"Фантастика 2024-175". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Чейзер Артем - Страница 948

— Мама, нет!

Принцы одновременно сорвались с места и рванулись вслед за нею, но двери захлопнулись у них перед носами. Затормозив, братья остановились и оглянулись друг на друга.

— Вот гадство! — высказался один.

— Гоблин меня побери, что делать? — поддакнул другой. И, хотя больше не было произнесено ни слова, принцы едва ли не впервые в жизни ощутили духовное родство.

Он давно уже не спал, но не спешил открывать глаза. На что тут смотреть? Пялиться на голые каменные стены, на сводчатый потолок и крошечное пятнышко окна? На толстую дверь с тремя слоями охранных заклинаний? Войти мог любой, а вот выйти… В его ошейник было встроено аналогичное заклинание. А снять эту позорную принадлежность раба мог далеко не каждый. Даже если Дару удастся уговорить кого-то из эльфов помочь, где гарантия, что чары ему покорятся? Он уже несколько раз пытался нейтрализовать действие заклинания изнутри — безрезультатно. Всякая попытка применить магию тут же отдавалась дикой болью и бередила раны, которые именно поэтому не хотели заживать. По сравнению с этим ремни на запястьях и щиколотках казались досадной мелочью.

Но он должен отсюда выйти! Во что бы то ни стало должен! Он выйдет отсюда! Иначе все напрасно!

Дверь бесшумно отворилась. В камеру проник луч света, в нем возникла стройная фигура. Даральд наблюдал за нею из-под ресниц. Она казалась знакомой, но маг смотрел против света и сказать наверняка ничего не мог. Гостья сделала несколько шагов, вытянула шею.

— О Покровители! — прозвучал ее голос— У него кровь! Он весь в крови! Матушка, скорее сюда!

Взметнув полы балахона, ворвалась Видящая, не глядя, приткнула посох к стене, положила ладони на его раны.

— У него опять лихорадка, — промолвила она с тревогой. — Потерпи немного. Я сейчас!

Ладони эльфийки нагрелись и стали тяжелыми, как два раскаленных утюга. Даральд заскрипел зубами. Ему показалось, что пахнет паленым мясом, но вот волшебница резко оторвала руки от его тела — и вместе с ними оторвались и растаяли боль и жар.

— Вот так, — промолвила она, пятясь. — Пока это все, что я смогу сделать. Тут нужен специалист!

— Может быть, просто прижечь их? — произнес третий голос, принадлежавший Наместнику Калинару. — Каленым железом? Чтобы остановить кровь раз и навсегда?

Видящая покачала головой:

— Что-то мне подсказывает, что в таком случае мы будем иметь дело с нагноением и заражением крови.

— Нет-нет, пусть лучше она течет, — промолвил первый голос— Он нужен мне живым!

Даральд так удивился, что открыл глаза чуть-чуть пошире. Она здесь? Не может быть? Как? Откуда?

— Калль…

— Он приходит в себя! — Молодая женщина бросилась к постели больного. — Дайте мне воду, я омою его раны!

Наместник хлопнул в ладоши, и служанка внесла серебряный таз с ароматической водой. Видящая добавила туда сушеной травы из висящего на поясе мешочка и что-то прошептала.

Молодая эльфийка присела на постель к Даральду, ласково провела смоченной в воде губкой по его плечам. Дар смотрел на нее из-под ресниц. Свет лампады бросал на лицо тени, казалось, она постарела за эти несколько лет.

— Каллирель…

— Это я, любимый! Я. — Женщина коснулась ладонью его щеки. — Я здесь, с тобой.

— Откуда ты взялась?

— Приехала, как только узнала, что ты здесь! Мы прибыли вчера, поздно ночью. Я так хотела сразу пройти к тебе, но ты был без сознания.

— Сколько времени я… тут?

— Уже третий день. У тебя лихорадка. Может быть, позвать человеческого целителя? — Леди Каллирель посмотрела на отца и волшебницу. — Люди умеют лечить человеческие болезни. И он…

— Он сразу увидит ошейник и начнет задавать лишние вопросы. Люди так любопытны! А нам нужно сохранить его пребывание тут в тайне! — отрезал Наместник Калинар.

— Снимите его, — попросил Даральд. — И развяжите меня! Леди Каллирель только сейчас заметила ремни, которыми мужчина был привязан к постели.

