Любимая - Грегори Джил - Страница 28

Роудон подстрелил и ощипал тетерева и принялся жарить его. Вместо того чтобы смотреть, как он это делает, Джулиана уставилась на огонь. Интересно, размышляла она, свяжет он ее сегодня или нет. Она страшилась этого момента, но понимала, что не может противостоять Коулу. Слишком неравны их силы. К тому же интуиция подсказывала: он не из тех, кто легко меняет свои решения. Одно хорошо – что он не попытался обидеть ее. Остается только молиться, чтобы так было и дальше.

Джулиана знала: она не будет просить его о пощаде и не проявит перед ним свою слабость. Единственное ее оружие против него – это гордость и сообразительность. И она воспользуется ими в полной мере.

Коул жевал сочный кусок мяса и наблюдал за Джулианой. Он находился в странном состоянии, как будто эта стройная светловолосая красавица с грустными зелеными глазами и потрясающей фигурой загипнотизировала его. Да что же с ним такое?

Джулиана обхватила себя руками, и Коул увидел, что она дрожит. Проклятие. Все оказывается не таким простым, как он предполагал. Чем дольше она находится рядом, тем сильнее волнует его. Ну как он мог позволить себе поцеловать ее сегодня утром и забыться настолько, что даже не услышал шагов старателей?

«Нас обоих могли бы убить, – подумал он. – Что же, черт побери, со мной происходит?»

После Лайзы ни одна женщина так на него не действовала. Это к добру не приведет. Недолго и умереть в мечтах о золотых волосах, о манящих глазах, о губах, таких сладких, что он не мог забыть о них…

– Куда вы? – спросил Коул, когда Джулиана встала и, отряхнув юбку, направилась к лесу.

– Мне нужно уединиться, – процедила она сквозь зубы, возмущенная тем, что приходится обсуждать с ним интимные проблемы. Как будто ей требуется его разрешение! – Уверяю вас, у меня нет намерения сбежать.

– Рад слышать это. – Роудон кивнул. – Возможно, в вас больше здравого смысла, чем я полагал.

Джулиана гордо вскинула голову и углубилась в лес. Справив нужду, она услышала слева от себя журчание воды и по тропинке спустилась к ручью. Обрадовавшись возможности наконец смыть с лица дорожную пыль, она опустила руку в ледяную воду. Неожиданно справа, очень близко от нее, раздался странный звук. Джулиана резко повернула голову и закричала.

Ее полный ужаса вопль разорвал ночную тишину гор.

Глава 11

Коул подбрасывал в костер дрова, когда услышал крик. Насторожившись, он повернулся к лесу.

«Чертова баба, что там еще случилось?»

Крик внезапно оборвался. Это насторожило Коула еще сильнее. Схватив «кольт», он стал пробираться между деревьями и кустами, готовый к любой неожиданности. Будь то встреча с апачами или с каким-нибудь бродягой. Он не знал, жива Джулиана или убита.

Наконец Коул снова услышал ее голос, пронзительный, испуганный. По звуку он определил, что она у ручья, и поспешил туда. Выбежав к ручью, Коул остановился как вкопанный. Его глазам открылась невероятная картина: Джулиана сидела на дереве, а прямо под ней стоял огромный черный медведь и когтями царапал ствол.

– Уходи, – говорила Джулиана медведю, приникнув к суку, на котором сидела. – Кыш! Возвращайся домой и оставь меня в покое. А-а-а! – вдруг закричала она, покачнувшись и едва не упав вниз.

– Вы притягиваете к себе неприятности, – заметил Коул, наблюдая за ней с расстояния в десять футов.

Услышав его голос, Джулиана устремила на него полный ужаса взгляд.

– С-сделайте что-нибудь, – выдохнула она. – Д-долго я здесь не продержусь, я п-падаю…

Медведь повернулся к Коулу и зарычал. Его черные глаза засверкали. Он встал на задние лапы. Казалось, он решает, броситься ли на Коула или ждать, когда жертва свалится с дерева. Тишину снова нарушил его рев.

– Не стреляйте! – велела Джулиана. – Найдите иной способ избавиться от него.

– Вы не в том положении, чтобы отдавать приказы, – буркнул Коул, невольно любуясь девушкой. С подобранной юбкой, из-под которой виднелись длинные стройные ноги, она действительно являла собой восхитительное зрелище. – Могли бы и предупредить, что у вас тут назначена встреча с приятелем. Я бы оставил вас вдвоем.

