Главная роль 6 (СИ) - Смолин Павел - Страница 45

Постучав пальцем по микрофону и вызвав этим душераздирающий и заставивший депутатов замолчать звук помех, Сергей Андреевич взялся за дело:

— Прежде всего, от лица Парламента Российской Империи и всех доверивших свои голоса депутатам и членам Совета подданных Российской Империи, я бы хотел поблагодарить Его Императорское Величество Георгия за продолжение политики Династии Романовых, ставящей своим приоритетом заботу о благе народов Российской Империи за этот беспрецедентный дар и беспрецедентные возможности.

Аплодисменты, я встал с кресла и с улыбкой помахал рукой обратившим на меня взоры депутатам. Это они еще просто не поняли, что не «дар» это, а проклятие. А кто им виноват? Сказано же — «Бойтесь данайцев, дары приносящих», а у нас тут вообще-то данайская, сиречь византийская, традиция и есть.

— Далее позволю себе напомнить уважаемым депутатам и члена Совета о том, что на завтрашнем собрании состоится приведение Парламента к Присяге народам Российской Империи и Российскому Престолу, — продолжил Муромцев. — Как Общий Председатель Парламента я выражаю уверенность пред глазами Его Императорского Величества Георгия в том, что работа над Конституцией Российской Империи и менее заметными, но столь же значимыми задачами, поставленными перед нами, будет начата в скорейшие сроки и будет выполнена должным образом.

Аплодисменты, мои благожелательные кивки — верю в вас, господа политические самоубийцы. А теперь — заготовочка в исполнении Сергея Андреевича:

— Согласно регламенту, сейчас я предоставлю возможность произнести торжественные и программные речи лидерам всех представленных в Государственной Думе фракций и уполномоченным членам Совета. Согласно принятому в нашей Империи этикету, будучи джентльменом, я не могу не предоставить таковую возможность прекрасному лидеру Всеимперского женского Союза. Юлия Михайловна, прошу вас.

Благополучно получившая Романовскую премию, титул княгини, и согласившаяся возглавить такую необычную партию и ради этого ненадолго оставившая свой «город-сказку» Юлия Михайловна Кувшинова под аплодисменты — мы же тут джентльмены! — вышла к трибуне, поприветствовала народ, поблагодарила Председателя за возможность, и выкатила эквивалентную многомегатонной атомной бомбе инициативу:

— От лица всех женщин Российской Империи — а их, как уважаемым коллегам без сомнения известно, примерно половина от всех подданных — я выражаю свое решительнейшее возмущение нынешним видом Парламента. Впрочем, иного вида он иметь и не мог, ведь ни единой женщины к голосованию допущено не было. От всей души благодарю тех господ, которым знакомы понятие «честь» и которые не утратили свойственного истинным мужчинам Российской Империи трепетного и бережного отношения к даме. От всей души благодарю и Ваше Императорское Величество за то, что личным указом даровали женщинам право хотя бы избираться.

Жиденькие, растерянные аплодисменты, инициированные лично мной.

— Вопиющую несправедливость первых в истории Российской Империи выборов мы, «Всеимперский женский Союз», склонны объяснить известной народной поговоркой — «первый блин — комом». Посему, как лидер Союза, я заверяю всех подданных Империи женского пола: мы будем бороться изо всех сил, чтобы к следующим выборам были допущены все без исключения подданные Российской Империи, а таковое право должным образом было закреплено в порученной Его Императорским Высочеством к разработке Парламентом Конституции Российской Империи.

В воцарившейся, прекрасно иллюстрирующей эпитет «ошеломленной», тишине, я получил возможность не дать «слить» эту очень нужную инициативу. Поднявшись во весь свой немалый рост, я громогласно выразил свое одобрение:

— Браво!

На третьем хлопке господа депутаты и «советчики» сориентировались, и зал утонул в овациях. Смешно — Парламента еще толком нет, а «партийная дисциплина» уже есть! Что ж, на ближайшую пару лет Парламент целиком парализован, а значит никто не будет мне мешать спокойно работать как мне удобно. Демократия — это просто восхитительно удобный инструмент!

