Когда он получает (ЛП) - Сэндс Габриэль - Страница 36

— И мне тоже.

Но что мы можем сделать? Джино думает, что это может быть та ночь, когда Максим сделает Неро предложение поработать вместе. Максим явно позаботился о том, чтобы отвезти нас куда-нибудь подальше от посторонних глаз. По словам Неро, это место не приближается к территории Братвы.

— Если что-то покажется не так, мы уходим. — Неро выключает машину и скользит взглядом по мне. — У меня плохое предчувствие.

Я протягиваю руку и беру его за плечо. — Все будет хорошо.

Он переворачивает руку так, что наши ладони соприкасаются, и переплетает наши пальцы.

У меня болит сердце.

Прошло два дня с тех пор, как он заставил меня кончить на диване в гостиной.

Два дня прошло с тех пор, как я поняла, насколько слабым стало мое убеждение уйти от него.

Я твержу себе, что Неро и эта жизнь мне не подходят, но я уже не уверена, что верю в это. Все, что я знаю, это то, что когда он обнял меня той ночью, я впервые почувствовала, что все будет хорошо.

Я пыталась оставаться рациональной и реалистичной в отношении своей ситуации, но сейчас мне кажется, что мои эмоции устали подавляться и требуют, чтобы я прислушалась к ним, а не к логике.

Так ли я должна поступать? Не знаю.

Я благодарна, что хотя бы на сегодня я могу оставить этот вопрос на втором плане и сосредоточиться на нашей миссии.

Какой бы она ни была.

Неро проводит большим пальцем по тыльной стороне моей ладони. — Поехали.

Парковщик забирает машину, а охранник у двери проделывает с нами ту же процедуру, что и с другой парой: берет наше приглашение и проверяет мою сумочку, прежде чем пропустить нас внутрь.

Темный и узкий коридор за входной дверью не дает нам никаких намеков на то, что это за место. Наши шаги сопровождаются тяжелым ритмом медленной, соблазнительной песни, звучащей из динамиков, спрятанных в потолке.

Мы останавливаемся у стойки проверки верхней одежды, где молодая женщина в платье с блестками берет наши куртки. В нескольких футах от нас плотные бархатные шторы скрывают то, что находится в конце этого зала.

Девушка, проверяющая куртки, протягивает Неро бирку с номером. — Первый раз?

— Да. — Неро проводит большим пальцем по губам, с подозрением глядя на занавески. — Мы получили приглашение, но в нем не было подробностей. Что это за место?

Она лишь улыбается. — Лучше идти вслепую. Вас ждет незабываемая ночь.

Мы с Неро обмениваемся взглядами, но, как ни странно, я не нервничаю. Мне требуется секунда, чтобы понять, что это потому, что… я с ним.

Что бы нам ни предстояло, я верю, что Неро убережет меня.

Эта мысль вызывает стаю бабочек в моем животе.

Неро обхватывает меня за талию и прижимает к себе.

— Хорошо. Давай сделаем это, — бормочет он низким голосом.

В глазах девушки мелькает озорство, когда она отдергивает занавеску. Добро пожаловать в «Seven Lives».

Мы проходим через проем и…

Я останавливаюсь на месте.

Черт.

Комната за занавесом — роскошное помещение. Она напоминает мне фотографии старых европейских дворцов. Высокие потолки, хрустальные люстры, искусно расписанные стены. Но мое внимание привлекает не грандиозный бар, протянувшийся вдоль одной стены, и не свисающие с потолка позолоченные клетки, в каждой из которых сидит танцовщица, раскачивающаяся в такт тяжелой музыке.

Примерно в десяти шагах впереди, на небольшой круглой сцене, к кресту привязана женщина. Мужчина стоит на коленях между ее раздвинутых ног и с остервенением пожирает ее киску.

Ее стоны, громкие и неистовые, слышны даже сквозь музыку.

— Умм…

Мои расширенные глаза перескакивают на Неро. Я никогда раньше не была в секс-клубе — не нужно быть гением, чтобы понять, что это именно то, чем он является, но так ли это?

А что, если это часть мафиозной схемы?

Сухожилия на его толстой шее напрягаются, когда он смотрит на сцену перед собой. — Ха, мы больше не в Канзасе.

Я подавила легкий истерический смех. — Конечно, нет.

