Моя чужая дочь, или Сюрприз для богача (СИ) - Кроваль Яна - Страница 20

— Но мы же договаривались... Ты обещал!

Чёрт с ним, с Вадиком — он был мне и даром не нужен! Удержать уплывающую из рук надежду было гораздо важнее. Однако я не знала, как это сделать — и, похоже, выбрала неверную тактику.

— Серёга, поди, тоже много чего тебе наобещал. И где он сейчас? — триумфально парировал Вадим.

— Это нечестно! — само сорвалось с языка.

Мной всё сильнее овладевало отчаяние... Которое лишь придавало силы моему противнику:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ничего. Будет тебе урок на будущее, как мужикам рога наставлять!

Спорить дальше, пытаясь отстоять своё доброе имя, не имело никакого смысла. Пришлось приступить к угрозам.

— Тогда я пойду к Дегтярёву и всё ему расскажу! — заявила, отчаянным рывком взяв эмоции под контроль.

— Иди, — великодушно разрешил Вадим, направляясь к лестнице. — И про беременность не забудь упомянуть. Увидишь, как он обрадуется!

Что-то здесь явно было нечисто. И я, глядя бывшему в стремительно удаляющуюся спину, твёрдо решила докопаться до истины. Сегодня. Любой ценой. И плевать, что Вадик по-любому доберётся до Сергея Михайловича раньше меня! Я уже ничего не теряла... Вот только осуществить свои грандиозные планы мне было не суждено.

Не успела я сделать и двух шагов по направлению к своей комнате, как меня бросило сначала в жар, потом в холод, затем тело охватила жуткая слабость, перед глазами всё поплыло, колени подогнулись — и наступила тьма.

7

«Он планирует развод», — высветилось на экране.

«Сделай что-нибудь!» — испуганно округлив глаза, быстро напечатала Марина.

«В процессе. Я просто хотел тебя предупредить».

Это сообщение она оставила без ответа. Прочитала, смахнула в сторону, но потом передумала, открыла приложение и удалила всю переписку.

— Что-то случилось? — стоило Марине заблокировать смартфон, лениво поинтересовались с соседнего шезлонга.

— Да так, — женщина надела сдвинутые на лоб солнечные очки, торопясь скрыть недовольный взгляд, на который обратил внимание собеседник, и улеглась на спину, грациозно закинув ногу на ногу. — Подружка написала. На мужа пожаловаться.

— А ты?

— А я не хочу её слушать. Надоело.

— Понимаю. Трудно проникнуться чужими проблемами, когда у самой всё хорошо. В деньгах тебе Дегтярёв не отказывает, на море одну отпускает, под неустанным контролем не держит... Да нам на него молиться впору! — усмехнулся телохранитель.

— А когда ему это наскучит? — ухватилась за поданную мысль Марина. — Если он вдруг решит меня бросить — ты останешься со мной?

— Конечно! — от возмущения мужчина даже повернулся набок, ловко приподнявшись на локте. — Куда я денусь? Ведь ты для меня дороже всех на свете... Ты — и наша дочь. Но выцарапать её из рук Дегтярёва практически невозможно. А жаль. Я бы хотел познакомиться с ней поближе...

— Зачем? Чтобы расстроиться ещё сильнее? Наина же умственно отсталая. Разговаривать — и то до сих пор не научилась...

— Знаю. Ты говорила. И я не собираюсь обвинять тебя в чёрствости. Понимаю, как трудно тебе находиться рядом с ней. Видеть её. Каждый день... Подобное испытание не всякому по плечу. Поэтому мне не в чем тебя упрекнуть. Но иногда, в мечтах, я представляю нас счастливой семьёй. Троих. А лучше сразу четверых...

— Нам нельзя больше заводить детей. Это опасно. Ты же понимаешь.

— Разумеется, — отмахнулся телохранитель. — Плодить инвалидов в мои планы не входит. Хотя потренироваться лишний раз я никогда не против.

С этими словами он обвёл взглядом аппетитную фигуру Марины, недвусмысленно задержавшись на изгибе её бёдер — и женщина расплылась в смущённой, немного похотливой улыбке.

— Тогда пойдём в номер, — закрыв неприятную тему, она плавно села и, взяв собеседника за руку, безапелляционно потянула его прочь от бассейна.

