"Фантастика 2024-175". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Чейзер Артем - Страница 362

Спустя час медленного полета в Диком космосе, когда я прикидывал, что делать дальше, ИскИн корабля внезапно озверел и сообщил, что с ним хочет связаться ИскИн неизвестной модели, который превосходит его по мощности в десятки тысяч раз. Больше он ничего сообщить мне не успел, просто отключившись. Вместо него в рубке заговорил чужой голос с электронными нотками:

— Цефодрис приветствует вас, Тэнно, — в голове тут же всплыло воспоминание, когда Лаг`Мир`Оок назвал меня «Тэнно» — почему вы на этом убо… э… плохом корабле? Я приглашаю вас на полностью функционирующую станцию Орокин, дабы провести ремонт и модернизацию имеющимися материалами.

— Хорошо, я прибуду, — осторожно произнес я неизвестному ИскИну, находясь в рубке. Возможно он меня с кем-то спутал… надеюсь меня не разбомбят на подлете. — Куда мне лететь?

— Вы не чувствуете, Тэнно? — удивился невидимый собеседник. Как бы мне не выдать себя… а то ведь решит, что ошибся, и прибьёт. Сердце гулко стучало в груди. Действовать по правилам. Не знаю, во что я ввязываюсь, но действовать по правилам! Я прислушался к ощущениям. Не знаю, почему я не заметил раньше, но в области груди появилось ощущение чего-то родного и теплого, словно вот-вот соединишься с чем-то близким и важным тебе.

В голове тут же взвился калейдоскоп картинок-воспоминаний, подняв тучу несуществующей пыли. Лайла. Минуты и часы близости с ней. Женщина, которая в этом мире дарила мне тепло и уверенность, прикрывая спину и сражаясь со мной наравне.

Я сглотнул комок и силой воли заставил себя собраться и сконцентрироваться на ощущениях. Мои чувства куда-то стремились, но никак не удавалось отделить их и понять куда.

— Очень плохо. Я потерял память, и, боюсь, возможности, — ответил я честно. Память моё тело потеряло, когда в него вселился я? Потеряло. Возможности значит тоже. Логично? Вполне!

— Хорошо. Сейчас я выйду из Разлома, и вы сможете прилететь, — отозвался этот ИскИн. — На станции я проведу вашу диагностику и помогу восстановить способности. Разумное существо на вашем корабле не принадлежит к существам, что имеют доступ на станцию. Поскольку вы сейчас единственный, кто может приказывать мне, то скажите, как поступить с ним.

— Существо не трогать! — всполошился я. — Это моя… «игрушка».

— Хорошо. Выдать вашей «игрушке», — последнее слово он произнес с некоторым сарказмом, — доступ на станцию?

— Нет, она будет на корабле. Надеюсь, это не помешает ремонту?

— Нет, Тэнно, — ровно ответил голос.

Наблюдая за картинками с внешних камер, я увидел, как внезапно, в абсолютно пустом месте космоса, появилась вертикальная ярко-голубая щель, которую словно потянули за края, увеличивая в размерах. Через десяток секунд, «дыра в пространстве» стабилизировалась в форме овального проёма, с острыми углами вверху и внизу. Внутри проема было видно лишь бело-голубую, медленно перемещающуюся субстанцию, то и дело пускающую синие и голубые протуберанцы энергии. Я приблизил изображение. Ничего. Просто «дыра» в пространстве, или «разлом», как сказал этот… как его… А! Цефодрис.

Через некоторое время, поверхность разлома расступилась, словно жидкость, выпуская огромный объект. Медленно, величаво, из такой странной «жидкости» выходила бело-золотая, просто грандиознейшая, Башня. Именно Башня, с большой буквы. Огромная вертикальная станция.

В этот момент мои чувства словно взбеленились. Меня тянуло туда.

«Интересно девки пляшут, по четыре сразу в ряд…» — пронеслось в голове.

— Вижу станцию, куда подлетать? — спросил я вслух, уверенный, что неизвестный ИскИн на связи.

— Когда подлетите, откроется шлюз. Влетайте в него, — произнес… Цефодрис. Что это такое, кстати? Какое-то непонятное слово «Цефодрис».

— Кстати, Цефодрис, скажи мне, что ты сделал с ИскИном?

