Вот ты и попалась, птичка (СИ) - Йейл Алекса - Страница 3

Однако не успела Мири далеко уйти, как ее схватили за руку и, дернув назад, развернули. Она снова оказалась лицом к лицу с беловолосым воином, и ей пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть на него, насколько он в действительности оказался высок. Теперь он практически нависал над ней.

— Думаешь, я не заметил, что вы с Ливией поглядываете на меня, перешептываетесь? — ухмыльнулся воин, все так же не размыкая губ. — Всегда видно, когда две женщины что-то замышляют. Мне было очень интересно, что же вы задумали, — тихо сказал воин, склонившись. — Я оценил вашу шутку, но мне мало.

Подняв вторую руку, он ухватил оцепеневшую Мири за волосы на затылке и склонился к ней еще немного. Не ожидавшая ничего подобного, она ахнула, и воин тут же этим воспользовался, прижавшись к ее губам.

Он не был груб, лишь требователен. В следующую секунду воин плавно проник в ее рот языком, сходу углубив поцелуй. Он крепко удерживал ее за затылок, но в его движениях не было агрессии.

От потрясения Мири застыла, даже не подумав сопротивляться. Видимо, воин увидел в этом знак капитуляции и стал еще настойчивей. Отпустив руку Мири, он обнял ее за талию и притянул к себе, все так же придерживая за волосы.

Лишь тогда она очнулась и напряглась, осознав происходящее. Да ее же сейчас беспардонно целовали посреди таверны, на глазах у пары десятков посетителей и Ливии! Окончательно Мири пришла в себя, когда что-то кольнуло ее губу изнутри.

Упершись обеими руками в твердую мужскую грудь, Мири попыталась оттолкнуть его от себя. Конечно, у нее бы в жизни не вышло сдвинуть с места такую гору мышц, если бы внезапно он сам не прервал поцелуй.

— Господин, прошу прощения, я… — пробормотала она, пытаясь высвободиться из его рук.

— Езус, — представился он, медленно и будто бы нехотя отпустив ее. — Меня так зовут, маленькая птичка. Хотя, если желаешь… можешь называть меня господином.

Откинув за спину длинные светлые волосы, он снова ухмыльнулся, на этот раз разомкнув губы. От увиденного Мири обмерла, буквально застыла на месте.

Все зубы мужчины были заточены, и его улыбка напоминала звериный оскал. Так вот что что царапнуло ее губу! Вид был жутковатым, однако куда больше она испугалась другого.

Теперь, когда волосы больше не скрывали плечи этого Езуса, Мири увидела нашивки на его кожаной броне.

Преторианец! Перед ней сейчас был один из них.

Воины из личной гвардии правителей, лучшие из лучших. Самые сильные, самые жестокие и опытные бойцы, которые пойдут на все ради своих господ, денег и славы. Они не знают жалости. Не знают доброты, тепла и любви, особенно к женщинам, что Мири испытала на собственной шкуре.

От одного из преторианцев Мири и сбегала последние два года, но умудрилась наткнуться на другого! Не только наткнуться, но и поцеловать его. Нужно было срочно бежать, спасаться!

Развернувшись, она опрометью бросилась прочь не только от Езуса, но и из таверны. Одно Мири знала наверняка — этот мужчина опасен, и она только что его спровоцировала.

— Куда же ты полетела, птичка? — донеслось ей вслед.

Глава 2

Езус с усмешкой смотрел вслед красавице, улепетывавшей от него прочь. Конечно, он сожалел, что она сбежала, зато не упустил шанса полюбоваться ее округлыми ягодицами.

Именно таким, какие нравились Езусу. Она была настолько сочной, что хотелось ею лакомиться — пышная грудь, крутые бедра, миловидное личико, обрамленное темными кудрями. Такую женщину хочется смаковать, но в то же время не страшно в порыве страсти ухватить ее покрепче, не сломается.

Кто бы мог подумать, что она окажется опасливой?

Езус не заметил, чтобы птичка испугалась его зубов, в отличие от многих других дам. Не сказать, что он был обделен вниманием — звание капитана преторианской гвардии само по себе делало его лакомым кусочком — но им интересовались исключительно опытные женщины, желающие разнообразить свои эротические впечатления.

