"Фантастика 2024-175". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Чейзер Артем - Страница 883

— Прошу меня извинить, госпожа, — служанка низко склонила голову и присела в реверансе, — я не хотела вас пугать. Если вам будет угодно, я помогу вам. Извольте подождать меня здесь.

Она исчезла, но вернулась очень быстро, принесла небольшой тазик с темной водой, губку и несколько чистых салфеток:

— Извольте прилечь.

Хельга послушно вытянулась поперек постели и позволила служанке обмыть ее живот и ноги. Под конец служанка подала ей смоченную темной жидкостью салфетку:

— Извольте приложить ее к ранам, госпожа. Это — настой целебных трав. Будет немного неудобно ходить, зато уже к вечеру станете как новенькая. Я поставлю настой вот тут. — Она опустила тазик на скамью. — Иногда меняйте салфетки, смачивая их настоем.

— Спасибо. — Хельга прислушалась к своим ощущениям. Было приятно и почти не больно. — Откуда ты все знаешь?

— О миледи, это не я, а ваш супруг. Он приготовил этот отвар и распорядился, чтобы я научила вас им пользоваться.

Девушка покачала головой. Она ничего не ведала о человеке, которого вчера взяла в мужья. Правила вежливости предписывали хотя бы поблагодарить его за заботу. Она стала одеваться.

Герцогиня Дисана прислала вчера целый сундук своих платьев. Старомодные, местами обветшавшие — служанки почти весь вечер и часть ночи перебирали добро, выискивая самые лучшие, — все наряды имели один существенный недостаток. Хельга оказалась почти на два вершка выше своей благодетельницы, и все платья были ей немного коротки. Служанка пообещала подшить к платьям полосы цветной тесьмы и шелковую отделку, чтобы этот недостаток не бросался в глаза.

Случившееся испортило Хельге настроение. Она жила в чужом доме, спала в чужой постели, одевалась в чужие вещи, ела за чужим столом чужой хлеб. У нее не осталось ничего своего. Когда ее позвали к столу, молодая женщина поплелась в трапезную с таким убитым видом, словно ее вели на казнь.

И старая леди Дисана, и ее новоиспеченный муж уже находились там. Вдовствующая принцесса сидела в кресле у камина, а ее супруг стоял над нею, облокотившись на спинку кресла. Когда Хельга появилась в дверях, Дар подошел и кивнул в знак приветствия.

— Вы прекрасно выглядите, сиятельная делла, — промолвил он ровным голосом.

— Спасибо за настой, — промолвила она, опуская глаза — Мне… э-э…

— Не стоит благодарности, — спокойно ответил он. — Моя мать содержала бордель. Некоторые ее девочки очень не хотели там работать, и их первый опыт был, мягко говоря, печальным. Кроме того, некоторые клиенты обращались с девочками не лучшим образом — у кого-то это была особенность психологии, другие просто любили поиздеваться над беззащитными жертвами. Так что мне пришлось научиться справляться с подобными ранами и облегчать страдания женщин.

— Вы врач?

— В том числе и это. Ну, пойдемте, поздороваемся с нашей хозяйкой?

С этими словами он подал молодой супруге руку.

— Вы очаровательны, — произнесла старуха, когда Хельга остановилась перед нею и пролепетала что-то про доброе утро.

От этих слов из глаз Хельги брызнули слезы. Она еле сдержалась и проследовала к столу, почти ничего не видя. Как назло, и вдовствующая принцесса, и ее собственный муж вели себя так, словно ничего не случилось, и девушка постепенно успокоилась. Что ж, она здесь чужая, ее мысли и чувства не имеют никакого значения для этих людей. А раз так, ей придется отныне прятать свои эмоции как можно глубже и в свой черед не слишком интересоваться чувствами окружающих. Это трудно, но выполнимо.

Веймар мог и не приезжать сегодня на службу — лорд Дарлисс, принимая во внимание важность свадьбы, разрешил молодому дознавателю гулять три дня, — но вчерашние события заставили волноваться. Хельга сбежала, и леди Дивис распорядилась не ждать племянницу. Лорд Хеннир попытался было возразить — Хельга как-никак была единственной дочерью его покойного брата, — но супруга устроила ему сцену прямо на улице, и он решил не портить отношений. Хельга так и не вернулась, на праздничном пиру ее не было, и Веймар всерьез забеспокоился о подруге.