– Не смейте насмехаться надо мной… в такой момент! – Сук треснул под ее весом, и Джулиана вскрикнула. – О Господи…

Медведь задрал голову и вытянул огромную лапу вверх, туда, где сидела девушка.

– Какая связь между вами и Монтгомери?

– Что-о? – Джулиана не верила своим ушам.

– Вы слышали меня.

Из ее исцарапанных пальцев сочилась кровь, силы были на исходе, тело отказывалось повиноваться.

– Едва ли… это подходящий момент…

– Трудно найти более удобное время. Если не хотите танцевать со своим приятелем, быстрее отвечайте. И говорите правду.

– Коул… пожалуйста!

– Так какая связь?

– Они мои братья, но они не имеют никакого отношения к…

– Томми – ваш брат?

– Да, да, один из братьев. А теперь…

Медведь начал взбираться по дереву.

– Коул! – завопила Джулиана.

– Почему вы упали в обморок у салуна?

Джулиана отчаянно цеплялась за ветви. Морда зверя была всего в каких-нибудь десяти футах от нее. Она видела оскаленные клыки.

– Ради всего святого…

– Почему?

– Потому что я не выношу вида крови! Но вид вашей крови доставил бы мне удовольствие! А теперь быстро уберите от меня это животное, только не… не стреляйте… до последнего!

– Может, вы хотите, чтобы я с ним потанцевал? – осведомился он и поднял «кольт».

Медведь, будто догадавшись о его намерениях, спустился с дерева, встал на все четыре лапы и уставился на Роудона.

Коул выстрелил, и пуля пролетела в нескольких дюймах от головы животного. Взревев, медведь отскочил в сторону и замер. Казалось, он собирается с силами для атаки. Коул выстрелил еще раз и с боевым кличем шайенов побежал на медведя. Тот издал короткий рык, развернулся и скрылся в лесу.

Коул спрятал «кольт» в кобуру. Почему же он не убил медведя, спрашивал он себя. Ведь грозный зверь мог бы броситься на него, вместо того чтобы убежать! Глупая баба. «Не стреляйте в него». А он послушался. Коул нахмурился, возмущенный до глубины души, но кто был причиной возмущения – он сам или Джулиана, – определить не смог.

– Итак, мисс Монтгомери, – буркнул он, глядя на нее, – мне известно, что вы умеете ездить верхом, воровать и лазать по деревьям. Каждый день я узнаю о вас кое-что новенькое. Но вот вопрос: умеете ли вы благодарить?

– С-снимите меня отсюда, – взмолилась Джулиана. – Кажется… я сейчас упаду…

Едва она успела произнести эти слова, как сук с громким треском сломался. Джулиана полетела вниз, прямо на руки Коулу. Выражение ее лица, пунцового от гнева и смущения, было настолько комичным, что он не удержался от улыбки.

– О-ох! Отпустите меня, – потребовала Джулиана, ощутив железную хватку его рук. – Немедленно отпустите!

– Как скажете, мэм. – Коул бесцеремонно бросил ее на ковер из сосновых иголок.

Приземлившись, Джулиана вскрикнула от возмущения и боли. После целого дня, проведенного в седле, и лазанья по деревьям у нее болела каждая косточка. Она не представляла, сколько еще может выдержать.

– Вы… вы… – Ярость мешала ей говорить.

– Слушаю вас. – Подавив смех, Коул притронулся к шляпе и направился к лагерю. – Бродите по лесу сколько угодно – возможно, ваш дружок вернется, и вы потанцуете, – бросил он через плечо и услышал, как Джулиана вскочила на ноги.

– Подождите… меня!

Он не замедлил шаг и не оглянулся, и Джулиане пришлось бежать.

– Вы… вы невозможный, неблагородный, невоспитанный грубиян…

– А вы самый неблагодарный, вечно всем недовольный нытик, от вас одни неприятности…

Секунду они стояли друг против друга, освещенные лунным светом, падавшим на них сквозь сосновые ветки. Джулиана – растрепанная, с налипшими на платье иголками, с яростным блеском в глазах, а Коул – все с тем же холодным насмешливым выражением на лице. Вдруг он взял ее за плечи и потянулся к ней. Он мог бы поклясться, что собирался поцеловать ее. Но в последний момент, когда их губы разделяло всего несколько дюймов, Коул отпрянул, мысленно проклиная себя за слабость, оттолкнул Джулиану и пошел прочь.