Что ж, Езус с радостью им в этом помогал, но чтобы к нему подошла скромница? Поначалу он решил, что она раскрепощенная, раз вздумала шалить, но ее смущение и испуг…

У него никогда не было никого настолько трогательного и невинного. Так что да, она его заинтриговала.

Честно говоря, за четыреста лет бессмертия Езусу наскучили одинаковые будни, одинаковые выходные, даже праздники — одинаковые. Пожалуй, единственный минус жизни в Инферно — это скука. Конечно, он ценил мирные времена, просто в последнее время жизнь все чаще казалась ему какой-то… пустой, пресной.

Взять тот же День падения Утренней звезды… несколько лет назад Езус вместе со своим другом кутил с утра до ночи, но сейчас все изменилось. Женившись, Ахига проводил все праздники со своей супругой, и Езус не мог его винить — хороша девка, не придраться. Характер у нее был тот еще, но мужа она слушалась, и на том спасибо.

Помимо Ахиги у Езуса раньше была пара приятелей, однако они погибли на недавней войне между Инферно и Эдемом. Проводить время с молодыми легионерами? Увольте. Если выбирать, быть одному или с кем придется, он всегда предпочитал первое.

Вот и что оставалось Езусу? Только пить в своей любимой таверне, как и в прошлом году, и в позапрошлом…

Так что да, эта милая девочка с ее дурачеством стала для него глотком свежего воздуха. Ему сразу же захотелось маленького приключения с ней, даже если оно не перейдет в горизонтальную плоскость.

Она решила поиграть? Теперь был его ход. Видимо, эта птичка еще не знала, что нельзя поцеловать капитана преторианской гвардии и сбежать, особенно если приглянулась ему.

Позабыв о полной кружке эля на столе, Езус направился прямиком к стойке, возле которой до сих пор стояла Ливия, с прищуром наблюдавшая за разыгравшейся сценой.

— Ливия, милая, — промурлыкал Езус, улыбнувшись так, чтобы показать заточенные зубы. — Прекрасно выглядишь сегодня.

— Спасибо, — при виде его оскала она едва заметно поморщилась, и он искренне рассмеялся. Все же нравилось ему время от времени демонстрировать свои зубы и наблюдать за реакцией своих собеседников. — Если ждешь объяснений, то их не будет, — подбоченилась Ливия, раздраженная его весельем.

— Не жду, — хмыкнул Езус, — но я бы не отказался, если бы ты подсказала мне, куда полетела эта маленькая птичка, — он взглядом указал на дверь, за которой исчезла пышногрудая красавица. — Кажется, вы с ней знакомы.

— Ни за что, — еще больше посуровела Ливия. — Даже не помышляй! И с чего такой интерес? Она не в твоем вкусе.

Ха, можно подумать, хозяйка таверны что-то знала о его предпочтениях! Она лишь видела, с кем он пару раз приходил сюда. Езус выразительно посмотрел на нее исподлобья, давая понять, что отступать не намерен.

Вздохнув, Ливия на пару мгновений отвела глаза, о чем-то задумавшись, и лишь затем снова посмотрела на него. Она облокотилась на стойку, чтобы оказаться ближе к нему, и заговорила тихо, но очень вкрадчиво.

— Слушай, Езус, это все моя вина, — призналась Ливия. — Просто я подумала, что из всех мужчин, сидящих сегодня здесь, ты гарантированно не разозлишься и не станешь распускать руки. Похоже, я ошиблась, когда решила немного встряхнуть Мири. Не трогай ее, у нее и так жизнь не сахар. Пусть немного отдохнет от проблем, повеселится, спокойно посмотрит представление…

— Значит, ее зовут Мири, — протянул Езус. Красивое имя, милое, очень подходящее своей обладательнице.

— Из всех моих слов ты услышал только это? — страдальчески закатила Ливия глаза.

— Я услышал каждое, — снова ухмыльнувшись так, чтобы продемонстрировать свой оскал, Езус отошел от стойки и направился к выходу.

Ливия громко позвала его по имени, однако он ее проигнорировал.

Главное Езус узнал. Если птичка Мири хотела повеселиться и посмотреть представление, то в разгар праздника наверняка пошла на главную площадь, где сегодня проходил турнир в честь Дня падения Утренней звезды.

Значит, там ее и нужно искать.