Беременна от сына президента (СИ) - Попова Любовь - Страница 23

Он без штанов, ее трусы тоже на бедрах. Все так однозначно, что начинает мутить.

Но это может быть подделкой. Такого сейчас навалом. Так что звоню Пашке, своему водителю, отправляю видео и требую только одного.

— Узнай насколько оно подлинное. И выясни где сама Арина.

— Понял.

С этим выезжаю с парковки общежития на проезжую часть. Башка раскалывается. В вены словно ртуть влили. Если там она… Зачем? За попытку стать кем — то?

Отвращение при мысли, что ее тело трогал кто – то другой настоящий яд, который опухолью прорастает прямо в мозгу.

Она же моей была! Моей, блять! — бью по рулю несколько раз. Когда уже подлетаю к ресторану, где устроили банкет по случаю дня рождения будущей тещи, звонит Паша.

— Да?

— Ну… Походу настоящее. Девчонка была у него на хате, что – то подмешала, чтобы потом шантажировать. Когда не вышло, вырубила его и вытащила ценные безделушки.

— Арина? Вырубила? Она только козу может вырубить…

— Отчет полиции. У нас там свои подвязки. Девчонку ищут.

— Какая — то хрень. Проверь все точно.

— Она давно его пасла. Есть свидетельства, что она часто к нему подсаживалась, улыбалась, пыталась напроситься домой.

— Это откуда инфа?

— От соседки ее по комнате. Так что…

— Я понял.

— Девочка место под солнцем себе выбивала, понять можно.

— Ага, можно, — только трахать больше нельзя.

— Тут такое дело. Ей срок светит, когда найдут.

— Разберись. В тюрьму она попасть не должна. Заплати кому надо.

— Понял, все сделаем.

Сука! Сука! Сука! Невинная овечка… Уверен, там опять братья намутили делов, а эта дура повелась.

Выхожу из машины, чувствую, как от бессилия горит лицо. Напридумывал себе… Планы строил. Нахуя?

— Ой, ты чуть не опоздал, — налетает на меня Марина. Красивая сегодня, без перебора. Платье шик, на голове высокий хвост. Вот кто точно не рискнет пойти налево ради какой — то там мечты идиота. Верная мне до мозга костей, готовая простить любой косяк. – Спасибо что маме помог. Она оценила. Тут репортеры. Ничего?

— Наоброт, просто отлично! Пора вывести тебя из сумрака.

Марина мелодично смеется, берет меня за руку, давая повести в толпу камер под их вспышки.

Мы отвечаем день рождения, пьем, говорим тост, в какой — то момент объявляем о своей помолвке. Аплодисменты, поздравления, а я словно не здесь. Я все еще в той комнате, где моя Арина легла под старика, чтобы выбить себе то самое место под солнцем.

Готов ли я взять ее после этого в любовницы? Пожалуй, да. Только ей придется долго отмываться, пройти полное мед обследование. Но в этом есть и свои плюсы. Врать ей больше не придется. Ей придется смириться с ролью второго плана и быть со мной пока мне это будет нужно.

— Потанцуем, Карим? — шепчет Марина, чуть надавливая на колено под столом. Все и правда отправились танцевать. Киваю отцу, который ведет маму в танце. Он доволен, а мне хреново. Ощущение такое, что нажрался какой – то бормотухи как в студенчестве.

Телефон в кармане вибрирует, и я отвечаю на звонок не глядя, чуть отходя от шума.

— Паша?

— Нет, это Алла. Помнишь меня?

— Самсонова? – подружка Арины. – Ну?

— Ты должен прямо сейчас приехать. Это очень важно.

— Я занят.

— Карим, пожалуйста. Арина расскажет тебе, как все было на самом деле.

— Я и так все знаю.

— Ну тогда я расскажу. Арину забрали, я ничего не смогла сделать. Еду к тебе, чтобы все рассказать.

— Аа-а-а-а, — слышу крик и оборачиваюсь. Марина стоит, а я ее рука в крови. – Стакан лопнул. Что тут за посуда. Несла тебе шампанское.

— Ничего, сейчас перевяжем.

Врач тут как тут. Перевязывает рану, а я только спустя пол часа вспоминаю про Аллу, что ехала сюда. Звоню ей, но телефон выключен.

Выхожу на улицу, чтобы высмотреть дочку Самсоновых, замечая вдалеке столпотворение людей возле двух машин.