Глава 25

Боятся! Боятся так, что вбитое палками (буквально!) воспитание и приобретенная с годами на Высочайшем посту выдержка дают сбои! Нет, пытаются держать лицо, но я прекрасно вижу дрожащие жилки на лицах, ощущаю потные ладони и совсем не те нотки в голосах, к которым привык за многочисленные прошлые встречи — «рабочие» и личные.

И это — представители древних и до невыносимости порой пафосных да чванливых Владетельных домов старушки-Европы! Что с вами, дяденьки? Вы же старше меня в среднем в два раза, лично у вас масла на хлебе при любой ситуации сильно меньше не станет, вы же самоуверенные представители «цветущего сада», а я — молодой да ранний «северный варвар»! Да в ваших глазах там, за Уралом, натурально земли песьеголовцев начинаются, а вы дрожите и тщетно пытаетесь делать хорошую мину при плохой игре! Очень прошу, не надо — вы же мною врагами назначены, совсем не жертвами: врага не жалко, а жертву — очень даже.

Исключений — три: кайзер Вильгельм (гоголем ходит широким таким, в дверной проем метафорически боком проходит), Его Величество Король Великобритании Альберт I (этому все пофигу, мы же такие хорошие друзья) и мой зятёк Кристиан-младший, король Дании (ему плевать, он плотно озабочен вопросами личной чести и производством сельскохозяйственного продукта в своей стране).

А вот «братья» с околобалканских краев явно чуют недоброе — да, сейчас они в коалиции и всячески обласканы и закиданы деньгами, но после разборки с османами исторический процесс не завершится, а значит придется крепко чесать репу на тему «придет 'Большой брат» объединять не больно-то к этому стремящихся славян или все же пронесет?«. Как бы под трио Англия-Франция-Австро-Венгрия с подключением недобитых (потому что такими 'прокси» Царьграда не освободишь) турок не легли чисто из желания уцелеть в горниле Большой войны.

Ну а я что? Я посмотрю — сценариев с очень такими объемными приложениями на все возможные к придумыванию повороты Истории у меня много, и применяться они будут недрогнувшей рукой: больно, жалко, грустно, но если я стану довольствоваться малым и почивать на лаврах, «больно, жалко и грустно» станет в разы сильнее — всё, что не добито и не привязано намертво экономико-дипломатическими связями при поддержке ультимативно невыносимой для врагов военной угрозы, неизбежно объединится, и мы получим классику в виде жизни в кольце врагов. Прямо как сейчас, но с нюансиком в виде потенциального атомного апокалипсиса — иллюзий у меня нет, как только «ядерку» получает один большой игрок, спустя десятилетие (максимум) ею обзаводится и другой.

Зал для приемов во дворце кайзера был непривычно малолюдным: первый день череды приемов в честь учреждения Лиги Наций (бумаги потом подпишем, их прямо сейчас причесывают наши сотрудники в гораздо менее приятных условиях — за столами в казенных кабинетах) представляет собой фуршет с танцами, куда допущены только монархи с супругами. В этот конкретный момент мы с лучшими друзьями (кайзером и английским королем) обосновались в углу, и вокруг нас словно возник незримый барьер, нарушать который никто не торопится — они же тоже бывалые физиогномисты, и видят, что я вижу, что им страшно, и от этого стараются попадаться на глаза поменьше. А вон там Кристиан сидит, в одиночку, сардельки с капусткой под пивко вкушать изволит, демонстрируя прекрасно развитое психологическое расстройство под названием «патологическое жлобство»: в гостях жрет как не в себя, компенсируя этим суровую диету дома.

— Бабу-то кто спрашивает? — удачно процитировал я Александра в ответ на рассказ Виктора Альберта о том, как часто они с Аликс ведут позиционную войну в рамках своей ячейки общества.

Много лет попыток, череда выкидышей и попросту «бесплодных» лет, и наконец-то, три месяца назад, у Альберта и Аликс появился первый ребенок. Увы, девочка. Сама английская королева прибыть не смогла — все еще ненавидит «коллег» и «родственников» за то, на что всем давно стало плевать. Характерная, и Альберту Виктору «война» с нею дается непросто.