Вульф (ЛП) - Хоуп Пейсли - Страница 48

От его слов у меня мурашки бегут по коже, когда мы с Лейлой заходим в «Crimson Homes». К тому времени как мы оказываемся внутри, меня трясет.

— Ты в порядке? Что он хотел? — спрашивает Делл. — Это то самое дерьмо, о котором ты говорила, что твой муж позаботится об этом? — обращается он к Лейле.

— Он не имеет никакого отношения к «Гончим Ада», и спасибо, что пришел на помощь, но… дай нам минутку.

Делл смотрит на меня и сжимает челюсть, впервые понимая, что я каким-то образом вовлечена в мир Лейлы. Он ничего не говорит, только качает головой и поворачивается, чтобы уйти обратно в свой кабинет.

— Ты в порядке? — спрашивает Лейла, когда он уходит, проводя руками по моим предплечьям вверх-вниз. Она притягивает меня к себе и обнимает.

— Шон скоро приедет. Думаю, Вульф тоже. «Адепты Греха» бросили кирпичи с угрозами в окна клуба. Это невообразимо, чтобы член «Адептов Греха», тем более их вице-президент, находился в центре Хармони так спокойно. Шон сказал, что мы будем в строгой изоляции, пока они не разберутся с этим.

Я киваю, все еще испытывая потрясение.

В кармане пищит телефон.

Вульф: Не выходи из офиса, мать твою.

Как бы я ни была напугана, я тут же начинаю раздражаться, что он неделю не связывался со мной, а когда наконец сделал это, то снова в форме приказа.

— Я думала, ты сказала, что это на одну ночь? — спрашивает Лейла, как будто я что-то скрываю. Но это не так.

— Так и было. Я уже неделю ничего не слышала о Габриэле.

У нее открывается рот.

— Габриэль?

Я поднимаю на нее глаза.

— Что? Это его имя.

— Ничего, просто никогда не слышала, чтобы кто-то обращался к нему по имени. Он действительно позволил тебе так его называть? — спрашивает она, пристально глядя на меня.

Я моргаю.

— Да?

— Хм. Судя по тому, что говорит Шон, только мать называла его по имени.

Лейла достает телефон и начинает набирать номер, а я отворачиваюсь, не зная, что делать с информацией о том, что никто не называет его по имени, но мне он позволил, а потом просто ушел от меня.

Я глубоко вдыхаю, пытаясь успокоиться, но ничего не получается. Он знает, где я живу? Что ему может быть от меня нужно? Наверное, стоит обновить коды системы безопасности.

Звук Харлеев, проносящихся по центру города, невозможно не услышать. До того, как я познакомилась с Габриэлем, я бы почувствовала себя неуютно. Теперь же этот звук успокаивает меня, и я не могу этого объяснить. Он громкий, даже изнутри офисного здания.

Мы с Лейлой одновременно оборачиваемся, чтобы посмотреть на них. Конечно, ее телефонный звонок привел сюда Шона, и она была права — перед ним Габриэль. Дни, проведенные без него, сделали его еще более волнующе прекрасным и пугающим. Мое дыхание учащается, когда он подъезжает и снимает шлем, как раз в тот момент, когда Делл появляется из офиса на шум мотоциклов.

— Что, черт возьми, происходит? — спрашивает он, когда Габриэль и Акс входят в здание.

Габриэль оказывается рядом почти мгновенно, он проверяет меня на наличие травм или чего-либо, что могло бы сообщить ему, что со мной не все в порядке. Он прикасается к моему лицу, плечам, чтобы убедиться, что на мне нет каких-то следов насилия, но я отстраняюсь.

— Мы в порядке, — говорю я, отводя глаза.

Он сжимает челюсть.

— Ты закончила на сегодня. Пойдем.

Я поднимаю на него глаза.

— Я работаю до трех.

— У тебя сегодня выходной. И ты закончила.

Его категоричный тон влияет на меня, и я решаю не спорить, но, несмотря на это, я в ярости. Я подумываю пойти с ним, хотя бы для того, чтобы отчитать его, что он не выходил на связь целую неделю.

— Твою машину отгонит проспект. Он встретит нас у тебя дома. — Габриэль не говорит больше ни слова, он просто кивает в сторону выхода и поворачивается, чтобы уйти.

