Совилкупление (ЛП) - Карделло Рут - Страница 13

Когда мы с Мерседес проходим через стеклянные двери, я спрашиваю:

— Могу я отвезти нас обратно?

Она бросает на меня странный взгляд.

— У тебя есть права?

— На вождение машины?

— Да, на вождение.

— У меня есть удостоверение личности.

Она качает головой.

— Тебе нужно сдать экзамен по вождению и иметь права, выданные USA, прежде чем ты сможешь легально водить машину.

— Потому что таков закон?

— Да.

Конечно.

Внутри здания другие люди ступают на то, о чем я слышал, но на чем никогда не был, — электрическую лестницу. Мерседес уверенно шагает вперед, и я следую ее примеру.

— Итак, это торговый центр ”Провиденс Плейс".

— Он большой. Больше всего, что было в моем городе, но в таких городах, как Нью-Йорк, могли быть здания такого размера. В Европе их не было. По крайней мере, там, где мы были.

Мы сошли с электрической лестницы, и я остановился, чтобы оценить огромные размеры внутреннего помещения здания. Центр был открыт для нижних этажей. Во всех направлениях вдоль стен тянулись витрины магазинов. Все было ярким, блестящим и… более броским, чем я привык.

Мимо проходят пары с детьми, и вроде все как всегда, но и мужчины, и женщины одеты в джинсы или брюки, и никто ни с кем не здоровается, проходя мимо. Будущее — это напряженное место, но понять, почему все так спешат, сложно.

— Думаю, я знаю, в чем ты будешь хорошо смотреться, если доверяешь мне, — неуверенно говорит Мерседес.

Мое внимание возвращается к ней.

— Уверен, мне понравится все, что ты предложишь.

Мы вместе идем по холлу. Я останавливаюсь у витрины, полной женского нижнего белья, выставленного на всеобщее обозрение. Мерседес, кажется, этого не замечает. Я рад, что у меня всегда было непроницаемое лицо.

Она останавливается перед магазином.

— Похоже, это в твоем стиле.

J.Crew.2 Кажется, там действительно есть одежда, в которой мне было бы удобно.

Как только мы входим в магазин, ко мне подходит молодой мужчина и свистит.

— Вот это харизма. Это косплей или OП? — я не понимаю, что это значит, поэтому он добавляет: — Это оригинальный персонаж?

Я обращаюсь к Мерседес за помощью.

Она сияет.

— Ты можешь его видеть?

Молодой человек смеется.

— Хорошо, я понял. У меня тоже есть чувство стиля, и я не выдаю своих профессиональных секретов, потому что я также не хочу, чтобы кто-то копировал меня.

Я молча киваю.

Мерседес хватает меня за руку и радостно сжимает ее. Она лучезарно улыбается.

— Он может видеть тебя.

Я прижимаю ее к себе и тихо говорю:

— Вероятно, нам следует держать нашу радость по этому поводу при себе.

— Конечно, — говорит она, не выпуская моей руки, и поворачивается к молодому мужчине. — Я бы хотела купить пару современных нарядов для моего самого настоящего друга. Не могли бы вы помочь нам подобрать несколько вещей, которые подошли бы ему?

— Конечно, — отвечает молодой мужчина. — Позвольте мне устроить вас в раздевалке.

Беглый взгляд вокруг подтверждает, что женская одежда также есть в наличии.

— Не могли бы вы также подобрать для нее несколько платьев? Что-нибудь, что, по вашему мнению, привлекло бы внимание мужчины.

Молодой человек подмигивает мне.

— Попался. Я помещу вас двоих рядом. Жаль, что вы не можете приодеться в одной раздевалке, сегодня здесь моя начальница, она ханжа.

— Я рада, что побрила ноги, — бормочет Мерседес, и я заливаюсь смехом, который, уверен, она не оценила. Я мужчина в расцвете сил, умеющий ценить противоположный пол. Мерседес заставляет меня вожделеть ее и почти воркует, она такая очаровательная. Я не знаю, что делать с чувствами, которые она пробуждает во мне.

Мерседес заходит в маленькую комнатку, куда ведет нас этот парень. Я стою возле соседней, которую, по его словам, могу использовать. С порога своей раздевалки Мерседес шепчет:

— Это довольно забавно.

