Все, что мне нужно (ЛП) - Сальвадор Э. - Страница 28

Меня пугает не так уж много людей, кроме двоих: мама и тренер.

Если бы тренер мог, я уверен, он бы выдавил из меня все дерьмо. Хотя он бесчисленное количество раз говорил, что мне нужно быть осторожным, чтобы не получить травму, потому что я его звездный игрок. В этот момент, я уверен, ему было бы все равно. Теперь, когда у нас есть Сейнт, я бы не стал исключать, что он покончит со мной.

Ему хоть и сорок один год, но он сложен, как чертова машина, и без колебаний выбьет из вас весь, блять, свет. Если бы он действительно совершил убийство, никто бы никогда не усомнился в том, что это был он. Все слишком одержимы его внешностью, и им все равно. Они все думают, что он похож на Джалена Хёртса. Некоторые дошли до того, что назвали его баскетбольным Джаленом Хертсом.

— Я не думал, что она…

Он сардонически смеется.

— Конечно, ты этого не сделал. Если бы ты думал, ты бы не был так небрежен.

— Я не был неосторожен. Я думал, что не увижу ее больше, а через два года она появляется и говорит мне, что у нас есть общий ребенок. Два чертовых года, тренер.

У нас есть общий ребенок.

— После тренировки ты встретишься с Джанет…

— Вы хотите, чтобы я встретился с главой отдела по связям с общественностью?

— Я рад, что ты думаешь, что это все игра, но это касается не только тебя. Это также влияет на вашу команду. Джанет расскажет тебе что ты можешь и чего не можешь говорить, пока мы не докажем, твой ли это ребенок.

— Вы действительно не предполагаете, что я…

Все происходит слишком быстро, потому что Тренер скатывает бумаги на своем столе и снова бьет меня ими.

— Ты несешь ответственность, сделай это правильно. Мне плевать, если бы ты встретил ее пять лет назад. Как капитан и человек, на которого равняются многие дети, ты должны взять на себя ответственность.

— Ответственность?

Я не хочу повышать голос, но не могу поверить, что он только что сказал это.

— Это она начала это дерьмо.

— И тем не менее.

Я сжимаю зубами и опускаю руки по бокам.

— Ты собираешься встретиться с Джанет сегодня после тренировки. Ты ни с кем не разговариваешь и никому не отвечаешь.

Это означает любого, кто потенциально может исказить мои слова.

— Но…

— Никаких «но», ТиДжей. Я не могу поверить, насколько безответственным ты был. К этому нельзя относиться легкомысленно, и я искренне разочарован тем, как ты с этим справился. Тебе следовало бы знать лучше.

Он хмыкает, качая головой.

— Это влияет не только на тебя, но и на команду. Если ты думаешь, что они еще не смотрели на нас, то они обязательно будут смотреть сейчас. Они разберут каждую мелочь, каждую мельчайшую ошибку, каждую чертову деталь, о которой ты, вероятно, не подумал, они обратят на себя внимание. Это последнее, что нужно тебе или кому-либо еще. Мы не…

— Тренер…

— Не перебивай меня.

Он снова бьет меня свернутыми бумагами.

— Нам не нужно, чтобы это было в центре внимания нашего нового сезона.

Он разворачивает монитор, ударяя по экрану свернутой бумагой.

— Если она так непреклонна в том, что этот ребенок твой, то тебе придется пройти тест, потому что только так мы сможем все прояснить.

Глава 16

ТиДжей

Баскетбол — единственное, что никогда не подведет меня в этой жизни. У меня мог быть самый дерьмовый день, но во время тренировки или игры все рассеивается. Любые возможные эмоции вытесняются из моего тела, и я не чувствую ничего, кроме восторга.

Даже когда все это заканчивается, я все еще чувствую, что плыву на чертовых облаках. Вот что со мной делает баскетбол. Восторг, адреналин, сюрреалистическое чувство, не похожее ни на что другое. Никогда не было дня, когда бы я не чувствовал себя так… до сегодняшнего дня.

Во время тренировки я смог забыться, пока она не закончилась. Когда все закончилось, я вспомнил о том, что меня ждало.

У нас есть общий ребенок.