По спине расползается мороз. Я роняю не прикуренную сигарету и бегу туда. Слышу крики людей.

— Ее надо вытащить! Машина в хлам.

Подбегаю и вижу обломки каршеринга, а под стеклом рыжие волосы. Да быть того не может! Снимаю пиджак, накручиваю на руку и выбиваю стекло. Режу руку, но куском стекла срезаю ремень и вытаскиваю Аллу наружу.

— Быстрее, быстрее… — оттаскиваю девушку дальше от машины, закрываю собой, слыша оглушающий взрыв. Тормошу Аллу, трогаю пульс. Жива, но без сознания. – Вызвали скорую?

— Да, едет уже. Тот урод уехал. Бортонул ее, когда она поворачивала сюда, вломив ее в столб и уехал… По камерам же можно его достать? Я номера заснял.

Поднимаю голову, смотря на ресторан, из которого повысыпали люди, услышавшие взрыв. И среди них родители Аллы, которые еще не знают, что тут истекает кровью их дочь. Теперь я могу никогда не узнать, что же она мне там хотела рассказать.

Глава 22. Арина

Медленно, очень тяжело выплываю из сна. Голова еще кружится, а в ушах звенит голос Аллы «Не забирайте ее, дайте мне позвонить! Я Самсонова, вашу мать!».

Открываю глаза. Над головой мигает лампа. Чешется лоб, и я поднимаю руку, но ее дергает назад.

Больница. А что я делаю в больнице?

Тру глаза и спускаю ноги с кровати, на котором пружинистый матрац почти достает до пола. Встаю, чувствуя босыми ногами пол. Шагаю по нему, смотря по сторонам. Несколько кушеток, на них женщины, но почему – то прикованы к кроватям наручниками. Я иду к двери, толкаю ее. Возле палаты сидит, почти лежит офицер в форме.

— Девушка, вы куда собрались?

— Почему я здесь?

— Потому что меньше надо всяких наркотиков употреблять, еще будущая мама. Эх, куда молодежь катится… — женщина что – то пишет в своем журнале, потом поднимает голову на меня. – Ну что встала, жди врача, выписку, но это все утром.

— А почему все прикованы?

— Потому что преступницы.

— Не понимаю, тогда почему я здесь?

— А я почем знаю. Привезли тебя без сознания, потом отстегнули и сказали с утра выписать.

— А я могу уйти сейчас? Где мои вещи?

— В сестринской. Но, чтобы выписаться, нужен отказ.

— Я напишу, — осматриваю облупившуюся краску на стенах. – Не очень хочется здесь оставаться.

— Как я тебя понимаю, — хмыкает сзади офицер, смотря на меня сонными глазами. – Тебе повезло, что не придется несколько лет наблюдать эту картину.

— Что значит повезло? Я ни в чем не виновата.

— Да? А предъявленные обвинения говорят об обратном.

— Какие обвинения?

— В употреблении наркотиков, в причинении особо тяжкого вреда здоровью человека, о воровстве.

— Что вы несете?! Я ничего такого не делала! Не делала!

— Ну, следствие разберется, что делала, а что нет.

— Хватит тут орать мне, девок всех разбудите. Пиши отказ, забирай вещи и уходи.

Я последний раз зыркаю на молодого офицера, размашисто пишу под диктовку.

Уже через десять минут я на улице снова в своем платье. Достаю телефон, но он севший. Даже такси не вызвать. Дохожу до ближайшего кафе, прошу зарядку и уже оттуда вызываю такси до общаги.

Меня все еще подташнивает, голова болит адски. Профессор, почему я помню, что он лег на меня сверху, а я почему – то совсем не сопротивлялась.

Алла появилась так вовремя, ведь я почти изменила Кариму. Как я ему про такое расскажу.

И почему полиция предъявила мне обвинения…

Я ничего не понимаю.

Дохожу до своей комнаты, открываю дверь. Галя спит лицом к стенке, даже похрапывает. Ее парень снова здесь. И я опять сглатываю тошноту, наблюдая его обнаженный зад.

Господи, почему они не снимут себе квартиру.

Сажусь на кровати и набираю Аллу.

Раз, другой, но телефон выключен. В сети была давно. Потом все — таки решаюсь набрать Карима, потому что мы так с ним и не встретились. Он сбрасывает звонок, потом второй. Долго еще смотрю в экран. Время уже поздно… Но мог бы ответить, неужели совсем не волнуется?

Убираю телефон, иду в душ, а потом спать.