По ту сторону границы (СИ) - Климов Виктор - Страница 16

Тут лучше попробовать заработать доверие. Тем более, что ничего серьёзного он всё равно рассказать не мог.

- Я - сам по себе, - с расстановкой произнёс Вадим. – Я не работаю на правительство, или на какую-либо правительственную структуру. Я простой предприниматель, в меру успешный. Люблю вот путешествовать.

- Ты сказал, что хотел посетить места, где жил в детстве со своими родителями. И, тебе это удалось? – Айюнар взяла со стола некий темно-красный фрукт размером с крупную сливу и надкусила его, внутри он оказался ярко-жёлтым, но по виду не таким сочным, как обычная слива.

Хозяйка казалась одновременно раскрепощённой и уверенной в себе. Не исключено, что свою роль в этом играло присутствие, как она его назвала, офицера безопасности, который мог избавить своего нанимателя от присутствия незваного гостя по щелчку пальцев.

- Я был несколько удивлён тому, что увидел, но да, я вспомнил места, в которых жил в детстве.

- И чему ты был удивлён?

- Заброшенности.

- То есть ты не знаешь, почему твой народ покинул Рубеж?

- По всей видимости, у командования были на то причины, - осторожно ответил Вадим, - но меня о них не информировали.

- Хм… - с сомнением покачала головой Айюнар.

- Бывает так, что условия меняются

О том, какие трудности страна, построившая здесь целый город, переживала три десятка лет назад, Вадим решил не упоминать. Неизвестно ещё, какие выводы могут сделать его хозяева из этой информации. Государство или какая-то структура, действующая от его имени, просто-напросто не могла себе позволить содержать этот объект с экономической точки зрения.

И те редкие высказывания, что позволял себе его отец, говорили именно об этом, как бы банально это не звучало. Просто не было денег. Но почему тогда сейчас никто сюда не вернулся? В то, что денег на это всё ещё не было, Вадим не верил. Неужели просто забыли?

- Что ж, бывает, - кивнула Айюнар. - Недавно ты мне сказал, что видел ещё кого-то на территории ваших людей, за колоннами Ад-эйн-Маукит. Можешь описать его подробнее?

- Сложно сказать, были предрассветные сумерки. С виду он или она – разобрать было не возможно – был похож на человека. Руки, ноги, голова. Разве что замотан был, как мне показалось, не пример вам, в какие-то тряпки что ли. И лицо закрыто полностью. Очками или маской с повязкой. Мне показалось, что стёкла блеснули.

Айюнар наклонилась к Дауту и что-то ему зашептала на ухо. Зачем такая секретность, учитывая, что всё равно не понимал ни слова, Вадим не понимал. Они могли прямо сейчас, глядя ему в глаза, обсуждать способы его приготовления – на гриле или в духовке фаршированным этими замечательными неведомыми фруктами – он бы всё равно сидел бы и тупо улыбался в ответ.

По всей видимости, ни решили, что услышали сейчас достаточно, и что Вадим не представляет опасности для хозяйки шатра, так как «особист» поднялся и, бросив короткий взгляд на Вадима, вышел наружу.

Айюнар осталась сидеть на месте, продолжив свою трапезу. Она показала жестом, что Вадим может не стесняться и тоже брать со столика всё, что пожелает. Голод действительно начинал порядком мучить Вадима, но это был правильный голод восстанавливающего силы организма. Главное, чтобы незнакомая пища не вызвала неожиданных реакций организма.

Кстати, о реакциях организма – надо бы как-то поинтересоваться, где тут у них отхожее место, или что-то подобное. Не исключено, что ему покажут идти куда-то в пустыню. По крайней мере именно так вели себя обычные бедуины, насколько он помнил.

Айюнар слегка подалась вперёд, собираясь что-то сказать.

- Чтобы ты понимал, Вад`им, - Айюнар сделала неопределённый жест рукой, - Договор не обязывает нас казнить всех, кто пересёк Границу. Договор говорит, что любой, кто пересек границу не в установленном порядке, находится в полном распоряжении другой стороны Договора. Одна из сторон, конечно, может спросить, что там с тем, кто перешёл границу, но отвечать никто не обязан, как и выдавать живого или мёpтвoго нарушителя.

