Славные Времена. Том 1 - Брок Александр Александрович - Страница 2

– Он спит, – прошелестел в тишине холодный тихий голос из-за спин женщин. – И ты скоро уснешь таким сном. И вы никогда не проснетесь. И амулет твой не спасет тебя.

От этого непреклонного голоса меня пробрала дрожь. Из-за спин женщин вышла высохшая от времени старая дриада. По виду и голосу ей было по меньшей мере тысяча лет. Старейшая Дриада еле передвигала по расступающейся перед ней высокой – до колен – траве худые ноги, но глаза горели злобой, какую я никогда не замечал у кротких дриад.

– Сын хозяина леса. Моего леса. Где ты убиваешь. Моих зверей. Где ты умрешь, – хрипло сказала она, с ненавистью выговаривая короткие фразы.

'С каких это пор звери принадлежат дриаде?' – не без удивления подумал я. 'Похоже, старуха совсем спятила'.

Мне стало ясно, что происходит, и я, стиснув зубы, отогнал страх и взял себя в руки.

– Да, это наш лес, и мы всегда уважали дриад в нем, – холодно сказал я. – Если кто-то из вас против, ничем не могу помочь. Разбудите моего егеря побыстрее, если не хотите ссоры. Не думаю, что сестры поддержат тебя, Старейшая. Никто не отменял мести в наших владениях.

– Ссоры, – прошептала старуха. – Мы не боимся ссоры. Мы уходим рожать… в другой лес. Прочь от вас. Навсегда. И никто не узнает, кто убил нахального егеря. И нахального щенка того, кто именует себя хозяином моего леса. Я долго ждала этого мига. Теперь я ухожу. Это будет твой лес. Ты останешься в нем навсегда.

Только сейчас я увидел, что все остальные дриады беременны. Они дружно опустили глаза вниз. От них нельзя было ждать помощи. Преодолевая насланное оцепенение, я нагнулся и подобрал с травы заряженное ружье Нуры.

Волшебство старухи пока что слабо действовало на меня, только замедляя движения. Старейшая Дриада подняла вверх руки, заискрившиеся от магии леса, а я положил ставший как будто каменным палец на курок, готовясь к героическому усилию. Мы замерли, следя друг за другом. Все вокруг – и птицы, и насекомые – молчали. Затем листья на деревьях вокруг поляны сильно зашелестели, чувствуя поднятую старухой магию. Через мгновенье я или она должны были умереть.

– Не думаю, что это у тебя получится, безумная дриада, – неожиданно сказал из леса серебряный голос на нашем языке. Высокие фигуры в зеленой одежде и с луками в руках появились как будто из ничего на поляне сбоку от дриад. Те разом дернулись и втянули головы в плечи.

Союзные эльфы, пользуясь разрешением моего отца, всегда без проблем заходили в запретный для всех остальных соседей Верхний Лес через свои собственные проходы, и мне повезло, что их патруль оказался рядом в этот неприятный момент.

– Наша Владычица уважает права хозяев леса, – продолжил эльф с холодной улыбкой. – И не уважает спятивших дриад. Опусти руки, Старейшая. Твоя магия бессильна, когда наш дозор рядом. Назад, если не хочешь сгнить в траве!

Командир патруля союзников, мой старый знакомый эльф Леор из Лесной Стражи не шутил: его десяток давно уже наложил стрелы на луки и разобрал цели. Лица дриад из голубоватых стали зеленоватыми. Я знал, что их лесная магия, опасная для людей, легко разбивалась эльфами, и приободрился.

Старая дриада выпрямилась, медленно опуская руки, и прошипела по-эльфийски:

– Вы, эльфы, предаете нас людям. Зачем вам существа, назвавшие себя хозяевами леса?

– Тебе не понять, – спокойно сказал эльф своим чарующим голосом. – Ты, видно, сошла с ума, если считаешь, что лес только твой. Если кто сейчас и умрет, то ты.

Некоторое время все молчали. Я чувствовал, что магия дриады уже не может сковать меня. Вдруг одна из беременных дриад подняла опухшее лицо и посмотрела прямо на меня, и я узнал её. Она сильно изменилась, но улыбка и глаза остались прежними.

– Я не могу убить тебя, щенок, но я могу предсказать твои беды, – бешеным голосом сказала Старейшая на нашем языке, перехватив взгляд дриады. – Ты не станешь хозяином леса, ты будешь вечно скитаться по дальним краям, твои женщины бросят тебя, ты будешь бегать за драконицами, ты…

Тут она с двадцати шагов заглянула мне в глаза, как могут дриады, и я не успел отвернуться или отвести взор. Результат прорицания поразил всех вокруг – прочтя мое будущее, старуха вдруг побелела и зашаталась. Испуганные толстухи-дриады подхватили её за руки, чтобы не упала. Воцарилось молчание – и вдруг опять зажужжали насекомые, заговорили птицы.

