Честная игра (ЛП) - Бриггз Патриция - Страница 8

Лесли проделала огромную работу с тех пор, как Ник вчера свалил на нее это дело.

Все думали, что оборотни — это люди, жертвы болезни, которые использовали способности, дарованные им несчастьем, чтобы помогать другим. Дэвид Кристиансен, первый человек, признавшийся в том, что он оборотень, был специалистом по освобождению заложников. Лесли уверена, что оборотни специально выбрали его из-за фотогеничности. У старшей дочери Лесли на двери спальни висел плакат со знаменитой фотографией Дэвида, держащего на руках спасенного им ребенка. Другие волки, признавшиеся в своей сущности, обычно были пожарными, полицейскими и военными — хорошими парнями.

Лесли легко замечала мошенничество. Мошенничество не стопроцентная ложь. Люди, с которыми она разговаривала, прекрасно отзывались о группе наемников Дэвида Кристиансена. Они всегда выполняли задание с минимальными потерями со всех сторон и были хороши в своем деле. Они не плохие парни. Благодаря этому Лесли старалась быть непредвзятой, но поскольку от природы осторожна, все же хранила пару серебряных пуль, заряженных в своем пистолете.

Дверь позади нее открылась, и, обернувшись, Лесли увидела входящую в комнату девушку, которая выглядела так молодо, словно ей все еще следовало ходить в среднюю школу. Лесли слишком часто так думала о новобранцах, которых встречала в Квантико. Светлые рыжевато-каштановые волосы девушки тщательно заплетены в косу, словно она пыталась выглядеть старше, но этого недостаточно, чтобы компенсировать веселые веснушки на бледных щеках или невинные медово-карие глаза.

— О, привет, — жизнерадостно поздоровалась девушка, в ее голосе чуть слышался чикагский акцент. — Я думала, что приду первой. Еще рановато.

— Мне нравится заранее оценить ситуацию, — ответила Лесли, и молодая женщина рассмеялась.

— О, я понимаю, — сказала она, ухмыляясь. — Мой Чарльз такой.

Скорее всего, Чарльз — ее напарник, подумала Лесли. Они, видимо, из КНСО. Эта девушка вряд ли оборотень. Лесли изучила интернет и знала, что существовало несколько женщин-оборотней, но стая их защищала. Они бы никогда не отправили эту девушку к федералам. Если подумать, Лесли тоже не отправила бы эту девушку одну.

— Так почему же тогда твоего Чарльза здесь нет? — Он бросил ее на растерзание волкам. Ей захотелось содрать с него шкуру, а ведь Лесли даже не встречалась с ним. Что, если бы девушку здесь поджидал оборотень, а не агент ФБР?

Девушка в ответ медленно улыбнулась, доказывая, что уловила ее недовольство и нашла это забавным.

— Он проиграл пари и должен принести кофе для всех. И он этому не рад. Возможно, мне не следовало бы так радоваться, но иногда получаю огромное удовольствие, раздражая мужчин. А ты?

— Иногда, — со смехом согласилась Лесли, прежде чем осторожно вздохнуть.

Это ее задело, она никогда не смеялась во время работы. Она еще раз оценивающе оглядела эту женщину. Девушка выглядела как подросток, одетая в сшитый на заказ серый костюм в тонкую полоску. И почему-то он казался прикрытием, а не настоящей одеждой.

— Держу пари, — сказала Лесли, проверяя свою идею, — что опасные мужчины бросаются к тебе, чтобы убедиться, что ты не ушибла палец.

Она поняла, что права, когда вместо того, чтобы выглядеть сердитой, девушка просто лукаво улыбнулась.

— И я стараюсь сделать так, чтобы они приносили извинения, когда сталкиваются друг с другом.

— Ха, — торжествующе произнесла Лесли. — Я думала, что даже у КНСО хватило ума не бросать лакомый кусочек волкам. Я специальный агент Лесли Фишер, Отдел насильственных преступлений ФБР.

— Сегодня я Анна Смит. — Девушка печально улыбнулась ей. — И я не из КНСО. Боюсь, я одна из волков. И что еще хуже, Смит — это не моя настоящая фамилия. Я сказала, что это глупо, но Чарльз настоял, что лучше взять что-то простое, иначе вы или Национальная безопасность поймаете какого-нибудь бедного Чарльза и Анну Вашингтон, Адамс или Джефферсон и будете их изводить.