— Отец, что это значит? И ошейник? Ты хочешь сделать из него раба? Но ты мне обещал…

— Ошейник нужен для обряда, — возразил лорд-Наместник. — А насчет ремней… Я могу тебя освободить, Дар, если ты обещаешь не переступать порог замка, не подходить к окнам и не пытаться связаться с кем-либо из людей за пределами посольства.

— Клянусь! — тут же сказал Даральд. — А что за обряд?

— Он будет проведен позже, когда ты придешь в себя и восстановишь силы, целитель!

Пока они беседовали, леди Каллирель снова принялась обмывать его раны и менять повязки. Улучив паузу в разговоре, она наклонилась к самому лицу мужчины и прошептала смущенным шепотом:

— Я привезла его!

— Кого? — не понял Даральд.

— Нашего сына! Ты хочешь его увидеть? Тогда поскорее поправляйся, я покажу его тебе!

— Я поправлюсь сразу, как только с меня снимут ошейник, — промолвил Даральд.

— Отец? — тут же повернулась молодая женщина к Наместнику. — Ты слышал?

— Только после обряда, Дар, — покачал тот головой. — Иначе ничего не получится. Но в остальном… Ты обещаешь не пытаться самостоятельно покинуть посольство без моего ведома и прямого разрешения?

— Да, обещаю!

— Тогда… — Наместник подошел и развязал стягивающие руки ремни. — Ну что ж, — сказал он, когда Даральд, самостоятельно развязав ремни на щиколотках, встал на ноги, — добро пожаловать домой!

ГЛАВА 31

Хельга засиделась на работе допоздна. Ей было отчего-то тоскливо и тревожно. Она сажала кляксу за кляксой, делала ошибки в написании простых слов, ее начальник в конце концов рассердился и пообещал, что запрет девушку в кабинете до утра, если она немедленно не возьмет себя в руки. На все возражения и разговоры о том, что у нее горе, он только вздохнул:

— Тогда вам тем более надо взять себя в руки и сосредоточиться. Я не помню случая, чтобы безделье кому-то помогало решить его проблемы!

— Вы думаете, если я буду корпеть над бумагами, я их решу? — вяло огрызнулась Хельга.

— Во всяком случае, вы не будете без толку тратить свои нервы и мое время, — ответил старый письмоводитель и замолчал.

В прежние времена он частенько уходил домой пораньше, сразу по окончании рабочего дня, оставляя Хельгу заканчивать работу и самостоятельно запирать кабинет, но сегодня доблестно торчал вместе с нею и пропустил даму вперед только по одной причине — Хельга была моложе и быстрее передвигалась.

Департамент Тайной службы почти весь вымер — только в соседнем крыле еще светилось несколько окошек. Там работали дознаватели. Хельга шла по полутемному коридору — в начале осени в это время уже начинало темнеть, — как вдруг навстречу ей шагнула какая-то темная фигура без лица.

— Мама, — выдохнула девушка, отступая назад.

— Мимо, — откликнулся неизвестный.

Хельга мигом выхватила короткий «городской» меч, который ей был положен как помощнику дознавателя и работнику Тайной службы. Фехтовать она, правда, умела плохо, но…

— Ты уж совсем, мать, того! — воскликнул незнакомец, когда кончик меча уперся ему в лицо. — На своих кидаешься!

— Кейтор? — ахнула девушка. — Это ты?

— Дева Усмирительница! Я, кто же еще! Я тебя тут уже полчаса караулю.

— В каком ты виде! — Девушка подошла чуть ближе. На принце темнела какая-то хламида с явно нарисованными краской от руки пятнами, а лицо оказалось так размалевано, что различить его черты было затруднительно.

— В нормальном. Это ты одета неправильно, — огрызнулся Кейтор. — Ты не забыла, что мы сегодня должны кое-что сделать?

— Что?

— Ну ты и тупишь! Очнись! Нас племянник Наместника на сегодня приглашал в посольство. Будем проводить спасательную операцию.

— Что? Уже? — всплеснула руками Хельга. — Но я не… Я не знаю!

— Нет, ну вы только на нее посмотрите! — патетически воскликнул принц. — Ты дядю Даральда так и оставишь Перворожденным? Мол, берите, нам не жалко? Махнешь на все рукой, пусть его казнят? А я думал, ты его любишь! Или надеешься, что все само собой как-нибудь уляжется и он встретит тебя дома? А может, на самом деле его никто не похищал, он просто эти три дня по кабакам шлялся?