Его глаза фиксируются на моих. — Ты в порядке?

Правда? Мои щеки словно расплавились. — Я не знаю. Это…

— Ооо! — восклицает женщина, ее стоны становятся все громче, когда она начинает кончать.

Неро переплетает наши руки и тянет меня вперед. — Пойдем. Давай выпьем чего-нибудь в баре и попытаемся понять, какого хрена Максим пригласил нас сюда.

Мы движемся сквозь толпу людей, собравшихся вокруг сцены. Некоторые из них бросают на нас взгляды, когда мы проходим мимо них, но в основном все внимание приковано к женщине на кресте.

На нас с Неро определенно больше одежды, чем на ком-либо еще здесь. Женщины и мужчины одеты в нижнее белье. На одном мужчине вообще ничего нет, и его эрекция колышется, когда он переминается на ногах.

Я отвожу глаза и сосредотачиваюсь на краях комнаты. По периметру стоят бархатные кабинки, многие из них заняты парами, находящимися на разных стадиях раздевания.

Кровь пульсирует в моих щеках. Я не считаю себя ханжой, но мне нужно несколько минут, чтобы все это осмыслить и освоиться. Это слишком много для меня.

В баре висит деревянная табличка с надписью «Ограничение на два напитка».

— Думаю, я понимаю, почему они не хотят, чтобы посетители напивались, — тихо говорю я Неро.

Он заказывает мне джин с тоником и виски для себя. — Я слышал, что в таких местах часто ограничивают алкоголь.

— Ты никогда не был в таком?

Он ухмыляется. — Нет, Солнышко. Веришь или нет, но эксгибиционизм — это не совсем мое.

Барменша, одетая лишь в облегающий пеньюар, возвращается с нашими напитками и выставляет их на стойку.

Я беру G&T.

— Мы так одеты.

Неро берет виски и прислоняется к барной стойке.

— Так даже лучше. Если бы на тебе было меньше одежды, мне пришлось бы убивать любого мужчину, который на тебя посмотрит, и это превратилось бы в сплошной беспорядок.

Он делает глоток своего напитка.

Я бросаю на него усталый взгляд. — Меня не перестает удивлять, как непринужденно ты говоришь об убийстве.

— Это просто часть жизни, как платить налоги или стоять в пробке.

Я закатываю глаза. — Пожалуйста, ты ни за что не платишь налоги.

— Что ты имеешь в виду? Я плачу некоторые.

— Да? А что ты записал в качестве своей работы?

Он ухмыляется. — Утилизация отходов.

— С тобой что-то не так, — говорю я, но, как ни странно, улыбаюсь. С каких это пор я нахожу мрачный юмор забавным?

— Красивая пара.

Я бросаю взгляд через плечо Неро на пожилую женщину, которая стоит у барной стойки в нескольких футах от нас. Ее губы складываются в кокетливую улыбку, когда она ловит мой взгляд. — Не возражаете, если я посмотрю?

Я ошеломленно смотрю на нее. Она хочет посмотреть, как мы с Неро занимаемся чем именно? Чем угодно? Всем?

— Не в этот раз, — спокойно отвечает Неро, поворачиваясь к ней лицом. — Моя жена немного стесняется.

— О, как мило, — промурлыкала она. — Первый раз в этом месте?

Неро улыбается. — Да. Вы постоянный посетитель?

— Я прихожу сюда раз в неделю с тех пор, как они открылись полгода назад.

— Вы знаете владельца?

— Макс? Да, он просто душка. Когда он играет, всегда весело. — Женщина берет у бармена стакан газированной воды с лимонной долькой и поднимает его перед нами. — Приятного вечера.

Я обхватываю рукой запястье Неро, когда она уходит, и притягиваю его к себе. — Ты быстро соображаешь. Я не знала, как ответить на этот вопрос.

Он ухмыляется. — Простое «нет» сделало бы свое дело. Да ладно, мы оба знаем, что тебе несложно соблюдать границы.

— Это правда, но сейчас я чувствую себя немного не в своей тарелке.

Я потягиваю свой G&T и снова осматриваю комнату. Женщина все еще дико извивается на кресте, а в кабинках несколько пар занимаются своими делами. В одной из них девушка с ярко-розовыми волосами сидит верхом на загорелом, татуированном мужчине, который обхватил ее горло своей чернильной рукой.