Любовь по завещанию (СИ) - Крестовская Алисия - Страница 13

— Ну как всё прошло? Долго вы там с двух часов-то. — Дядь Гена наливает мне чай в бокал и достает печенье.

— Нормально. Все документы оформили. Нужно будет еще подписать доверенность на Дениса, ну что бы он мог подписывать договора, а не с каждой бумажкой ко мне бегал.

— Т. е. ты ему карт-бланш даёшь? Брат твой строил, строил, а ты постороннему человеку все пароли явки сливаешь? — опять недоволен. Что это он так на Дениса взъелся?

— Почему? Денис совладелец фирмы. Они так-то вместе все строили. Ему нет смысла все рушить. — я пожимаю плечами. — Тем более Дима доверял ему. Значит и я буду.

— Доверял и куда это его завело? Окрутил он тебя уже да? Ох Динка, останешься ты и без денег, и без парня.

— Дядь Ген вы чего? Никто меня не окручивал!

— А то я не вижу по глазам твоим?!

— Да что вы видите — то? Мы просто друзья. А Дима между прочим и вам доверял. И вам говорил обо всем об этом. А вы, как и Денис, отмахнулись от него! — Выражение лица мужчины меняется и понимаю, что взболтнула лишнего.

— Простите дядь Ген. Я не то хотела сказать…

— Знаешь Дина. Я тебя с Димкой, как родных растил. Ты думаешь я не виню себя, что не стал глубже копать? Что поверил, что твой брат до белки мог напиться? Да я каждый день думаю, что если бы я тогда охрану к нему поставил или заставил его к тебе уехать, он жив был бы! А ты… Всё иди к Денису своему. Мне работать нужно.

Выхожу из кабинета с гадким чувством на душе. Может я и правда не знаю чего-то такого ужасного о Денисе? Почему дядь Гена на него так взъелся? У лифта Вижу Егора.

— Дина Игоревна куда едем?

— Домой. Отвезите меня пожалуйста домой Егор.

Уже в машине набираю сообщение Денису, отписываюсь, что домой поехала. На душе отвратительно. Солнце скрывается за тучами и мой канареечно-жёлтый кардиган больше не кажется мне ярким и тёплым.

Приходит сообщение от Дениса «Что-то случилось?». Да, я обидела практически своего отца. Но вместо этого отправляю «Нет. Просто устала». Не добавляю ни каких эмодзи. Не то настроение, чтобы слать солнечные кружочки.

Открываю дверь, а она не открывается. Странно. Еще раз проворачиваю ключ туда и обратно. Дергаю ручку. Результата ноль. Виновато смотрю на Егора. Парень сказал, что должен проводить меня до дверей квартиры. И теперь терпеливо ждал, когда тупая брюнетка справится с дверным замком. Егор берет у меня ключи, проверяет нижний замок, реакция двери неизменна. Он берет другой ключ и вставляет его в верхний замок.

— Он иногда заедает, поэтому я на него не закрываю никогда…

Я не успеваю договорить, как замок щёлкает и дверь открывается.

— Ну а в этот раз закрыли его, — улыбается парень, — торопились, наверное, очень и на автомате заперли и забыли.

Он отдаёт мне ключи, а я всё не могу поверить в то, что закрыла дверь на оба замка и забыла про это. Благодарно киваю и захожу в квартиру. Вроде бы всё тихо. Киваю Егору и смотрю, как он заходит в лифт. Закрываю за ним дверь на нижний замок. Дёргаю ручку. Только на нижний.

Глава 9

Дина.

Дурной день. Не прибралась путью, по магазинам бегом пролетела, на фирме, как маленькая девочка обтекала. Вот посмотрела бы я на них если бы я их про акцидентные шрифты и теорию цветоощущения Гельмгольца спросила. А что, на своём поле все выпендриваться горазды. Да и с дядь Геной ужасно получилось. Хочу домой. «В деревню, к тётке, в глушь, в Саратов». В свою квартиру. В свой уютный мир. Сворачиваюсь комочком на диване и предаюсь унынию. В комнате постепенно становится темнее и темнее. Нужно встать, но не хочется. И я позволяю себе поваляться еще. Всё равно делать нечего, осудить за эту слабость некому.

Из транса выводит звонок в дверь. Подскакиваю как ужаленная. Кого принесло. Я никого не жду. Сижу и не дышу. Может квартирой ошиблись. Опять звонок. Уже настойчивее. Я встаю и на цыпочках иду к входной двери. Только открываю глазок и начинаю приближаться к нему, как слышу, что замок проворачивается. Я отпрыгиваю от двери и врезаюсь в открытую дверь ванной. Дверь от толчка с хлопком закрывается. Я взвизгиваю от неожиданности и зажмуриваюсь. Когда открываю глаза передо мной в дверном проёме стоит Денис. В руках цветы. Огромный такой буке жёлтых хризантем. А на лице удивление. Ну вот теперь еще один человек будет считать меня ебнутой. Просто замечательно.