Я смотрю, как он садится на свой мотоцикл, не сомневаясь, что я последую за ним. Я перевожу взгляд с него на Делла. Выражение разочарования на его лице похоже на то, которое, по моим представлениям, было бы у моих родителей в этом сценарии.

Он поднимает руку, указывая на дверь. Молча давая мне понять, что я могу идти, если хочу.

Лейла подходит к Деллу и обнимает его.

— Ничего страшного. Мы в порядке, это просто мера предосторожности. Тот другой клуб опасен. Скажи ему, — говорит она Аксу, шлепая его ладонью по спине.

— Конечно, — немедленно отвечает Акс. — Извини, брат, но, похоже, нам нужно приложить больше усилий, чтобы эта мразь здесь не появлялась.

— Похоже на то, — говорит Делл, стараясь звучать авторитетно, но у него не получается.

Лейла подходит ко мне и смотрит в окно на Габриэля.

— Я не знаю, что между вами происходит, но с ним ты в безопасности. Позволь ему отвезти тебя домой, — шепчет она, обнимая меня.

Лей с Аксом идут к двери, бросив мне через плечо «я напишу тебе позже», и я в последний раз поворачиваюсь лицом к Деллу.

— Ты уверена, Бринли? — спрашивает он, и от меня не ускользает двойной смысл его вопроса. Все ли со мной в порядке и могу ли я чувствовать себя в безопасности, уезжая с Габриэлем.

Я перевожу взгляд с Делла, стоящего передо мной, на Габриэля, ждущего меня на улице. Один из них олицетворяет ту жизнь, которая была у меня раньше — предсказуемая, безопасная, скучная. Другой, сводящий меня с ума, совершенно непредсказуем. Как ни странно, никакого выбора нет. Я хватаю свою сумочку.

— Увидимся во вторник, — говорю я Деллу.

Бросив последний взгляд на Лейлу и Акса, стоящих у своего мотоцикла, я выхожу за дверь и забираюсь на заднее сидение мотоцикла Габриэля. Он протягивает мне шлем через плечо. Я надеваю его, и гнев, который я испытываю, смешивается с чем-то еще, с чувством глубокого удовлетворения, когда я обнимаю его за талию и впервые за пять дней вдыхаю его запах. Он накрывает мою руку своей и сжимает.

Я все еще злюсь, но, как ни странно, никогда не чувствовала себя в большей безопасности.

Глава 36

Бринли

Как только мы подъезжаем к моему дому, я делаю для себя мысленные пометки. Я слезаю с мотоцикла, не говоря ни слова.

Первое: позвонить в охранную компанию, чтобы они приехали утром.

Второе: может, завести собаку? Да, так я и сделаю — заведу добермана.

Я открываю входную дверь, набрав код на клавиатуре, как раз в тот момент, когда к дому подъезжает мой автомобиль, а за ним пикап. Я направляюсь внутрь, захлопываю дверь и прислоняюсь к ней спиной.

Через открытое окно я слышу голос Габриэля, который разговаривает с проспектом. Я закрываю глаза и молюсь, чтобы он просто ушел. Мне не нужно, чтобы он ломился в мою дверь. Я хочу сохранить хоть немного достоинства. Выходные, которые мы провели вместе, были… нереальными, но боль, которую я испытала, когда он просто стоял у моей кровати и смотрел на меня так, словно со мной покончено, все еще слишком свежа. Глупо, но на какое-то мгновение, пока мы были вместе, я подумала, что, возможно, Габриэль чувствует то же, что и я, — что ничто в этом мире не может быть лучше, чем он. Как будто наши тела созданы друг для друга. Глупо — ключевое слово.

Я иду через весь дом на кухню и наливаю стакан воды. Когда я уже собираюсь сделать глоток, раздается звук клавиатуры на входе, а затем ужасающий звук отпирающейся двери.

Он знает код? Откуда?

Габриэль входит на кухню и бросает ключ от своего мотоцикла на стойку. Он ничего не говорит, стоя по другую сторону острова. От осознания того, что он может входить и выходить из моего дома в любое время, когда захочет, делает его в моих глазах еще более пугающим.

Его глаза впиваются в меня, словно ему было почти больно находиться вдали. Я выкидываю из головы согревающее ощущение его взгляда. Он ранен, сквозь белую футболку на его плечах видны пятна крови, и я понимаю, что, скорее всего, это от разбитых окон в клубе.