— А! Так вот как называется это непонятное и весьма ограниченное существо, оперирующее информацией на уровне ребенка! — воскликнул собеседник обрадованно, тут же спокойно продолжив: — Я его отключил. Он мешал мне связаться с вами. Заодно я перехватил контроль над вашим кораблем, да простит меня Тэнно, и провел исследование его составляющих.

— И… как оно? — с опаской поинтересовался я.

— Я пришел к выводу, что ваш корабль придется полностью перестраивать, используя материалы станции, и ставить на него младший Цефодрис, что я создам из себя.

— Хорошо, а что такое Цефодрис? А то я потерял память… — осторожно начал я.

— Не оправдывайтесь, Тэнно, я понимаю вас. Я тоже потерял пятьдесят три целых, семьдесят две сотых своей памяти. Цефодрис, это особый искусственный интеллект, только когда-то бывший живым. Нас выращивают на специализированных… — он неожиданно замолчал, но почти тут же продолжил. — На вашем языке больше всего подходит слово «ферма» и «лаборатория». Выращенный носитель обладает особым интеллектом. Инженеры Орокин добились сильного увеличения мыслительной активности в ущерб всему остальному. Полученное искусственным путем существо с высочайшим интеллектом не способно жить без аппаратов жизнеобеспечения. Его переносят в цифровой вид, уничтожая физический биологический носитель.

— То есть ты как бы… — я почесал затылок, — искусственный интеллект, но полученный из живого мозга, а не программой, нулями и единицами?

— Всё верно, Тэнно.

Ох… ну и горазд же он строить сложные предложения!

Направив корабль к станции, я прогулялся до каюты Линалы и описал женщине ситуацию — нужно было предупредить её, чтобы она не удивлялась. Её удивлению не было предела. По её словам, ещё никто не мог приблизиться к останкам Древних хотя бы на сто километров. Никто ВО ВСЁМ СОДРУЖЕСТВЕ к ОСТАНКАМ, а тут БОЕСПОСОБНАЯ Станция! Женщина была в шоке, не прекращая попыток допытаться, как у меня это удалось.

К слову, с ней я подружился спустя месяц путешествия, во время которого общаться было ну просто не с кем. Правда доверять я ей не стал и ошейник не снял, но общались мы по-прежнему. Ошейник я оставил, потому что не хотел, чтобы произошло то же, что и когда-то с Лайлой — я расслаблюсь, а она приставит нож к горлу. Только с Лайлой всё было иначе. Второй раз так может не повести, а ошейник позволит обезвредить женщину.

При подлете к огромной космической станции Древней, с большой буквы, Цивилизации поднялась гигантская переборка и обнаружился удобный цилиндрический док. Медленно влетев внутрь, мой корабль попал в энергетическое поле. Ворота медленно закрылись. Оставив Линалу на корабле, я покинул палубу. Территория дока была представлена огромным белоснежным цилиндром, обрамленным золотыми узорами. Называть это простым словом «док» было кощунством, но других слов у меня не было. Из дока вело два пути, но Цефодрис связался со мной через нейросеть и сказал идти именно в тот, что расположен с правого бока корабля — то есть там, куда я и вышел.

Двери, ведущие из дока, были представлены высоченными цилиндрами-шлюзами, автоматически открывающими свои створки при приближении. Помещение после шлюза оказалось не менее красивым. Широкая черная дорожка с золотой каймой, вела между бело-золотых кадок с молочно-белыми стволами невысоких деревьев без листвы. «Кадки», в которых сидели растения, были целиком закрыты — таким образом, земли видно не было.

Приглядевшись, я заметил, что кончики ветвей тянутся ко мне и еле заметно шевелятся. Идя по этому коридору, я наслаждался красотой и изяществом древних мастеров. Потолок коридора терялся где-то в верху, метрах в двадцати от пола — неведомые строители явно не жалели места.

Упирался коридор в уже знакомую шлюзовую дверь-цилиндр. Всё-таки интересно — ими управляет Цефодрис или сенсоры?

За этими своеобразными «шлюзами» оказался короткий широкий коридор, выведший меня в круглый зал с огромным белоснежным деревом в центре. Всего в зале было два яруса. Периметр второго яруса, на котором я находился, был отгорожен бронестеклом в золотой оправе. Подойдя к краю, я огляделся в поисках лестницы. Таковая обнаружилась слева от прохода, по которому я пришел.