А тем временем в кабинете Дегтярёва происходил совсем другой разговор.

— Да как ты не понимаешь! — в сердцах выдал Вадим. — Не принесёт тебе это счастья!

— Зато ей — принесёт, — Сергей Михайлович невозмутимо пожал плечами. — А мне уже ничего не поможет.

— Ей! Будто у тебя гарантии есть!

— Нет. Но и причин считать её просто жадной до денег бабёнкой я тоже не вижу. Непохожа она на ту, кто после свадьбы на шею сядет и ножки свесит, забыв о своих материнских обязанностях. И она уж точно не упрашивала Марину поменяться детьми. Что сразу ставит её на сотню ступеней выше моей жены. Для которой, кстати, финансовое благополучие имеет первостепенное значение.

— Да, но это не повод доверять аферистке! Она тоже не упустит шанса разбогатеть. И ты ещё сто раз пожалеешь о своём решении.

— Откуда такая уверенность? По-моему, Светлана вполне приличная женщина. Не без недостатков, естественно, но идеальных людей не бывает. И меня она полностью устраивает.

— Ты её не знаешь.

— А ты? — Дегтярёв в упор посмотрел на друга. — У тебя есть доказательства её вероломной натуры?

Блондин замялся. Что Сергей Михайлович воспринял как сигнал к наступлению.

— Я и так уже отказался от идеи скорого развода, заменив его судебным процессом по совместной опеке над детьми, — откинувшись на спинку кресла, заявил он. — С твоей, между прочим, подачи. Хотя с гораздо большим удовольствием предпочёл бы отложить всё на неопределённый срок, оставив Светлану в должности няни с постоянным проживанием на моей территории. Однако твой аргумент, что народ стоит подготовить к предстоящему скандалу, меня убедил. На фоне проблемы с перепутанными детьми развод с дальнейшей свадьбой действительно станет для людей не потрясением, а закономерным итогом. И не сильно отразится на моём рейтинге. Но то, что ты предлагаешь сейчас, переходит всякие границы! Зачем мне отбирать ребёнка у родной матери? Обоих детей! Столь необдуманный шаг, да ещё и без веской причины, непременно погубит мою репутацию. С гарантией.

— Твоей репутации и так конец, — всё-таки нашёл в себе силы возразить Вадим. — Я не хотел тебе показывать, но вот, — он вытащил смартфон, что-то вбил в поисковике и протянул другу. — Статья о тебе. Притом не в жёлтом, а во вполне себе приличном издании. Пускай и в электронном.

Изменившись в лице, Дегтярёв обеспокоенно подался вперёд, схватил телефон и впился взглядом в экран.

— А за причиной дело не встанет, — довольный произведённым эффектом, добавил блондин. — Не накопаем, так придумаем. Не волнуйся. Не впервой. Никто к тебе не подкопается.

— Полагаешь, это её рук дело? — прочитав пару абзацев, обречённо уточнил Сергей Михайлович.

Не забыв, впрочем, вернуть аппарат собеседнику.

— Разумеется, её! А чьих ещё? Она обещала сдать тебя журналистам — она это сделала. Со всеми подробностями. Там даже её детские фотографии есть.

— Но зачем? Какая ей от этого выгода? — Дегтярёв выглядел донельзя растерянным.

— Не знаю. Но факт налицо. Возможно, она передала материалы ещё до того, как устроилась к тебе логопедом. А сейчас, когда нашёлся подходящий канал для публикации, они просто всплыли. И очень вовремя, надо заметить. Пока ты не успел совершить ничего непоправимого.

— Хорошо, — решившись, выдохнул Сергей Михайлович. — Я поговорю с ней. И пришли мне ссылку. Ознакомлюсь на досуге повнимательнее.

— Обязательно поговори! — Вадим с готовностью выполнил требование друга. — Она, конечно, будет отпираться — но ты умеешь выводить людей на чистую воду. Заодно и убедишься, что она далеко не та невинная овечка, которой ты её себе представляешь.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— Но до моего вердикта ты ничего предпринимать не будешь! — спохватился Дегтярёв.

— Как скажешь. Разве что материалы для опеки всё-таки поищу. Если ты не против. Вдруг что-нибудь существенное попадётся? Тогда ты точно от суда не отвертишься. Да и не люблю я без дела сидеть.