Алый бант в твоих волосах (СИ) - Седов Павел - Страница 10

Легонько прижавшись ко мне плечом, Сашка посмотрела в экран ноутбука, на котором красовалась открытая схема производственной линии. Неуклюже встала со стула и улеглась на диван, который я приготовил для себя. Но горящий в комнате свет не давал ей уснуть. Она ворочалась, пока я, наконец, не закончил вносить правки в проект.

Сохранив доделанную работу, я закрыл крышку ноутбука, потянулся и направился в ванную, чтобы сделать дела и почистить перед сном зубы.

Тихо вышел в окутанную ночной темнотой гостиную, прошёл мимо дивана и уже почти скрылся в своей комнате. Но вдруг услышал шёпот Саши.

— Тём?

— Что?

— Мне страшно. Я не могу уснуть. Ты не мог бы побыть со мной рядом?

Чувствуя, как меня самого уже почти вырубает, я почесал за ухом. Но решил, что проще будет согласиться. И лёг на вторую половину дивана. Сестра повошкалась под покрывалом и повернулась ко мне лицом.

— Спокойной ночи, — прошептала она.

— Давай спи. Мне завтра рано вставать, — ответил я, стараясь не закрывать глаз, но веки предательски слипались.

— Тёма? — Сашкин голос выдернул меня из дрёмы. — Артём!

— Ну что опять?

— Можно спросить?

— О чём? — сонно прошептал я.

Сашка заворочалась. А через пару секунд прижалась спиной к моему плечу. Даже через покрывало, которым она укрывалась, я ощущал тепло её тела.

— Я полежу так? Мне так будет проще уснуть.

— Ага, — устало согласился я, стоически борясь со сном из последних сил.

❖ ❖ ❖

Открыв глаза, я с ужасом осознал, что наступило утро. Сашка лежала под боком, уткнувшись головой в мою подмышку и закинув на меня одну ногу. А мы оба укрывались её покрывалом. Пошевелив рукой, я коснулся Сашкиной спины и кончиками пальцев ощутил приятное тепло её нежной кожи.

— Ну? И как это понимать⁈ — раздался где-то над головой разгневанный голос старшей сестры. — Вы всё-таки переспали⁈

Глава 6

Если хочешь, можешь потрогать

— Ну? И как это понимать⁈ — раздался где-то над головой разгневанный голос старшей сестры. — Вы всё-таки переспали⁈

От неожиданности я дёрнулся и ещё больше напугал проснувшуюся от крика сестры Сашку. Она распахнула глаза и, увидев перед собой моё лицо, судорожно отползла в сторону, стаскивая с меня покрывало.

Я лежал на спине, в одних лишь боксёрах. И, почувствовав движение накрывающей меня махровой ткани, ухватился за её край, боясь, что девчонки увидят то, на что им смотреть не следует. Но Сашка так быстро сгребла тёплое покрывало в кучу, что я мгновенно лишился единственной своей защиты. Прохладный воздух комнаты тут же заставил мои ноги покрыться колючими мурашками.

Диван в гостиной, на котором спали я и Саша, стоял почти по центру комнаты. Так что, куда ни глянь, со всех сторон его окружало свободное пространство. И где бы сейчас ни находилась Катя, для неё я был как на открытой ладони.

Но мне очень повезло, что сегодня мой утренний стояк уже прошёл. Иначе я даже не знаю, как смог бы всё объяснить девчонкам. В моих трусах ничего не топорщилось, и я с облегчением выдохнул.

Приняв вертикальное положение, подобрал ноги под себя и развернулся к Катюхе. Стоя перед диваном в короткой тёмно-серой юбке в крупную складку и такой же короткой белой майке с квадратным принтом на груди, она упирала кулачки в бока, словно фарфоровая сахарница, и очень недовольно смотрела на нас с Сашкой.

— Мы?.. Нет!.. — сбивчиво начал объяснять я. Мой едва проснувшийся мозг натужно скрипел извилинами, пытаясь собрать в единое целое события последнего вечера. — Я вчера долго работал и просто уснул.

— Ну это понятно, что ты уснул. А что она делает в твоей постели⁈ — не унималась Катюха.

Сашка испуганно смотрела то на меня, то на сестру, часто хлопая длинными ресницами и прижимая к груди скомканное покрывало.

— Вообще-то, мы с Артёмом поменялись кроватями… — сказала она. — Прости! Это я во всём виновата!

— Прощаю! — снисходительно произнесла старшая сестра, будто Сашка говорила это ей, а не мне. — Но теперь Артём должен переспать со мной!

