"Фантастика 2024-175". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Чейзер Артем - Страница 1000

«Соблазнил его жену и сделал ей ребенка!» — это была правда, но ее никто не должен был знать. Этого не знал даже сам обманутый муж, и нечего было об этом распространяться посторонним. Поэтому вслух я сказал кое-что другое:

— Я не знаю.

— А я догадываюсь, — ошарашил мастер Теор. — Ты сделал что-то такое, что идет вразрез с понятиями о чести…

— Скорее, это лорд-Наместник сделал кое-что, чего я не могу принять, — возразил я. — Мой род недостаточно богат и знатен, у меня нет ничего, кроме фамильной чести. Кроме того, я — единственный сын у отца и…

— Все понятно. — Командир отсалютовал мечом. — Ты еще скажи, что однажды сделал Наместнику замечание относительно того, что он поступает бесчестно!

— Да так, собственно, и было, — пожал я плечами. — На Большой охоте!

— Ого! — только и сказал мастер Теор, и больше мы к этому разговору не возвращались.

Но каждый вечер, стоило остановиться на привал, он отзывал меня в сторонку и час-полтора в обязательном порядке посвящал моему обучению. Под его строгим придирчивым взглядом я осваивал новые приемы и без конца, до онемения мышц, повторял старые. Каждую свободную минуту мне предлагалось посвящать тренировкам и учиться одинаково владеть обеими руками.

Сначала на наши ежедневные упражнения остальные всадники посматривали искоса, но потом кое-кто начал исподтишка повторять подсмотренные у нас приемы; десять дней спустя, когда мы наконец вступили в предгорья, тренировался весь отряд. Не скажу, что мастера Теора обрадовало такое количество учеников, но возражать против того, что мы начали пробовать его науку друг на друге, он не стал.

Мы, эльфы, жители равнин. Поэтому вставшие впереди предгорья нас неприятно поразили. Уж слишком они отличались от привычных лесов и полей и слишком напоминали любимые места ненавистных орков. Пещеры и вырытые в горных склонах норы — вот самое лучшее для них место обитания. Но никак не для нас. Самая сладкая музыка для эльфа — шелест листвы.

Здесь же лесов практически не было — так, отдельные могучие кедры, мрачные ели и корявые березы. Рощицы за три дня пути мы встретили всего дважды, а самой распространенной растительностью были заросли колючих кустарников, усыпанных синими и красными терпкими на вкус ягодами. Видящая попробовала некоторые из них и сообщила, что из ягод можно готовить отличные настойки, помогающие от расстройства желудка и способствующие усилению аппетита.

Здесь нечего было думать следовать по прямой, и мастер Теор повел нас вдоль берега реки, которая за века проточила в горах целую долину. Это были верховья знаменитой Янтарной реки, одной из самых больших и полноводных рек Радужного Архипелага. Она пересекала три Острова — Янтарный, наш родной Коралловый и, пройдя через незаселенные участки в середине Архипелага, напоследок «задевала» Топазовый, один из трех западных Островов. Почти все более мелкие реки Архипелага либо были ее притоками, либо впадали в другую большую реку — Паран-Ту, которая потом уходила в Паннорию.

В предгорьях характер нашего движения изменился. Теперь мы почти все время шли пешком, ведя лошадей на поводу, за исключением Видящей, поскольку ни у кого не поднялся язык заставить волшебницу идти своими ногами. На лошадей мы частично навьючили припасы с подвод, таким образом разгрузив их. На каждом повороте мастер Теор пускал вперед разведчиков, приспособив для этого даже альфаров-возниц. Мы то и дело останавливались, дожидаясь, пока из-за камней появится фигура ушедшего вперед дозорного и махнет нам рукой — мол, путь свободен, можно двигаться дальше.

— Здесь уже можно встретить горцев, — говорил мастер Теор. — Недалеко пролегают их караванные и пастушьи тропы. Основные занятия этих племен — скотоводство и торговля, так что в основном это мирные народы, но очень гордые. Если их разозлить, они нам долго не дадут покоя.

Но первыми нас встретили не горцы, а горные тролли.

