрочем, зачем?

Кристоф молод. У него многое впереди. Он только что покинул преступный клан. Возможно, это станет его первым шагом к нормальной жизни. Он сможет устроить нормальную жизнь с девушкой себе под стать. Света вздохнула и отвернулась к окну.

Они проехали мимо Vieux Port[3], пересекли Рыбацкую Деревню, одну из самых старых частей города. Света уже подумала, что Кристоф собирается проехать Марсель насквозь, но вскоре он свернул налево и повёз Свету вдаль от моря.

Они ехали сейчас по узким улочкам с односторонним движением между трёх- четырёхэтажными домами из бежевого камня. Окна многих из них были закрыты ставнями. Колорит Марселя… Они были в старом городе. Дома там лепились так близко к друг к другу, что две машины уже не могли разъехаться, а по тротуарам можно было идти только гуськом.

Наконец, Кристоф припарковал машину у стиснутого соседями трёхэтажного дома, похожего на все дома здесь, как родной брат. Окна первого этажа здесь были забраны решётками. На втором и третьем этаже торчали крохотные балкончики.

Кристоф почти всё время молчал, будто Света его чем-то обидела, но после того разговора в самолете всё же категорически отказывался отпускать её руку. Он держал её за руку в самолете, он держал её за руку, ведя машину. Он и сейчас подошёл к пассажирской двери, чтобы помочь ей выйти и снова взять за руку.

— А твой знакомый тоже будет здесь жить? — тихо спросила Света, пытаясь снова завязать разговор.

— Нет, мы здесь будем одни, — пророкотал у неё над ухом Кристоф.

Это слово повисло между ними, и Света мгновенно почувствовала, что напряжение между ними растет. Её горло вдруг пересохло, и она чуть испуганно взглянула на Кристофа. То, как мужчина посмотрел на неё, заставило её задрожать. Она поняла — Кристоф, в отличие от неё, гораздо раньше понял и осознал, что они со Светой останутся наедине.

Ферос пропустил Клер вперёд, чтобы иметь возможность наблюдать, как её роскошная задница покачивается перед его носом, пока она поднимается по узкой лестнице. Клер втянула голову в плечи, как только он сказал ей, что они будут одни. Правильно сделала. Ферос больше не хотел ждать.

Ему было плевать на все препятствия, что между ними были, он просто хотел свою Клер. У них могли быть проблемы на каком угодно уровне, кроме этого. Ферос не мог отделаться от её нежного цветочного запаха, что щекотал его нос, ч того самого момента, как увидел её. Он не мог перестать думать о ней.

Клер скакала по ступенькам, как горная коза, будто это могло её спасти. Ферос знал, что она чувствует — пусть они и были когда-то любовниками, но прошло слишком много времени. Теперь он был для неё почти незнакомцем.