Любимая - Грегори Джил - Страница 51

Роудон!

Ее взгляд метнулся к окну. Темно. Солнце давно село.

Что она наделала? О чем, ради всего святого, она думала?

«Дура, идиотка!» – Джулиана вскочила. Как она могла забыть о Коуле, о хижине? Он же собирался вернуться к закату! Ее пробила дрожь, руки стали ледяными. Да, она безумно обрадовалась встрече с Уэйдом и Томми, да, ей надо было многое рассказать им и многое узнать, но как она могла забыть о Коуле?!

Он же взял с нее слово, что она не будет выходить из хижины. Он беспокоился о ней. А она нарушила обещание, потом ее увез Серое Перо, и…

И Коул решит, что она погибла или что ей грозит гибель, – к такому выводу он придет, когда не найдет ее в хижине. Наверняка он подумает, что ее схватил Нож.

Надо вернуться. Великий Боже, она обязана вернуться!

Однако Джулиана не была уверена, что найдет Коула в хижине. Вероятнее всего, что он отправился на ее поиски. Не исключено, что он натолкнется на людей Ножа. И они убьют его, если он снова окажется в их руках, обязательно убьют! Возможно, он уже мертв. Ее сердце сжалось от ужаса, она почувствовала, что вот-вот упадет в обморок. Однако ей удалось справиться со слабостью. Джулиана стремительно выбежала из хижины, прежде чем кто-либо сообразил, что происходит.

Уэйд выбежал вслед за ней. Он увидел, что Джулиана в панике мечется по двору, и, нагнав ее, схватил за руку.

– Джулиана, что случилось? Куда ты собралась?

Она испуганно вглядывалась в ночной мрак.

– Мне нужна лошадь. И проводник. Серое Перо…

– Ты никуда не поедешь. Ты с ума сошла?

Джулиана вырвалась из рук Уэйда и побежала прочь. Томми попытался перехватить ее, но не успел.

– Нет, остановись! Ты сломаешь себе шею в темноте. – Он все же поймал ее и прижал к себе.

В этот момент прозвучал выстрел, и с его головы слетела шляпа.

– Отпусти ее.

В этом спокойном голосе, прозвучавшем из непроглядного мрака, слышалась такая яростная угроза, что у Джулианы волосы встали дыбом. Она узнала голос Коула.

– Коул! Коул, со мной все в порядке! – крикнула она. – Не стреляй! – Джулиана загородила собой братьев. – Это Уэйд и Томми!

В кустах, росших на Жезловой горе, раздался тихий звук, из темноты вынырнула тень и двинулась в их сторону. В слабом свете звезд Джулиана увидела высокую, мускулистую фигуру Коула.

– Хвала Всевышнему! – проговорила она сквозь счастливые слезы и бросилась к нему в объятия. Но тут же изумленно ахнула, так как он больно схватил ее за плечи и остановил на расстоянии вытянутой руки.

– Итак, ты цела и невредима.

Его тон был странным. Холодным. Суровым. Таким же, как в те времена, когда он думал о ней самое худшее.

– Коул, я действительно очень виновата. Я забыла обо всем. Мы праздновали – разве это не замечательно? Уэйд и Томми наконец-то нашли меня, вернее, меня отыскал Серое Перо. Нам надо было о многом поговорить. Проходи в хижину, выпей вина, позволь мне представить тебя…

Джулиана замолчала. Ее глаза привыкли к темноте, она разглядела лицо Коула, и ей стало страшно. На его лице было то же выражение, как когда он встретил Кэша Хогана, Люка и Бо. Она похолодела от страха, колени стали ватными. Он перевел бесстрастный взгляд с нее на Уэйда и Томми.

– Руки прочь от моей сестры!

Повернувшись, Джулиана обнаружила, что Уэйд и Томми вскинули пистолеты. В призрачном звездном свете виднелись силуэты Янси, Серого Пера, Скунса и Джила. Их оружие тоже было нацелено на Коула.

– Отойди от нее, Роудон.

Она едва узнала голос Томми. Ее красивый, озорной брат превратился в опасного противника и заговорил тем же тоном, что Уэйд и Коул.

– А теперь бросай оружие, – приказал Уэйд, после того как приблизился к Коулу и вырвал из его рук Джулиану.

Губы Коула изогнулись в усмешке, однако он не шевельнулся.