Прискакав на место, он первым делом сунулся к девушке в кабинет, но обнаружил там старшего письмоводителя, который, охая и вздыхая, скрипел перышком по пергаменту.

— А где Хельга? — выпалил молодой человек.

— Деточка, когда входите, надо здороваться, — поднял перо письмоводитель.

— Извините… здрассте. А Хельга…

— Ее нет и, наверное, не будет. Ума не приложу, что с нею произошло? Вы в курсе, где она может быть?

— Не знаю. — Веймар прошел в комнату и привычно устроился на подоконнике. — Давайте рассуждать. Вы вчера слышали что-нибудь о происшествии на площади Справедливости?

— Там должна была состояться смертная казнь какого-то чернокнижника, — наморщил лоб письмоводитель. — Я, знаете не люблю такие мероприятия. Во-первых, отвлекают от работы, а во-вторых, мне просто противен запах горелого мяса. А что такое? Казнь не состоялась?

— То-то и оно! Вмешалась наша Хельга и объявила, что желает взять осужденного в мужья. Оказывается, на родине принцессы-невесты есть такой милый обычай!

— Он был и у нас, — закивал письмоводитель. — Но его отменили уже… дайте-ка подумать… уже почти полторы сотни лет тому назад. Вы хорошо знаете историю, молодой человек?

— Ну, — замялся Веймар, — в пределах. А что?

— Значит, не помните случай с принцем-бастардом? У короля Оромира Первого было два сына — законный и бастард. Когда законный сын взошел на престол после смерти отца, он первым делом изловил сводного брата и приговорил к обезглавливанию за какой-то пустяк. Но у бастарда была, если так можно выразиться, связь на стороне — одна из фрейлин королевы, знатная девушка, между прочим, ждала от него ребенка. Он вообще менял женщин с удивительной легкостью, и они на него не обижались, но эта устроила у эшафота скандал. Мол, как это так — забирать отца у ребенка. Вспомнили про обычай — если женится, то останется жив. Принц-бастард тут же дал согласие, их обвенчали прямо не отходя от плахи, и молодые отправились в свадебное путешествие. А по возвращении принц с ходу поднял мятеж и сверг своего брата, обезглавил его уже безо всяких условий. И на всякий случай ликвидировал этот закон, чтобы не создавать прецедентов.

— И сам создал первый прецедент! — хмыкнул Веймар. — Вы знаете, кого вчера собирались казнить на площади Справедливости?

— Неужели принца крови?

— Именно! Причем тоже незаконнорожденного! Его арестовали за некромантию и покушение на жизнь принца Кейтора, а когда я взял его дело, он мне рассказал, что на самом деле он — двоюродный брат нашего короля Клеймона, незаконный сын младшего брата короля Оромира Третьего, принца Гайворона.

— Хм, — старый письмоводитель нахмурился. — Молодой человек, вы всерьез надеетесь разыскать Хельгу?

— Ну, мне хотелось бы узнать, где она и что с нею.

— Тогда бросьте это занятие. Я больше чем уверен, что вскоре ей и ее мужу придется навсегда покинуть Паннорию.

Веймар не успел ничего сказать — негромкий шум на дворе привлек его внимание. Развернувшись к окну, он с изумлением увидел, что причиной его стала Хельга собственной персоной, въезжающая в ворота Тайной службы.

ГЛАВА 10

Хельге было тяжко в чужом доме. Его обветшалая роскошь угнетала, пожилые слуги и служанки наводили страх, а необходимость пользоваться одеждой с чужого плеча и вовсе раздражала. Зная законы, девушка понимала, что у ее новоиспеченного мужа за душой нет ничего — у всех, приговариваемых к смертной казни, конфискуют имущество. Что же до нее самой, то, если судить по поведению любящих родственников, рассчитывать она может разве что на свои личные вещи. Да и то лишь в том случае, если делла Дивис не выкинула их под горячую руку. Нужно было на что-то жить, нужны были деньги, и добыть их Хельга могла только одним способом.

Осуществить задуманное оказалось легче легкого — сразу после завтрака молодая женщина оказалась предоставлена сама себе. Она остановила первого попавшегося слугу, отдала приказ, уже через полчаса выехала из ворот и направилась в сторону здания Тайной службы.