Игровая площадка для грешников (ЛП) - Пекхам Кэролайн - Страница 72

Женщины закричали, а мой взгляд остановился на крупном парне, сидящем у барной стойки в очках с темной оправой, который восторженно хлопал в ладоши. Все звали его просто Том, потому что он пил только «Том Коллинз». Я догадывался, что он гей, так как бывал здесь только тогда, когда мы с командой танцевали, поэтому я проследил, чтобы его пропускали в зал, потому что его счет в баре, вероятно, мог бы оплатить колледж нескольким моим девушкам. Не то чтобы у большинства из них были какие-то планы на этот счет. Но они определенно могли купить себе первоклассный блестящий вибратор или десять штук, благодаря Тому.

Я отдал честь в такт своим коллегам-танцорам, и мы трусцой побежали за кулисы, а моя голова гудела от кайфа.

Я хлопнул Адама по плечу, и он просиял мне. — Чертовски идеально, — крикнул я, перекрикивая все еще орущую толпу в баре, когда мы направились в раздевалку, чтобы переодеться для следующего танца. Голос Джесси доносился через микрофон, так как она заполняла время пошлыми шутками и игрой «Крути колесо», где главным призом была сотня долларов.

Мое сердце бешено колотилось, и я понял, что впервые с тех пор, как я начал работать в этой сфере, я действительно на один процент нервничал из-за того, что танцевал там, зная, что Роуг находится в зале. Во мне все еще жила частичка того слишком милого маленького ребенка, которого мне нужно было задушить наволочкой и пнуть по голове. Я не был мальчиком, я был гребаным мужчиной. И мне больше, чем когда-либо, захотелось доказать ей это.

Так что, надевая ковбойский наряд для следующего выступления, я поймал свой собственный взгляд в зеркале и дал себе обещание. К концу ночи она поймет, что я больше не ребенок. Пришло время усмирить своих демонов.

***

После шоу я принял душ, смывая масло, блестки, и пот. Девичник ввалился в клуб в середине шоу, и у меня были царапины, подтверждающие это, плюс несколько визиток, засунутых в мои трусы.

Я вышел из душа, схватив полотенце, когда Техас прошел мимо меня с выставленным на показ членом, и я вытащил долларовую купюру у него между ягодиц, помахав ею у него перед лицом. — Ты пропустил одну.

Он бросился за ней, а я со смехом побежал прочь. — Что нашел, то мое!

— Засранец, — засмеялся он, а я ухмыльнулся, добавляя ее в свою кучу, которую засунул в ящик комода.

Адам пересчитывал свои деньги, теперь он был одет в белую майку и черные спортивные штаны, а его волосы были влажными после душа.

— Сколько вышло? — Спросил я.

Все наличные, что были засунуты в одежду моих танцоров во время шоу- принадлежали лично им, а все, что оставалось на сцене, делилось поровну. Я хорошо платил своим ребятам, но настоящие деньги были в чаевых. Иногда после выступления я находил стодолларовые купюры, прилипшие к моим яйцам, и если это был не лучший способ познакомиться с Бенджамином Франклином, то я не знал, что это было. У Адама впереди были лучшие дни, ради которых стоило жить.

— Чуть больше трехсот, — объявил он, сияя, и я усмехнулся. — А еще у меня есть это. С того девичника. — Он помахал передо мной визиткой с написанной на ней суммой «четыреста» и вопросительным знаком.

— Эскорт — это не для всех, — сказал я, внезапно почувствовав защитный инстинкт, над мальчиком «одна-киска», и выхватил карточку у него из рук. — Которая из них это была?

— Я думаю, это была мать невесты. — Краска коснулась его щек. — Но четыреста долларов…

Я покачал головой, опускаясь на свое место рядом с ним. — Во-первых, четыреста долларов — это недооценка себя. Во-вторых, трахаться за деньги стоит дороже, чем секс.

— Что ты имеешь в виду? — Он нахмурился.

— Оставь пацана в покое, — крикнул Рубен, его медно-рыжие волосы влажно блестели после душа. — Стриптиз — это разминка перед трахом. В конце концов, он все равно это сделает.

— Заткнись, Рубен, — прорычал я. — Не все хотят, чтобы у них гнил член, как у тебя.

— И это говорит Король Эскорта. — Он ухмыльнулся.

