Даже если ты уйдешь (СИ) - Султан Лия - Страница 11

-Да сериал про деревню.

-О, твои любимые.

В дверях появился отец.

-Заглянул в комнату к детям. Спят как ангелы, - довольно отметил он.

-Подожди. Сейчас эти ангел встанут и весь дом тебе разнесут.

-Ну и путь. Они же дети! - захохотал отец.

-Так, а что это такое? - нахмурилась мама. - На “Пятом канале” нет новостей в воскресенье.

Эсми посмотрела в телевизор и увидела красно-синюю заставку с пометкой “Экстренный выпуск”.

-Что-то случилось, наверное, - предположила мама. - Хамза, вон пульт лежит, сделай погромче.

-Доброе утро. В эфире экстренный выпуск новостей, - серьезным голосом проговорил диктор. - Сегодня в шесть утра снова загорелась алматинская барахолка. Полыхают сразу несколько рынков. Площадь пожара в настоящее время составляет около 4 тысяч квадратных метров. На прямой связи со студией наш корреспондент Софья Касымова.

-Соня? - воскликнула Эсмигюль, когда на экране появилась сестра с микрофоном в руках. На фоне жуткого пожара, она рассказывала о том, что сгорели уже сотни бутиков и арендаторы, сумевшие попасть внутрь, спешно вывозят свой товар, а те, кому не удалось прорваться через полицейский кордон, с ужасом смотрят на то, как огонь уничтожает их магазины.

-Там же бутик Юсуповых, - глядя на черные клубы дыма, прошептала Эсмигюль

-Ты уверена? - прищурилась мама.

-Да. Сто процентов. Аллах, я помню женщин, которые работали по соседству и посадили меня в такси тогда. Те магазины тоже сгорели.

И именно в этот момент на экране появилась одна из арендаторов, которая плакала на камеру, держалась за голову и сквозь слезы говорила:

-Я полностью сгорела. Мой контейнер полностью сгорел, у меня там были вещи на миллионы. Что теперь делать? Как мне жить? Я кредит платила, детей обучала. А что теперь мне делать? Только вешаться осталось!

-Господи, - судорожно вздохнула Эсми. - Какой ужас! У них же два магазина. Один у Имрана, другой - у его брата Саида.

-Это который нелюдимый? - переспросил отец.

-Да. Неужели и он тоже сгорел?

-В новостях недавно показывали, что владельцы магазинов должны были съехать до декабря. Дорогу там собираются строить. А арендаторы отказались уезжать и пошло-поехало, - покачала головой Хамза.

-Думаешь, это не последний пожар? - нахмурилась Эсми.

-Да кто его знает. Барахолка слишком лакомый кусок для многих. Только страдают обычные люди.

-Мам…

Эсмигюль повернула голову на нежный голосок дочери и увидела в дверях заспанных двойняшек в пижамах. Они потирали глаза и сладко зевали. Их мама сорвалась с места и оказавшись рядом, села на корточки и обняла обоих.

-Что случилось, мама? - удивился Руфат.

-Все хорошо, - Эсми пыталась скрыть волнение. - Просто я так вас люблю.

-Я тоже тебя люблю, мамочка, - сын крепко обнял ее за шею.

-А я еще сильнее тебя люблю, - гордо добавила дочка и прижалась с другой стороны.

В тот момент Эсмигюль еще не знала, что семья Юсуповых потеряла практически всё. Как и не знала того, что готовит ей будущее и завтрашний день. Но она дала себе слово, что сама поставит на ноги своих детей, поставит их на ноги, воспитает так, чтобы они выросли честными, свободными и счастливыми.

Глава 11. Леди босс

Десять лет спустя

Эсмигюль тридцать семь и она добилась всего, о чем мечтала. Из родительской кухни, где с утра до вечера лепила и пекла, она переехала сначала в небольшой цех и взяла двух помощниц, а затем благодаря грамотному финансовому плану, составленному родным братом Назимом, только окончившим университет, Эсми позволила себе чуть больше. Взяв его в долю, как человека умного и серьезного, Эсмигюль начала свой путь в мире полуфабрикатов, где еще были свободные ниши. Сегодня в ее “Вкусняшках от апашки” работало тридцать человек. Они с Назимом арендовали большой цех и только-только запустили магазин в новом ЖК, вложились в рекламу, начали сотрудничать с крупнейшим онлайн продуктовым. Теперь все работало как часы, как слаженный механизм, которые настраивали годами.