Я улыбаюсь.

— Так и есть.

Я не могу вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя молодым и беззаботным, но ходить по магазинам с Мерседес — одно удовольствие. Молодой мужчина наполняет мою комнатку одеждой для примерки, затем возвращается со стопкой платьев для Мерседес.

Мы обмениваемся последним взглядом, прежде чем закрыть двери. Я впечатлен предоставленным выбором. Джинсы, свитер в серую и черную полоску, а также темно-серое шерстяное пальто. Неплохо. Все это подходит. Я выхожу из комнаты и стучу в ее дверь.

— Я покажу тебе, если ты покажешь мне.

Она смеется.

— Хорошо, но приготовься — оно розовое.

У меня перехватывает дыхание, когда она осторожно высовывает голову, затем открывает дверь полностью и встает передо мной в нежнейшем льняном платье до колен и белом свитере.

— Это напоминает мне сахарную вату.

— Правда? Все настолько плохо?

— Нет, — я убираю прядь ее волос с глаз и обхватываю за затылок. — Это так вкусно. Я мог бы съесть тебя в этом.

Ее рот округляется.

— Итак, да?

— Да.

Ее глаза медленно, о, так медленно, скользят по всему моему телу.

— Ты тоже хорошо выглядишь.

— Так мы это берем?

— О, да.

Я провожу кончиками пальцев по ее приоткрытым губам.

— Я верну тебе деньги, как только смогу. Мой приоритет — мои ребята, но я не забуду твоей доброты.

Ее дыхание согревает мой палец, и я борюсь с желанием затащить ее в эту комнатку и показать, как сильно я ее хочу. Но я не могу. Мне нужно сосредоточиться на том, чтобы выяснить, что случилось с остальными. Секс никогда не был достаточно веским предлогом, чтобы бросить боевого товарища.

— Я просто так рада, что ты настоящий, — говорит она.

Я качаю головой, признавая про себя, что нам обоим было бы легче, если бы я не чувствовал то же самое по отношению к ней.

— Иди примерь другое платье.

В течение следующего получаса я одобряю каждое чертово платье, которое она надевает для меня, и понимаю, что, возможно, именно ее невозможно не признать привлекательной. С каждым нарядом и комплиментом она становится смелее, пока не начинает кружиться в платьях передо мной, и я изо всех сил пытаюсь вспомнить, почему это не может быть моей жизнью.

Что касается меня, то я выбираю пару джинсовых брюк, а также более официальную пару брюк, несколько рубашек и шерстяной блейзер. С ее помощью я также выбираю самую удобную пару спортивной обуви для себя, а также туфли для Мерседеся. Все это намного лучше того, что когда-либо выдавало мне правительство.

Мы оба проголодались после покупок. Итак, переодевшись в новую одежду, мы ставим сумки в ее машину. Она хочет отвезти меня на ужин, но, вспомнив содержимое ее холодильника, я предлагаю вместо этого зайти в продуктовый магазин.

— Я все приготовлю, — обещаю я.

Это меньшее, что я могу сделать, учитывая, что она купила для меня одежду. Отсутствие собственных денег немного задевает мою гордость, но я из тех, кто никогда не дает пустых обещаний. Достаточно скоро я десятикратно отплачу Мерседес.

Ничто в моей жизни не подготовило меня к тому, какими большими стали продуктовые магазины. Как и торговый центр, место, где люди покупают еду, теперь даже называется “супермаркет”, и я вынужден согласиться. Ряды за рядами с таким количеством еды, что человек и представить себе не может, из чего выбирать, и большая часть продуктов привезена со всех уголков света.

Мерседес толкает перед собой тележку для покупок, когда внезапно поворачивается ко мне и спрашивает:

— Что тебе нравится?

Я пожимаю плечами.

— Мясо. Картофель. Овощи.

— Да ладно. Должно быть что-то, чего ты жаждешь.

Кроме нее?

— Что-нибудь с сахаром. Мы почти не ели сладкое.

Ее лицо озаряется.

— Я не очень хорошо готовлю, но я люблю печь. Как ты относишься к шоколаду?

— Люблю.

— Брауни?

— Что это?

— Похоже на торт, но более плоский десерт в виде квадратиков.