— Я содержу дом в чистоте, — бросил я в ответ, и его ухмылка исчезла. — В отличие от тебя, который берет доплату за то, чтобы входить «голым». Ты знаешь, когда я буду входить голым? Никогда. Потому что я планирую, что к сорока годам у меня все еще будет член.

— Ты про презервативы, да? — Спросил Адам, и я серьезно кивнул.

— Да, всегда, всегда, всегда, — настаивал я. — Но помни, если ты хочешь начать гоняться за большими деньгами, это будет стоить тебе…

— К тебе пришел горячий единорог, Джей-Джей, — прогремел Техас, и я посмотрел туда, где он стоял с голой задницей, вытирая мокрые волосы полотенцем, в то время как Роуг стояла рядом с ним, небрежно рассматривая его член. Который все еще был твердым, как камень. Демон поднял голову во мне, и я вскочил со своего места, хватая свои спортивные штаны и личные вещи, прежде чем подбежать к ней.

— Увидимся позже! — Крикнул я всем, хватая ее за руку и ведя к задней двери.

— Я хочу поздороваться с твоими друзьями, — пожаловалась она, пока я тащил ее за собой, а затем сбросил полотенце, чтобы одеться, и ее взгляд упал прямо на мой член, убив все ее мысли. В том числе, скорее всего, и ее мысли о члене Техаса. Потому что мой был произведением искусства: идеально ровный, широкий, длинный, гладкий, и все было выбрито. Требовалось изрядно трудиться, чтобы поддерживать его в таком ухоженном виде, но его внешний вид был обусловлен генетикой, и я решил, что должен поблагодарить своего донора спермы за великолепную комбинацию ДНК, которую он мне подарил. И чем больше она смотрела, тем тверже я становился, особенно когда она облизнула губы, и мой член с надеждой дернулся. Я бы хотел, Джонни-младший.

Вспомнив, что мне, блядь, надо было одеваться, я натянул боксеры, серые спортивные штаны и черную майку AC / DC, затем надел кроссовки, распихал свое барахло по карманам и снова схватить ее за руку.

— Тебе понравилось шоу? — Дразняще спросил я, и она накрутила прядь сине-фиолетовых волос на палец, встретившись со мной взглядом.

— То, на котором я только что побывала в частном порядке, или то, что в клубе? — Она ухмыльнулась.

— И то, и другое. — Я толкнул заднюю дверь и вывел ее на парковку, где на нас упал лунный свет.

— Стриптиз-шоу было безумно классным, — сказала она, улыбаясь мне.

— А частное шоу? — Я приподнял бровь, когда ее плечо коснулось меня.

Я даже не знал, куда мы идем. Где, блядь, я припарковался? Эта девчонка снесла мне крышу. Всякий раз, когда я смотрел на нее, это было все равно что смотреть прямо на солнце. Абсолютно опасно, но так охренительно красиво. Я бы позволил выжечь свои глаза, прежде чем перестал пялиться.

— Тебе придется начать брать с меня за это деньги, Джей. Это уже второй раз, когда ты бесплатно сверкаешь перед мной своим членом, — усмехнулась она, не давав мне ответа.

— Почему у меня такое чувство, что это я должен платить тебе за это? — Пробормотал я, и она рассмеялась, ткнув меня пальцем в ребра.

Мне нравилось, когда она прикасалась ко мне. Это напоминало мне, что она действительно здесь, а не просто плод моего воображения. Тысячу раз после ее ухода я просыпался с мыслью, что она все еще в моей жизни. С годами это случалось все реже и реже, но никогда не проходило совсем. Это было банально, но потерять ее было все равно что ампутировать конечность. Я всегда инстинктивно ожидал, что эта часть меня будет существовать, но как только я пытался притвориться, что она есть, я уже не мог функционировать как прежде. Потому что ее не было. И в каком-то смысле я понимал Фокса и почему он вел себя так, словно она была сокровищем, а он драконом с единственной целью — охранять его. Но я также знал, что, если мы будем держаться за нее слишком крепко, она снова сбежит. И я никогда не прощу себе, если это случится.

— Как ты сюда попала? — Спросил я. Фокс сегодня вечером забирал новую машину, так что скоро у нее будет что-то, пригодное для дороги, и я не ожидал, что он действительно решит позволить ей выйти из дома одной до этого.