Есть несколько основных видов троллей — более мелкие и мирные лесные, болотные, ростом чуть выше человека, покрытые бородавчатой слизистой кожей, уродливые, но трусливые, любящие нападать исподтишка, овражные хамстеры, карлики с мерзким характером и, наконец, горные тролли, ростом намного выше человека, серо-зеленые, с чешуей на плечах. Живут эти существа кланами в пещерах и слывут самыми опасными из всех троллей. Они могут вызывать обвалы, туманы, сход снежных лавин. Но опаснее всего горные тролли считались тем, что их небольшие отряды бродили по горам в поисках добычи.

В тот день такой добычей стали мы.

То есть стали бы, если бы не наша Видящая.

Она ехала чуть впереди, немного обогнав нас, плетущихся пешком по горной тропе. Скалолазы из нас никудышные — все-таки выросли на равнинах, — и поэтому мы старались выбирать более гладкие склоны и сейчас двигались вдоль берега реки, выискивая тропу пошире.

Внезапно наша волшебница тихо охнула и схватилась за голову. В другое время мы бы не обратили на это внимания, но Видящая вдруг покачнулась в седле и прошептала:

— Не понимаю…

— Что? — Мастер Теор бросил коня и подошел к ее лошади. — Что вы сказали, госпожа?

— Я не понимаю, что происходит, — протянула она, озираясь по сторонам. — Мне кажется или горы шевелятся?

Мы встали, озираясь по сторонам. Впереди, там, куда ушли разведчики, скалы действительно казались какими-то не такими. Мне почудилось, что прежде у них не было таких острых граней, похожих на огромные зубы.

— Горы не шевелятся, госпожа. — Мастер Теор оглянулся вокруг. — Вам показалось!

— Может быть… Но… смотрите!

Волшебница показала куда-то вперед и вверх. Мы проследили взглядом за ее рукой — там, на склоне, виднелась хрупкая фигурка одного из наших альфаров. Он махал руками, желая, чтобы его заметили.

— Как он туда забрался? — подумал вслух мастер Теор. Свистом он подозвал коня, вскочил в седло и…

— Нет! Нет! Назад! — вдруг закричала волшебница. — Это иллюзия! Смотрите!

Она взмахнула руками, что-то негромко произнесла — и фигурка альфара пропала. Вместо него на скале возник…

— Горный тролль, — выдохнул командир, осаживая коня. — Сомкнуть ряды! К бою!

Быстро спешившись, Видящая снова взмахнула руками, пристукнула посохом о землю — и иллюзия рассеялась. Три тролля обнаружились там, куда мы направлялись — под покровом тумана они таскали камни, спеша перегородить нам дорогу. Еще четверо застыли на склонах, приготовившись напасть на нас со спины.

Поняв, что их хитрость разгадана, тролли взревели и все вчетвером атаковали наш обоз — трое «строителей» и тот самый, которого мы заметили первым, остались на месте. «Первый» взревел, взмахнув дубиной, сделанной из кости какого-то крупного зверя.

— Луки! — крикнул мастер Теор.

Из пехотинцев половина были лучниками, и десяток стрел тут же взвился в воздух, ища мишени. Боевая эльфийская стрела пробивает орочий доспех, если, конечно, это не особо мощный доспех «хаук», сделанный из шкуры дракона, снятой вместе с чешуей. Но в упор, с близкого расстояния, эльфийские лучники смертоносны… Если их противники не тролли…

Нет, эти существа не носили доспехов, но их шкура от природы была настолько прочна, что стрелы застревали в ней, не доставая до внутренних органов. Все десять стрел вонзились в тела бегущих к нам троллей, но ни один из них не остановился. Лучники успели выпустить еще по паре стрел, прежде чем эта четверка достигла нас.

У копейщиков дела пошли лучше — из шести брошенных копий два не просто достигли цели, но воткнулись в животы бегущим тварям, замедлив их продвижение настолько, что компания достигла нашего обоза не одновременно, а порознь. Один из добежавших размахнулся костяной дубиной, но в это время еще два копья и один меч вонзились ему в живот.

Другой бы тут же скончался на месте от жутких ран, но тролли невероятно живучи. Несмотря на то что меч оставил на его животе глубокую борозду, а одно из копий, сломавшись, застряло в ране, он словно ничего не заметил. Дубина с треском опустилась на голову одного из эльфов, сминая шлем вместе с черепом.