Глядя на эльфов, я чувствовал, как сильно им хочется прибить наглых древесных женщин, но, подчиняясь хладнокровному Леору, они пока сдерживались.

– Позвольте нам уйти, – помолчав, вдруг обратилась старуха к Леору на эльфийском.

– Уходите, – презрительно пожал плечами эльф. – Рожайте в других лесах, не здесь. Мы заселим эти горы другими дриадами, поумнее и повежливее. Внизу их много родилось в последние сто лет – хозяин леса, по нашей просьбе, даст молодежи место для жизни в Верхнем Лесу. И они будут повежливее с его семьей, чем некоторые неблагодарные, выжившие из ума и бросающие родной лес.

– Только гнилых корней из нижних лесов вам и не хватает! – с ненавистью сказала старуха. Я не совсем понял эти слова, но за её спиной другие дриады переглядывались. Леор поднял брови. Надо было кончать – уже слишком много было сказано.

– Убирайтесь, и чтобы я больше вас не видел в наших лесах, – сказал я на эльфийском, снова наводя ружье на старуху. – Мое терпение на исходе. Как сын хозяина леса, я говорю вам: вон отсюда, предательницы.

Говоря это, я с усилием отвел глаза от той дриады, которую узнал. Мне показалось, что она смотрела на меня с мольбой.

– Убирайтесь – так сказал молодой хозяин, – холодно сказал эльф. – Если через десять стуков сердца вы ещё будете здесь…

Но их уже не было. Они рывком отошли к деревьям и исчезли так быстро, словно лес всосал их.

Леор кивнул крайнему эльфу, и часть патруля бесшумно шагнула в листву и исчезла вслед за дриадами.

– Они проследят, – сказал Леор своим волшебным голосом, который когда-то так чаровал моих маленьких сестер в поместье. – Но бьюсь о заклад – ты бы выиграл у неё, выстрелив первым. Уже две луны мы знаем, что она окончательно сходит с ума, и следим, кроме прочего, за её дриадами. Конечно, лучше бы прикончить старуху, но лес хочет, чтобы они ушли без боли. Кроме того, егерь жив, мастер Сергер – нет причины для мести.

– Это хорошо, что Нура жив, – с облегчением сказал я. – Но куда они уходят?

– Либо в герцогские леса, либо в леса рядом с грифонами.

– Но у нас с соседями договор. Они не смогли бы скрыться, если бы убили меня.

– При всей своей магии и связи с лесом дриады – необразованные существа, не имеющие понятия о пограничных договорах, – пояснил Леор. – Уйдя за ваши горные хребты, они неожиданно узнают, что хозяин гор и лесов Серебряного Предела лорд Кирмон – друг вашего отца, и по его просьбе может их просто изгнать. А что сделала бы его дочь, ваша подруга Алтейа – даже не представляю себе. Вы ведь знаете, что дружба с семьей Кирмона нерушима. При мысли об опасности для вас, или вашего юного брата, или для ваших сестер леди Алтейа может разорвать этих глупых дриад на части.

Я мстительно усмехнулся при мысли, что недовольные лесные создания, предав наш лес, не смогут найти себе другой.

– Но давайте приведем в чувство нашего друга Нуру, – сказал Леор. Он нагнулся и перевернул егеря на спину, затем поднес ему к носу маленький флакон черного стекла с эльфийским узором – травы, ветки и цветы в овалах. Тот сразу пришел в себя, поднял голову и взволнованно сказал:

– Хозяин, дриады разом выходят на поляну. Тут что-то не так!

– Ты, Нура, успел заметить дриад, за что они тебя и усыпили, – улыбаясь, сказал Леор. – Не знаю, кто ещё из людей успел бы. Я всегда знал, что лучше тебя нет егеря у графа.

– Напомни вечером, что тебе надо носить защитный амулет, – сказал я бледному Нуре. – Я потом расскажу. Безумная старуха может вернуться.

У Нуры глаза полезли на лоб от удивления, но он промолчал.

– Если они вернутся, мы их, с твоего разрешения, сын хозяина леса, уничтожим, – спокойно сказал эльф. – Предать можно только раз – второй раз возмездие не замедлит. Они предали тебя сегодня. Им уже нет места здесь.