– Уэйд, Томми, не надо! – Джулиана повернулась к братьям и в мольбе протянула к ним руки. В платье цвета морской волны, с золотистыми волосами, освещенная светом звезд, она казалась существом неземной красоты, ангелом или русалкой, поднявшейся из морских глубин. На ее прекрасном лице лежала печать тоски. – Уберите пистолеты! Коул не причинит мне вреда! Все это время он помогал мне. Он спас меня от людей Маккрея в Платтсвилле. Я даже не могу сосчитать, сколько раз он спасал мне жизнь. Уберите оружие, черт бы вас побрал! Немедленно! – Она метнулась к Коулу и загородила его собой, хрупкая, нежная. Защитила от пяти разгневанных вооруженных мужчин. – Делайте, как велено, иначе я уеду с ним и больше никогда не вернусь.

– Джулиана, что бы он ни говорил тебе, что бы ни делал, чем бы ни забивал тебе голову, все это ловушка, – поспешно произнес Уэйд, не сводя взгляда с Роудона. – Он охотник. Его цель – вознаграждение, то, которое назначили за тебя и за нас.

– Зайди в хижину и дай нам разобраться с ним. – Томми был не похож на себя. – Он врал тебе, Джулиана, это же ясно. Мы все обсудим потом, а сейчас, ради всего святого, зайди в хижину и оставь его нам.

– Чтобы вы пристрелили друг друга? Никуда я не уйду.

Джулиана бросила сердитый взгляд на братьев, потом, резко развернувшись, посмотрела на Коула. Ее охватила ярость.

– Мужчины! Как вы похожи! Вы считаете, что кровь решит все вопросы, так? Те, кто убил маму и папу и оставил их в луже собственной крови, думали так же. А теперь взгляните, с чем мы остались. Если бы все сложилось иначе, возможно, никого из нас не было бы сейчас на этой Богом забытой горе! Возможно, мы бы сейчас сидели за ужином с мамой и папой в нашем доме в Индепенденсе. С тех пор я бегу от жестокости. За последнее время я видела столько ужасов, что хватит на целую жизнь. Я сыта ими по горло, слышите? Сыта драками, перестрелками, побоями и угрозами!

Ее голос дрогнул. У Коула по спине пробежал холодок. Так вот что наводило на нее ужас, вот почему она падала в обморок при виде убитых и молила не убивать медведя! Ее родители, так же как и его, были зверски убиты. Как ни печально, но в этом их судьбы схожи. Бедняжка. Неожиданно гнев красной пеленой застлал ему глаза. В висках запульсировала боль. Жалость. Или просто напряжение, обнаженное и уродливое. Он был словно помешанный, с тех пор как вернулся в хижину, не нашел ее там и решил, что она в руках Ножа. Он едва не сошел с ума от страха за нее, впервые ему было так худо. Движимый отчаянием, он искал ее до тех пор, пока у ручья не обнаружил ее гребень. Он почувствовал себя так, будто кто-то выворачивает его наизнанку. Ее след было трудно разобрать, он дважды терял его, а потом находил снова. В конце концов он добрался до нее, целой и невредимой, в окружении братьев, красивой в этом платье, как морская ракушка. Она забыла думать о нем, ей и невдомек, что он выстрадал, когда она исчезла!

Коул ощутил острую боль в животе, но вызвана она была не тревогой или страхом за Джулиану. Чем-то еще. Тем, чему он не мог дать определения. В его мозгу билась единственная мысль: она в нем больше не нуждается. Она быстро забыла о нем, как только нашла своих братьев. Именно это и причиняло боль. Но он не намерен устраивать тут кровопролитие. Хотя, кажется, ее братцам не терпится отстрелить ему башку.

«Джулиана, – готов был сказать он, – успокойся. Я знаю, как говорить с твоими братьями. Мы выясним кое-что, и я уеду».

Но Джулиана так и не дала ему шанса разрешить проблему самостоятельно.

– Бросьте оружие, вы все, – скомандовала она. Ее грудь вздымалась. – И немедленно. Если кого-нибудь из вас убьют или ранят, я… я спрыгну в пропасть. Клянусь.

В подтверждение своих слов она двинулась к краю обрыва, но Коул остановил ее, обняв за талию.

– Я уже оттащил тебя от одной пропасти, ангел мой. Не искушай судьбу, балансируя на краю другой.

Джулиана была потрясена тем, что теперь его голос звучал мягче и в нем слышались веселые нотки. Он держал ее за талию уверенно и крепко.

– Дикая кошка, – прошептал он ей на ухо и обратился к Уэйду: – Предлагаю объявить перемирие, чтобы кое-что выяснить. Интуиция подсказывает мне, что в данном случае мы союзники.