— Как ты меня напугал.

— Напугал? А ты меня не напугала? Я пишу, ты молчишь, звоню — абонент не абонент. Дверь не открываешь. Что я мог подумать?

— Что я приехала домой и уснула, например, — произношу я совсем невинно, хотя объективно он имел причины волноваться. Я бы на его месте тоже напряглась. — А ты так и будешь стоять или обидишься и уйдёшь?

Денис выходит из ступора и протягивает мне букет. Я беру огромную охапку цветов и понимаю, что она тяжелее чем я думала. Сотня или даже больше солнышек смотрят на меня. Денис проходит в комнату, разуваясь включает свет.

— Хотел порадовать тебя. Думал купить розы, а потом их увидел, сразу вспомнил твой солнечный кардиган. Кстати, а ты чего в темноте сидишь?

— Спасибо. — Я привстаю на цыпочки и целую его в щёку. — Мне очень приятно. Шикарный букет. Да я задремала и не заметила, что телефон сел и что столько время прошло.

Несу букет на кухню и глазами ищу куда поставить этого гиганта. Что-то не припоминаю, что с утра, когда пыль вытирала, видела вазу. Неужели придётся этот букетище в ведро ставить. Денис снимает пиджак и кидает его на диван.

— Дина, ты чего зависла? — он подходит ко мне и машет рукой перед лицом.

— Думаю куда поставить такую красоту. Вазу я здесь не видела.

— Ну хочешь поедем вазу купим?

— Нет. Потом. Придётся в ведро поставить.

Пока занимаюсь цветами, их даритель принимает душ и переодевается. Интересно, почему он решил, что может остаться? Нагло ли это? Да. Хочу ли я, что бы он остался? Да. Поэтому молча иду греть ужин.

Быстро жарю вчерашние макароны с яйцом и сыром. Мужчинам нужно мясо, но из мяса дома только колбаса. Режу салат. Грею чайник. Денис пристально наблюдает за мной с легкой улыбкой. Меня не пугает его взгляд. Смущает немного и отвлекает, но не пугает. Поэтому я напеваю про себя песню, чтобы отвлечься.

— Прости, но ужин практически, как вчера. Я не успела в магазин сходить, да и не думала, что ты приедешь. — вот последнее, наверное, не нужно было говорить. Да, точно не нужно.

— Не рада меня видеть? Цветы подарил, могу уезжать? — шутит или нет не пойму.

— Я не то хотела сказать. Не обижайся. — по глазам вижу не обижается. Сам серьёзный, голос серьёзный, а глаза смеются. — Я сегодня постоянно, что-то не то несу.

— Разве? Мне понравилась твоя идея с учебной практикой для самых талантливых школьников.

Денис ест мою еду практически с тем же воодушевлением, что и пироги тёть Оли. Готовить я умею и люблю. Да, макароны — это не верх кулинарного мастерства, но пироги, пловы и отбивные ещё приготовить для него у меня возможности не было.

— Я сегодня дядь Гену обидела, ляпнув, кое-что не подумав. Теперь вот тебя задела. Кстати, почему он так на тебя взъелся? Мне казалось у вас нормальные отношения. А теперь… — спрашиваю я совершенно невинно, хотя подсознательно догадываюсь в чём проблема. Только самой себе пока в этом признаться страшно.

— Взъелся говоришь? Ну он не наивный мальчик видит многое, понимает или догадывается. Вот и злится.

— Что он видит?

— То, что ты отчаянно пытаешься игнорировать.

Сглатываю комок в горле. Денис ест, как ни в чем не бывало. Он так спокоен, как будто мы погоду обсуждаем. А мне уже и есть не хочется. Желудок скрутило, и, вроде бы, даже мутит.

— А что я не замечаю? — решаю играть в дуру. — Денис, я не в настроение сегодня загадки отгадывать. Да и с намёками у меня туго. Пожалуйста говори со мной на прямую.

— Напрямую? — он вытирает губы салфеткой и немного отодвигает тарелку с остатками еды. — Ну так напрямую. Дина. Ты мне безумно нравишься. Хочу, чтобы ты была моей до дрожи, до скрежета зубов. Думать ни о чем кроме тебя не могу. И Петрович не дурак, он это видит. А еще и он и я видим, что тебе тоже на меня не плевать. Если б было на плевать, я бы здесь третью ночь не ночевал, как к себе домой бы не приезжал, да и с утра ты, что-то меня не оттолкнула. Если бы не это грёбаный телефонный звонок, то еще утром бы расставили все точки над «е». Правда более приятным способом, чем сейчас. Но как вышло.