Санек 3 (СИ) - Седой Василий - Страница 32

Придется мне подумать и ещё об одной проблеме, которую я даже не представляю, как решать. После противостояния с мафией нам в качестве компенсации достались нехилые активы в виде всяких злачных заведений, принадлежавших непосредственно бандитам, а также обширные территории, с которых собиралась дань. Сейчас этим наследством занимается служба безопасности, но это неправильно: работающие в этих местах люди не бандиты, поэтому ничего хорошего из этого не получится. Можно было бы, конечно, все эти активы распродать и забыть, но нас не поймут. Те же мафиозные боссы и не поймут. Да и неразумно будет так поступать. Ведь это не только нехилые деньги и определенное влияние, но и практически готовая разведывательная сеть, которая со временем ох как пригодится.

Надо сказать, над этой проблемой я уже думал, и пока ничего лучше, чем привлечь к этому делу бандитов из Союза, мне в голову не пришло. Конечно, с этим контингентом можно нажить больше проблем, чем выгоды, но, как я уже говорил, другого варианта я пока не нахожу. В общем, было о чем подумать и чем заняться, поэтому время в пути пролетело совершенно незаметно. Увлекся планированием своих дальнейших шагов так, что даже переживания о будущем разговоре с Кристиной отошли на второй план. Занервничал снова, только прибыв во Францию, когда встречать меня в порт приехал только Пьер, без дочери. Но быстро успокоился, когда Пьер объяснил, что дочь слегка приболела, простудилась, вот он и решил не брать её с собой.

Хоть мне и хотелось со страшной силой побыстрее оказаться в Париже, а быстро отправиться туда не получилось. Просто подарки я в этот раз привёз очень уж габаритные, пришлось ждать, когда их выгрузят на берег. А привез я с собой сразу четыре бронированных автомобиля. После войнушки с мафией у определенной категории граждан США такие машины неожиданно начали пользоваться бешеным спросом, и все почему-то хотели приобрести автомобили именно моего завода. Странно, как по мне, но мои люди воспользовались на все сто, так что пришлось даже строить дополнительные цеха. На самом деле, если быть до конца честным, несмотря на то, что времени не было вообще, при их изготовлении в авральном режиме мы чисто случайно создали очень даже жизнеспособную технику и конкурентоспособную в плане цена/качество. Нет, совсем дёшево не выходило из-за традиционно дорогой отделки салона и общего высочайшего качества, но у конкурентов почему-то все равно было дороже. Но важно тут вот что: я решил, что друзьям такие автомобили точно пригодятся, поэтому и привез их в подарок старшим членам семьи.

Про младшего я тоже не забыл, для него специально изготовили мопед, типа таких, какие будут в будущем. Он совершенно не был похож на то, что существовало сейчас. Велосипедом с моторчиком этот аппарат не назвать, но и до полноценного мотоцикла ему далеко. Народ: задействованный в воплощении этой идеи в жизнь, сам удивился результату, а после небольших испытаний они насели на меня с требованиями начать массовый выпуск таких аппаратов. Очень уж удобной показалась им эта техника для такой страны, как Аргентина. Конечно, я сопротивляться не стал, так что сейчас уже идет строительство ещё нескольких заводов по производству комплектующих для изготовления таких мопедов. Я точно знаю, что это будет пользоваться спросом, поэтому, прежде чем выпустить их на рынок, решил сначала подготовить все необходимое для массового производства. Но вот первый такой мопед получит младшенький из семьи друзей, пусть порадуется игрушке и удивит друзей, да и реклама лишней не будет, в Париже ведь живут.

