Развод. В 45 - ягодка опять (СИ) - Яхонтова Ася - Страница 16

— Да уж, — пробормотала я, потирая ладони о чашку. — И на что это похоже? На театр абсурда? Все вокруг притворяются? Юные девушки делают вид, что любят стариков, те платят щедро за их молодость, а страдают в итоге жены?

— В каком-то смысле, да, — согласилась Наташа, подмигнув. — Это игра, где все знают свои роли, но никто не хочет признать, что это театр. Каждый делает вид, что ему это нужно. Молодые девушки стремятся к материальным благам, мужчины ищут подтверждение своей мужской силы, а жены, которые остаются в стороне, просто привыкли к этому безумию.

— Получается, все сами себя загоняют в ловушку, — сказала я, задумчиво. — И никто не знает, как из нее выбраться.

— Не совсем верно, — улыбнулась Наташа, посмотрев мне прямо в глаза. — Все зависит от поведения жены. Кто-то плачет и жалеет себя, вводя в бесконечную депрессию. А другие идут вперед, перешагивая через мужа и начиная новую жизнь.

— То есть, ты имеешь в виду, что женщине дана сила выбрать свой путь, несмотря на обстоятельства? — спросила я, рассматривая её выражение лица. В Наташе было столько уверенности, что мне стало интересно, какие примеры она имела в виду.

— Именно так, — кивнула она. — Иногда бывает тяжело, да и кажется, что мир рушится. Но важно помнить, что жизнь продолжается. Есть те, кто решает оставить все это позади и создать что-то новое для себя. Ведь, в конце концов, никто не должен ставить свою жизнь на паузу из-за чужих ошибок.

— Ноть, ты сейчас себя имела ввиду? — робко спросила я.

— И себя тоже. Я развелась несколько лет назад. Муж так же изменил, как и тебе. А я жалела сына, жила еще долго с предателем и терпела его. А потом в один момент как отрезало. Я просто поняла, что хочу жить для себя. Ушла от мужа, открыла свое юридическое агентство. Пошла к косметологу, стилисту... — Наташа внимательно смотрела на меня. — Даш, я знаю, что ты сейчас чувствуешь. Но надо двигаться дальше.

— Ты права. Наверное, просто меня одолевает страх перед будущим одиночеством, — нерешительно призналась я.

— А никто и не предлагает тебе оставаться одной! — решительно произнесла Наташа.

— Ноть, мне 45, — я горько усмехнулась.

— Помню. Потому что мне тоже 45 лет. И у меня прекрасная работа, насыщенная жизнь и ... молодой любовник!

Наташа рассмеялась. А я смотрела на подругу и понимала... Что хочу быть как она. Вот такая же свободная и счастливая. Не заключить свою жизнь в одни лишь борщи, как сказал мой муж.

Впервые за долгое время я поняла, что хочу быть просто женщиной — счастливой и самодостаточной.

Домой я вернулась только к вечеру. На пороге меня встретил разъяренный Саша.

— Где ты ходишь?! Гости уже скоро придут?! Почему не помогла Полине и не приготовила ужин?! — с недовольством произнес муж.

Глава 16. Даша

Глава 16. Даша

— Я работала, — спокойно посмотрела в глаза мужа.

— Зай, да что с тобой? Не слишком ли много ты стала работать в последнее время? — Саша продолжал выказывать свое недовольство. — Или у тебя кризис среднего возраста начался?!

Мой муж даже не понимал, как больно ранит своими словами меня. Он точно считал меня старухой.

Я тут же вспомнила Наташу. Она одного возраста со мной. Ее оптимизм и отношение к жизни придавали мне сил.

— У меня нет кризиса среднего возраста, — процедила я, стараясь сохранить спокойствие. — Просто у меня появилось много интересных идей. Я хочу развиваться, пробовать что-то новое.

— Но ты же не забыла про нас? — Саша скептически приподнял бровь. — Время на семью нужно оставлять.

— Кому нужно?! — не удержалась я, во мне кипела злость. — Ты думаешь, что вся моя жизнь должна крутиться только вокруг тебя и нашей семьи? Я не хочу заполнять свои дни лишь готовкой и уборкой!

— А что, по-твоему, ты собираешься делать? Просиживать дни на работе и оставить нас на произвол судьбы? — Саша развел руками, явно не понимая, о чем я говорю.

— Я собираюсь заниматься тем, что мне интересно, — ответила я резко.

— Зай, может, ты просто не ценишь то, что у тебя есть? — Саша упрямо смотрел на меня. — У нас есть семья, стабильность. А ты бегаешь со своими идеями, как будто у тебя кризис. Все-таки женщины с годами становятся другими.

— Я так сильно изменилась? — выпалила я, чувствуя, как внутри меня нарастает раздражение.

— Зай, ты совсем не изменилась, — примирительно произнес муж, понимая, что сказал и так много лишнего.

— Тогда не надо мешать мне работать! — упрямо заявила я.

— Посмотрим, надолго ли тебя хватит, — с сарказмом произнес Саша.

Его карие глаза темнеют от неприязни. На скулах вздуваются желваки. Весь вид мужа свидетельствует о напряженности.

Ведь сегодня я перестала быть удобной женой. Мы оба вышли из зоны комфорта, в которой отсиживались долгие годы.

Я чувствую, как обида сжимает меня, словно ободок натянули вокруг горла. Каждое слово мужа как нож по сердцу. До сих пор не понимаю, откуда взялось это ужасное отношение ко мне. Мой муж признавал во мне прислугу, но никак не жену.

— Мам, пап, может быть, вы лучше мне поможете? — в гостиную вышла Полина, которая готова была расплакаться. — Только посмотрите. У меня паста слиплась!

Дочь жалобно смотрела, не понимая, что делать дальше. В руках тарелка со слипшимися макаронами.

— Поль, не видать тебе Максимки. Его родители не захотят такую неумеху в невестки, — хохотнул Саша, а потом посмотрел на меня. — Скажи спасибо своей маме!

— Сейчас все исправим, — я прошла мимо мужа на кухню.

— Мам, можно было сегодня не ссориться? Ведь ты же знаешь, как важен этот день для меня, — недовольно проговорила дочь.

— Так мы ссоримся не на глазах у родителей Максима, — сухо ответила я.

Полина нетерпеливо наблюдала за тем, как я набирала номер и заказывала еду из ресторана.

— Ты разве не приготовишь блюда сама? — удивленно спросила меня дочь.

— Не успею уже, — ответила я, когда положила трубку.

— Маме Максима может не понравиться, что на столе нет домашней еды, — паниковала дочь.

— Милая, я уже не успею сама приготовить, — спокойно повторила.

— Мам, ты могла остаться сегодня дома и помочь мне, — в голосе дочери звучал упрек.

— Полин, у меня были дела. И я уже объяснила тебе это. Но если для мамы Максима так важно поесть домашние блюда, то поставь перед ней свои слипшиеся макароны, — строго произнесла я.