"Фантастика 2024-175". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Чейзер Артем - Страница 979

После экзамена мы переселились из казарм новичков на новые места. Логар, чьим ножом мне наносили ритуальные шрамы, пошел в Клыки, а Найлор, Шаллорель и мы с Мориль и Лариль стали Коренными. На этом перемены в нашей жизни практически закончились — все по-прежнему вскакивали с первым ударом колокола, по-прежнему бежали на построение и большую часть дня посвящали тренировкам. Разве что теперь мы сами совершенствовали полученные навыки и особое внимание уделяли именно той науке, которую выбрали. Мы по полдня не слезали с коней, отрабатывая работу в строю, рубились друг с другом, сидя в седлах, тренировались запрыгивать на коня и спешиваться на скаку.

В один прекрасный день, вернее, в одно туманное осеннее утро привычный ход жизни был нарушен. К нам явился старый мастер Моррир, решительно отстранивший нового сотника Эльнара, и поднял руку, призывая к вниманию и молчанию.

— Вы все знаете, — начал он, — что уже много лет идет война, которую нам навязали темноволосые. Пять лет назад войска орков атаковали Мраморный Остров и вторглись на его территорию, убивая все живое на своем пути. А сейчас черед дошел до наших соседей. На Янтарном Острове объявлена мобилизация Янтарных Бус. Легионы Серебряного и Обсидианового Островов уже выдвинулись к границе. Через несколько недель мы выступим. Так что шутки и игры окончились, дети мои! Молитесь, чтобы эта война закончилась победой для тех, кто только недавно вступил в наши ряды!

Мы, новички, переглянулись. Так получилось, что из всех победителей недавнего турнира только шестеро вступили в Коренные — большинство предпочли стать Клыками или Резцами. И мы — кроме Найлора, Шаллорель, близняшек и меня Коренным был еще один юноша по имени Пандар — старалась держаться вместе.

— Наконец-то война, — прошептал Пандар. Как и я, он прибыл из далекого захолустья и горел желанием отличиться.

— Да уж, — поддержала его Шаллорель. — Мне надоели бесконечные тренировки. Скорее бы в дело!

Наши переговоры услышал сотник Эльнар и подошел ближе.

— Да, будет просто несправедливо, если вся слава достанется Серебряным Стрелам и Обсидиановым Клинкам, а мы останемся не у дел, — сказал он.

Старшие Коренные согласно заворчали. Между элитой войск каждого Острова издавна существовало соперничество в условиях почти непрекращающихся войн то с орками, то с людьми это было немудрено. Почти на каждом Острове элита имела свое название — Коралловые Зубы, Серебряные Стрелы, Обсидиановые Клинки, Мраморные Столпы, Янтарные Бусы, Нефритовые Витязи и так далее. Считалось, что, пока жива эта элита, живо и все войско. Мраморные Столпы были практически уничтожены — уцелела одна десятая корпуса, — так что и моральный дух защитников Мраморного Острова был основательно подорван. Усугубляло ситуацию то, что Мраморными Столпами командовал наследник Наместника Мраморного, и в первом же бою он был убит. Произошло это еще в ту пору, ког-а ваш покорный слуга знать не знал о Коралловых Зубах.

Мы шли в наш первый поход в приподнятом настроении, каждый мечтал о подвигах и славе. Каждый видел себя во главе несметных полчищ, прогоняющих грязных орков обратно в горы. Сотники умело разжигали ярость, на привалах вечером рассказывали о зверствах, чинимых нашими бывшими рабами на захваченных землях. Из уст в уста, обрастая подробностями, передавались рассказы о том, как издевались орки над пленниками, как резали на куски девушек, как жгли на кострах детей и пытали пленных воинов. Говорили даже, что темноволосые поедают тела своих жертв — если кто-то попал в плен раненым, его обязательно зажарят и съедят. Причем иногда жертвы жарят живьем.

Сидевшая у костра рядом со мной Шаллорель при этих ловах прижималась ко мне боком.

— Я ничего не боюсь, — шептала девушка. — Ни смерти, ни ран, ни насилия. Но как представлю, что меня будут жарить живьем… Это так мерзко! Данкор, пообещай, что добьешь меня, если я буду тяжело ранена. Я не хочу попасть к темноволосым в плен живой!