- Круто!

- Причём здесь угол наклона? – приподняла ровную бровь Айюнар.

- А, это просто оборот речи такой.

Если честно, то Вадим всё-таки испытал облегчение, что Договор оставлял некоторый простор действий в отношении нарушителей Границы.

- Это мы настояли на таком условии, - продолжила Айюнар.

- Довольно жёсткое условие, - признал Вадим.

- Что поделаешь, Договор, вообще, можно сказать, написан кровью.

Вадим несколько церемонно склонил голову, приложив руку к сердцу.

- Будет ли мне позволено когда-нибудь прочесть сей Договор, чтобы понять что здесь произошло много лет назад и чтобы исключить дальнейшее его нарушение?

- Что ты тут сейчас изображаешь? Зачем эта церемонность? Неужели в твоём мире так сильно изменились условия за последние десятилетия?

Кажется, Вадиму удалось разобраться в психологии Айюнар.

- Мой мир изменился очень сильно, но церемонности в нём не прибавилось, скорее наоборот.

Айюнар бросила на него любопытный взгляд.

- Ну, вот и здесь так не надо. Вежливость – вполне достаточное условие, чтобы непутёвый – как ты сказал? – турист не был съеден более-менее цивилизованными дикарями.

Вадим довольно кивнул.

- А у вас и такие есть?

- Как и везде, - улыбнулась Айюнар.

- Госпожа, - начал было Вадим, но осёкся увидев взгляд Айюнар.

- Ты – гость, тебе можно называть меня по имени. Так даже будет лучше в глазах окружающих. Они будут понимать, что ты под моей защитой.

«Или пленник» - подумал Вадим, а вслух произнёс:

- Айюнар, вы сказали…

- У нас не принято использовать множественно число при личном обращении, - опять перебила его Айюнар.

Вадим вздохнул.

- Айюнар, ты сказала, что Ашраб-ан-Даут нимейский офицер. Это народ, орден, или каста?

- Народ. Если тебе интересно, то большинство в караване – сайхеты. И эта земля, - она обвела взглядом вокруг, - земля сайхетов. И ещё далеко за горизонтом.

- А нимейцы, они в основном живут где?

- Ты не в меру любопытный. Но тебе, в каком-то роде, позволительно. Нимейцы живут далеко на севере отсюда. И когда-то сотни лет назад мой народ с ними жестоко воевал. Ну, или они с нами. Это как посмотреть.

- Прости, мне действительно любопытно.

- Но и ты мне будешь рассказывать, что да как в твоём мире за горным хребтом происходит, договорились?

Вадим понял, что последние слова были даже не вопросом, а предложением, от которого нельзя отказаться. Что же, он будет рассказывать. Рассказывать в надежде на то, что не станет причиной межгалактической войны, выдав что-то, что считает для себя неважным, но что важным считают его новые хозяева.

Но он также заметил одну особенность, когда с ним говорила Айюнар. Она сказала, что её интересует, что происходит за горным хребтом, через тоннель в котором прошёл Вадим, и ему показалось, что она имела в виду именно территорию за хребтом, а не совершенно другой мир. Может они считают, что там лежит просто другая страна? Или в их понимании «мир», «земля» и «планета» это одно и то же? Надо будет разобраться.

Однако, если они думают, что за горным хребтом просто лежит другая территория с другим государством, то неужели они не разу не проводили воздушную разведку, чтобы увидеть, что там происходит?

Не исключено, что их отношение к Договору носило характер некоего табу, когда нельзя – значит нельзя. Ни под каким предлогом.

Однако, наличие незнакомца, которого встретил Вадим, говорило, что для кого-то Договор не является такой уж большой преградой для тех, кто испытывает острое желание побродить там, где это делать запрещёно законом. Что же, такие люди были всегда и везде. А его хозяева, судя по всему, люди. Ну, или очень на них похожи.

Вадим поймал себя на мысли, что ему бы очень не хотелось узнать, что внешний облик окружающих и той же Айюнар это лишь картинка, созданная в его воображении, а на самом деле она выглядит как жутких размеров самка богомола, или сухопутная каракатица. Тем более, что она начинала ему нравиться.