Эти слова крутятся у меня в голове, пока я возвращаюсь в раздевалку. Обычно я прихожу туда первым, но мне отчаянно нужна тишина, чтобы все это обдумать. Не говоря уже о том, что ребята будут задавать вопросы. Когда мы делали перерывы, мне удавалось игнорировать взгляды и блокировать их тонкие вопросы, но сейчас это будет невозможно.

Смиренно вздохнув, я захожу в раздевалку и сразу же жалею о решении принять душ здесь. Я узнаю противный голос, который эхом разносится по комнате. Марк Симпсон. Создатель подкаста «За спортсменом».

Большую часть времени этот засранец говорит всякую ерунду об игроках, которых ненавидит, и хвалит тех, кого любит. Особенно NCU, не имеет значения, что говорит статистика или насколько хорошо мы играем, он никогда не говорил ни одного хорошего слова ни о ком из нас. Даже о Сейнте, которого все любят.

Излишне говорить, что я не удивляюсь, когда слышу его слова:

— Шокирует ли то, что у ТиДжея Кингстона есть ребенок? Вы действительно собираетесь притвориться удивленными? Если да, то вытащите голову из задницы. Я просто шокирован, что это не произошло раньше.

Он от всей души смеется.

— Выключи это дерьмо.

Я направляюсь к своему шкафчику и хватаю свои вещи, не обращая внимания на их прожигающие мою спину глаза.

— Так это правда? — спрашивает Джаггер.

Я крепко сжимаю челюсти, не давая себе взорваться. Мне требуется долгая секунда, прежде чем разворачиваюсь со своими вещами в руках.

— Какой смысл спрашивать меня, собираешься ли ты слушать его дерьмо?

— Марк не единственный, кто говорит об этом, — говорит Трей, один из моих товарищей по команде. — Все об этом говорят.

Я вздыхаю.

— Все любят говорить всякую ерунду. Я не знаю, почему вы все удивлены.

— Так эта девчонка Лола все это выдумала? — спрашивает Вайет, еще один из моих товарищей по команде. При упоминании ее имени у меня кружится голова и болит челюсть от того, как сильно ее сжимаю. — Чертова сука, вот и все эти…

— Заткнись, черт возьми, — рявкает Сейнт, и я впервые слышу, чтобы он говорил так серьезно. — Вы не знаете, исходило ли это от нее. Нигде не сказано, что это так.

— Я просто говорю, — возражает Вайет, пожимая плечами. — Я не единственный, кто так думает. Вы все знаете, в каком чертовом отчаянии все эти девушки, гонящиеся за вниманием и всем остальным. Вы все знаете, на что они готовы пойти, просто чтобы сказать, что они были с нами. Она ничем не отличается. Разве не забавно, что упомянули именно ее и никого больше? Вы все глупы, если верите этой чертовой суке…

Я теряю здравомыслие. Я прижимаю Вайета к шкафчику, прижимая предплечье к его горлу. Его глаза расширяются, моя внезапная реакция застала его врасплох. Когда он выходит из шока, то пытается оттолкнуть меня, но я не двигаюсь. Я толкаю руку дальше, пока парень не начинает задыхаться, но все равно не сдаюсь.

— Не говори, блять, так о Лоле. Если услышу, как ты говоришь о ней всякое дерьмо, мне плевать, что ты мой товарищ по команде. Я выбью из тебя все дерьмо.

Я чувствую, как парни нависают за моей спиной, но прежде, чем они успевают меня оттащить, я отталкиваюсь от него. Чувствую себя в десять раз злее, чем раньше. Не знаю, что меня больше злит, но я даже не думаю об этом, когда выхожу и направляюсь в душевую.

Моя встреча с Джанет закончилась тридцать минут назад, а я все еще пытаюсь все уловить. Она так много сказала, но единственное, в чем она больше всего непреклонна, — это не злиться во время интервью.

Не знаю, почему она вообще предположила, что я разозлюсь. Я давал бесчисленное количество интервью, и во время некоторых из них мне задавали крайне идиотские вопросы, но никогда не терял хладнокровия. Я всегда хорошо справляюсь с давлением и знаю, как себя вести.

Какой бы хреновой ни была эта ситуация, единственное, чего я не собираюсь делать, это терять свое дерьмо в прямом эфире национального телевидения. Особенно сейчас, как никогда. Все, кому небезразличен баскетбол, будут смотреть, иметь свои мысли и высказывать нежелательное мнение. Это всегда случается.