Еще когда только начинала, потратила двести тысяч тенге (чуть больше 40 000 рублей) на оборудование, новую мясорубку и прочий инвентарь по мелочи. Хамза всю кладовку переоборудовал, чтобы две большие белые морозилки туда поместить, а потом еще вместе с Назимом развозил некоторые заказы по клиентам. Насиба же выручала с детьми - отводила их сначала в сад, затем в школу, делала с ними уроки. Однако укладывала двойняшек неизменно Эсмигюль, потому что они без нее не засыпали. У них даже появился свой маленький ритуал: перед сном Ситора и Руфат рассказывали маме о том, как прошел их день и перечисляли пять хороших вещей, которые случились с ними именно сегодня. Десять лет прошло, дети уже засыпали самостоятельно, но вечером, за чашкой горячего шоколада, они по-прежнему делились друг с другом радостями ушедшего дня. Эсмигюль однажды дала себе слово, что у каждого будет своя комната. Она его сдержала. Теперь они жили в трехкомнатной квартире неподалеку от родителей. Дом не новый, советский, кирпичный и очень теплый. Эсми делила спальню с дочерью, а Руфат спал в своей комнате. Зал был просторным - ничего лишнего, а кухня, как и хотела Эсмигюль, не шесть квадратов, а целых девять.

-Руфик, выходи уже давай! - колотила в дверь Ситора. - Я маме расскажу. Чем ты там занимаешься? Аааа…- она прислонилась к дверной щели, понизила голос и заговорщицки пробубнила:

-Рууууфииик, а чё ты там делаешь, а?

Щелкнул замок и из ванной вышел мрачный Руфат - свеженький и чистенький после душа.

-Мылся я там, - рявкнул он и проходя мимо сестры, сунул ей под нос ладонь. - На, понюхай.

-Фуу, кринж. Дурак.

-Сама такая. Ты же уже готова, чё ломилась?

-Я здесь лак для волос оставила, - пропищала девушка.

-Я здесь лак для волос оставила, - передразнил ее брат и она догнала его, запрыгнула ему на спину и взъерошила его и без того непослушные волосы, которые он с таким трудом причесал.

На шум из кухни вышла Эсми. За эти годы она почти не изменилась, но вернулась в свой прежний вес, поправила здоровье, начала ухаживать за собой и вновь расцвела.

-Опять? - скрестив руки на груди спросила она сиплым голосом.

-Ма, скажи ему так лучше. Он похож на Гарри Поттера, - спрыгнув со спины Руфата засмеялась Ситора.

-Ты достала уже с ним сравнивать, - раздраженно буркнул он.

-Идите завтракать, - обреченно вздохнув, мама вернулась в свои владения, подошла к плите и разложила яичницу с жареной докторской колбасой по тарелкам.

-Да ладно тебе, Руфик. Знаю я для кого ты стараешься, - когда Эсми повернулась к ним с тарелками, Ситора незаметно для брата ей подмигнула.

-О чем речь? - улыбнувшись, Эсми поставила перед детьми их порции и тоже села за стол.

-Ни о чем, ма, - Руфат закрыл Ситоре рот ладонью, но она ее легонько прикусила. - Ай, черт.

-Руфик вкрашился, ма, - играя бровями, объявила дочка.

-Руфик что сделал? - прищурилась Эсмигюль и сделала глоток горячего эткян чая -национального напитка с молоком, солью и сливочным маслом.

-Влюбился он.

-Я не влюбился.

-Оу, - глаза Эсми загорелись. - Как интересно! И кто она?

-Да ладно, Руфик. Мы с тобой один животик девять месяцев делили. Я тебя чувствую на расстоянии и знаю про тебя то, чего ты сам про себя не знаешь, - пропела Ситора. В отличие от серьезного и молчаливого брата, она росла веселой болтушкой - такой же красивой, как мать, но совсем другой по характеру.

-И как зовут девочку? Намекните хоть, а я угадаю. Я же всех ваших одноклассников знаю.

-А это новенькая, ма. И зовут ее Лейли.

-Блин, какая же ты заноза! - рявкнул недовольно брат и протянул руки в надежде придушить сестру.

-Руфик, у девочки очень красивое имя. И это хорошо, что тебе она нравится, - ласково сказала Эсми и улыбнувшись, протянула ему руку. Она построила отношения с детьми на честности и доверии и сейчас радовалась, что они могу рассказать друг другу обо всем. - Правда, ведь нравится?