Пьер — в своем репертуаре — сразу после того, как мы заселились в гостиницу, начал разговоры о нашем общем бизнесе, и в этот раз у меня не получилось отмахнуться. Пришлось мне, несмотря на то, что меня волновали совсем другие вопросы, внимательно слушать его и вникать. А рассказать ему на самом деле было о чем, развернулся он не по-детски. Благодаря тому, что прибыль с бизнеса мы не забирали, и вся она уходила на развитие, результаты удивляли и даже поражали. Сейчас в общей сложности по всей Европе работает уже чуть больше тысячи наших передвижных торговых точек. Да, я не оговорился. Пьер не стал останавливаться на одной Франции и полез осваивать рынок в соседних странах. Сейчас филиалы есть в Голландии, Бельгии и Швейцарии. На мой вопрос, зачем это нужно было делать, он ответил, что затеял все это с одной конкретной целью — застолбить место. К нему, оказывается, уже не один и не два раза подкатывали с просьбой организовать совместный бизнес в той или иной стране. Особенно, по его словам, старались немцы и итальянцы. И если прижимистые немцы хотели, чтобы он зашёл на их рынок со своей техникой и продукцией, а с них были только люди и места для продаж, то итальянцы готовы были вкладывать действительно серьезные деньги в развитие сети в своей стране. Конечно, в свете будущих разборок с немцами я был категорически против какого-либо сотрудничества с ними, но вот о работе с итальянцами стоит подумать. Там сейчас тоже неспокойно, и все идет к свержению нынешнего режима, но вряд ли это перерастет во что-то вроде гражданской войны, поэтому если они готовы платить, то почему бы и нет. В конце концов, деньги в любом случае пригодятся, а одной жопой, как известно, на все базары одновременно не сесть.

Только глубокой ночью, когда мы закончили обсуждать совместный бизнес, мне удалось поделиться с Пьером и своими бедами. Естественно, всего я ему не рассказал, во всяком случае в деталях. Но вот о противостоянии с еврейскими семьями обмолвился и, главное, о достигнутых с ними договоренностях. Обозначил, что трогать они меня не рискнут только какое-то время, что будет потом, когда мне нечем будет прижать этих противников к ногтю, один бог знает. Может, они и не рискнут что-то предпринимать в отношении человека, от которого получили по зубам, но наверняка постараются убрать препятствие, которое мешает им резвиться так, как они давно привыкли. По всему этому выходит, что жить как раньше у меня не получится. По-любому придется озаботиться вопросом своей безопасности, так что и тем, кто будет рядом со мной, ничего кроме золотой клетки не светит. Это я про Кристину, если кто не понял. Пьер, внимательно меня слушавший, неожиданно произнес:

— Хорошо, что ты это наконец-то осознал. Пойми, Александр, даже люди с состоянием гораздо скромнее твоего не могут себе позволить жить, как простые смертные. Им приходится мириться с присутствием охраны, соблюдать какие-то правила, чтобы не мешать этой охране работать. Вообще их жизнь кардинально отличается от жизни обычных людей. Вот чтобы совсем уж не стать отшельниками, они организуют клубы по интересам, где позволяют себе расслабиться и спокойно пообщаться с равными себе. Дружат семьями и создают что-то вроде кланов, где все поддерживают друг друга. По поводу Кристины можешь не переживать, она с детства готовилась именно к такой жизни, и ей в отличие от тебя привыкать не придётся.

Эти его слова меня действительно успокоили. Ведь невеста моя и правда из очень непростой семьи, и ей по определению все эти заморочки должны быть близки и понятны. Поэтому, кажется, зря я переживал и изводил себя сомнениями.

В Париж мы прибыли только на следующий день, поздно вечером, можно сказать, даже ночью. Мои бронеавтомобили Пьеру понравились. Да и не мудрено, ведь они благодаря своей массе были ещё очень мягкими на ходу. Эти мини-танки, казалось, плыли по дороге, а не ехали, от чего Пьер был в полном восторге.

Хотя уже было поздно, нас ждали, и если Кристина с братьями тут же полезли обниматься, то будущая тёща явно чувствовала себя не в своей тарелке. Да и как по-другому, накосячила ведь неслабо. Будь я и правда малолетним пацаном, наверное, даже здороваться не стал бы, а так подошел и произнес после приветствия:

— Зла я на вас не держу, но больше подобных выходок терпеть не стану.

Нет, я не угрожал, просто дал понять, что добром такие интриги не закончатся, если не дура — поймёт, а нет, значит ей же и не повезёт. Посмотрим, что будет дальше, сейчас же она просто извинилась, и на этом все.