Агент ФБР оказалась не совсем такой, какой ожидала Анна, но и не отличалась от других. Умная, хорошо одетая, уверенная в себе, таких показывали в телешоу и фильмах. Анна стала очень хорошо разбираться в людях с тех пор, как ее обратили. Язык тела, запах — все это не лгало. Она удивила агента своими словами, но не напугала ее, и это указывало, что они сработаются.

Морщинки вокруг глаз цвета горького шоколада углубились, и на мгновение специальный агент Лесли Фишер выглядела точно такой же властной, какой и была на самом деле. Ей могло быть за сорок, но под хорошо скроенным пиджаком скрывались мускулы.

Ее глаза говорили, что она жесткая, как бродячая собака, и не только физически. Если бы она была волком и мужчиной, то стала бы второй или третьей в стае, рассудила Анна. Не альфой, в ней нет скрытой агрессии к завоеванию территории, которая выдвигала доминанта во главу стаи, но близко к этому. Скольких людей агент ФБР одурачила своим невозмутимым видом?

Специальный агент Фишер нахмурилась и сказала:

— Мы проводим эту встречу здесь при как можно меньшем количестве людей, потому что человек, который ее устроил, предупредил, что было бы неразумно расстраивать оборотня. — Она приподняла ухоженную бровь. — Но похоже, тебя не легко расстроить.

Попалась. Анна изо всех сил старалась не ухмыльнуться от удовлетворения. Как сказать то, что Лесли нужно знать, не напугав ее.

— Они беспокоились не о том, чтобы расстроить меня. Проблемный оборотень — мой муж.

Агент ФБР снова нахмурилась.

— Значит, сюда идет еще один оборотень. Твой муж? — В ее голосе звучало легкое недоверие. Анна была замужем? Ее супруг оборотень? Их двое? Если бы Фишер хорошо знала оборотней, она бы поняла, что Чарльз не оставит ее одну.

Анна сама немного сомневалась, и это дало ей капельку надежды, что Бран на правильном пути в этом деле. Она не так уверена, как он и Асил, в том, что Чарльзу было бы полезно выследить серийного убийцу, а не непослушных волков, но Чарльз согласился, и они уже здесь.

— Да. — Анна кивнула. — Я оборотень. И я замужем. И мой муж тоже оборотень.

Фишер нахмурилась еще сильнее.

— Ходят слухи, что тот, с кем мы должны встретиться, стоит выше Гауптмана, который является альфой целой стаи волков.

— Так говорят? — пробормотала Анна, гадая, кто сказал такое и знал ли об этом Бран или он все и подстроил. Если перебирать в уме, как много в ее жизни подстроил Бран, то в конце концов она кончит тем, что начнет вязать шапочки для уток на ферме.

— Ты не выглядишь достаточно взрослой, чтобы жить самостоятельно, а твой муж занимает более высокое положение в структуре власти оборотней, чем Гауптман, — продолжила агент Фишер. — Что они сделали? Заставили тебя выйти за него замуж, когда тебе было двенадцать?

Анна удивленно посмотрела на нее. В ее маленьком мире, построенном на просмотре телешоу и фильмов, агенты ФБР никогда бы не сказали что-то настолько личное человеку, с которым только что познакомились. Они подходили бы к этому постепенно или с осторожными намеками. Судя по внезапному испуганному выражению на лице агента Фишер, она тоже всегда так действовала.

Но недавно Асил признался, что все в присутствии омеги выказывают защитный инстинкт. Анна не думала, что это действует в мире людей.

Анна ухмыльнулась и скрыла свое недоумение.

— Нет. Они не связывали бедную, слабую, невинную, маленькую меня и не заставляли выходить за него замуж. — Она задумалась. — Мой муж не слабый и не невинный, но если бы меня вынудили, я бы связала его и заставила жениться на мне. К счастью, в этом не было необходимости.

Лесли пришла в себя.

— Ты сказала, что из-за него мы не смогли привлечь больше людей к делу?

— Верно, — ответила Анна. — Но если вы подождете минутку, я бы предпочла просто объяснить это один раз, и думаю, что…

Она замолчала, прислушиваясь к шагам, которые услышала за дверью конференц-зала. Возможно, это какой-то постоялец отеля, прогуливающийся по коридорам, но приближались двое мужчин с целеустремленной скоростью. Так иногда делают мужчины, соревнующиеся друг с другом.