— Да не делали мы ничего такого! — Наконец, поняв, что сестра имеет в виду, я начал злиться. — Говорю же, я просто уснул!

Она так легко и просто говорила это слово, будто в том, чтобы с кем-то переспать, не было ничего особенного. Ну да, обычное же дело! Чего уж там!

— Хм! — хмыкнула Катька и подозрительно посмотрела на свою сестру. — Ну, тогда просто поспать. Почему Сашке можно лежать с тобой в обнимку, а мне нет? Я тоже так хочу!

Сашка ещё больше покраснела и, казалось, уже была вот-вот готова разреветься. А я совершенно не был уверен в том, что Катя вообще понимает, о чём говорит. В её возрасте девушки обычно серьёзнее относятся к таким вещам, и говорить так может либо малолетняя дурочка, либо прожжённая опытом нимфоманка.

— Не кричи на неё! Это вышло случайно, — максимально серьёзным тоном произнёс я. — Так ведь, Саш?

Не поднимая глаз, Сашка виновато закивала. Она натянула смятое покрывало ещё выше, до самого подбородка, и прижала его к груди обеими руками, согнутыми в локтях с жалобно торчащими вверх кулачками. Я смотрел на её голые плечи, силясь понять, отчего Сашка так напряжена.

— Но это не отменяет того, что вы спали вместе. И чтобы стало по-честному, я тоже должна с тобой… поспать, — уже не так бойко продолжала Катюха. Может, до неё, наконец, дошёл смысл её слов? Она как-то странно посмотрела на сестру, а потом снова нахмурилась. — А что ты там прячешь? Небось лифак не надела? А, может, ты ещё и без трусов? — риторически спросила она, схватилась за покрывало и резко сдёрнула его с сестры.

Покрывало небрежно рухнуло на пол, подняв в воздух искрящиеся в свете утреннего солнца пылинки. А Сашка обхватила одну грудь ладошкой, пряча другую под локтем, и сунула вторую ладонь между ног, видимо, пытаясь скрыть от моего взгляда свои голубые трусики. Кроме них и носков, что я сам вчера и надел, на Сашке больше ничего не было.

— А-а-а-а! — шумно втягивая в себя воздух, воскликнула Катя. — Вот! Я так и думала! Быстро говори! Он уже видел твою грудь?

Сашка решила ничего не скрывать от сестры и просто закивала. Вчера в ванной я действительно видел её обнажённой, но всего пару секунд. Да что там, просто мазнул взглядом по фигуре. Даже разглядеть толком ничего не успел!

— Тогда вот! Ты должен увидеть и мои! — произнесла Катя. Скрестив руки, ухватилась за нижний край своей майки и потянула его вверх. В комнате повисла тишина, прерываемая лишь сопением сестёр. — Почему ты не смотришь? У меня что, некрасивая грудь, да? — опять начала Катька и, видя, что я отвернул голову в сторону, расстроилась и обречённо заключила: — Я так и знала! Ну что это за соски́? Даже у Сашки и то больше! А у меня… — чуть не плача рассуждала Катюха и судя по теням на простыне, трогала свою грудь.

Я действительно отвернулся, не желая лицезреть этот перформанс. Но почему-то не решался его прекратить.

— Ничего подобного! — ответил я. — Красивая у тебя грудь!

— Да откуда тебе знать? Ты даже не видел… Тебе что, так сложно посмотреть?

Боковым зрением я заметил, как Сашка пялится на обнажённую грудь сестры и невольно сравнивает её со своей, легонько отнимая ладошку и наклоняя вниз свою голову. Откуда у этих дурёх вдруг взялась такая тяга к эксгибиционизму?

Ну и засада! Что же мне делать? Прекратить этот цирк? Тогда Катька может решить, что её грудь и правда некрасивая. Расстроится. Подумает о себе невесть что! Придётся смотреть.

Я медленно повернул голову и встретился взглядом с сестрой.

— Грудь ниже, болван! Ты не туда смотришь! — Катюха и впрямь злилась, потому что начинала обзываться, только когда была чем-то или кем-то раздражена.

Мой взгляд прошёлся вдоль шеи, захватил смятую ткань задранной майки и остановился на двух прекрасных холмах. Не холмиках, а настоящих таких упругих холмах почти идеально круглой формы. Крохотные соски́ Кати торчали немного вверх, вздымаясь над небольшими аккуратными ареолами, цвет которых был лишь едва темнее кожи вокруг них.