Она двумя руками вцепилась в мой локоть, и я накрыл ее ладонь своею.

— Пообещай мне то же самое, — промолвил я. Девушка быстро закивала.

— Никто не должен попасть к темноволосым в плен живым, — подал голос сотник Эльнар, услышав наш тихий разговор, — поэтому мы все должны следить друг за другом. Участь тех, кто попал в плен к оркам, слишком ужасна. Они не щадят никого.

На шестой день похода, вступив на территорию Мраморного Острова, мы смогли убедиться в правдивости этих слов. Вернее сказать, вступив на территорию бывшего Мраморного Острова, ибо за два дня пути по этим землям мы не встретили никого живого.

Первой ласточкой — вестницей о происшедшем — оказалась небольшая застава, на которую мы наткнулись сразу после того, как наши Видящие (у каждого легиона была своя волшебница, которая колдовала, насылая на врага чары, а после боя лечила раненых) открыли проход между Островами. Некоторые из Островов имели общую границу — таковыми были Нефритовый и Изумрудный, а также Янтарный с Коралловым. Все остальные располагались на некотором отдалении друг от друга — от одного часа до нескольких дней пути. До Мраморного же — ой, простите, бывшего Мраморного Острова — надо было идти целый день на восток.

Застава — небольшой донжон, обнесенный крепостной стеной, — стояла на невысоком холме. Ворота отсутствовали, сквозь проломанные стены было видно, что часть донжона разрушена.

— Гандор, что там? — коротко бросил сотник. Десятник Гандор, позвав своих, поскакал к заставе. Наш собственный десятник, Тайлор, прикусил губу.

— Что-то там слишком тихо, — промолвил он, не сводя глаз с Гандора и его подчиненных. — Как бы не пришлось драться! А вдруг там засада?

Мы — я, Шаллорель, близняшки и Найлор, — не сговариваясь, потянули из ножен мечи.

— Спокойно, молодежь, — откликнулся Эльнар, — Видящая ничего не чувствует.

Тем временем десятник Гандор доскакал до заставы. Десять всадников один за другим проскользнули в пролом стены и исчезли. Мы замерли, задержали дыхание и синхронно выдохнули, когда из ворот выскочил воин и во весь опор поскакал к нам.

— Ну что? — хором воскликнуло сразу несколько голосов.

На эльфе не было лица. Осадив коня, он провел ладонью по лбу.

— Там… никого живого! — воскликнул товарищ, оглядываясь назад. — Темноволосые убили всех! Защитники заставы… мирные жители… три семьи альфаров-фермеров… даже домашний скот! Они убили всех, кто там находился! Даже кур!

Мы не поверили своим ушам, но это оказалось жестокой правдой. Орки уничтожали на своем пути все. В лесах исчезла дичь, на фермах перерезали скот. Огромная армия требовала огромных запасов пищи, а то, что не могли съесть, враги просто бросали где попало. Остановившись на привал у небольшого озера, на другом берегу которого виднелись развалины замка и двух ферм, мы увидели на траве дохлую рыбу. Видимо, кто-то из орков развлекался тем, что ловил рыбешек и бросал их.

Но хуже всего было то, что обнаружили на противоположном берегу.

На сей раз в дозор послали наш десяток. Тайлор, командир, ворчал всю дорогу:

— Навязали на мою шею детей… А если там что-то ужасное? Кто мне поручится…

Замок и две фермы были пусты. Ни одного тела не нашли ни во дворах, ни в домах, ни в хлевах.

— Посмотрите! — Звонкий голос Мориль дрожал. Девушка протянула руку и замерла на берегу озера.

— Я решила напоить коня, — промолвила она, старательно отводя взгляд от воды, — подъехала ближе и…

Они были там. Мужчины, женщины, дети. Эльфы и альфары вперемешку. Широко распахнутые глаза, разинутые в последнем крике рты. Мориль так и замерла с протянутой рукой, я взял повод ее коня и отвел в сторону. Помог спешиться, придерживал за плечи, пока ее рвало возле ближайших кустов.

— Это ужасно, — прохрипела девушка, вытирая лицо. — Такая смерть… Я их ненавижу! Детей-то за что?

— Это — орки, — произнес подошедший десятник Тайлор. — Они ненавидят все, что так или иначе связано с нами. Ведь когда-то они были нашими рабами.