По ту сторону границы (СИ) - Климов Виктор - Страница 48

Вадим выдохнул, но рукоять ножа не отпустил. Перевёл взгляд на Айюнар и даже немного опешил. Уж лучше пусть пожертвуют грузом, чтобы они там не перевозили, чем им.

Но подождите! Что это?! Айюнар, прямо сейчас стоя обеими ногами на красном песке, пытается оценить возможные финансовые потери? Хочет понять, стоят ли они риска быть сожранными Красными песками? Бросить всё и ускориться, чтобы гарантированно спасти жизни, свою и своих людей, либо рискнуть всем и попытаться выйти из Красных песков с товаром, вот на какой вопрос сейчас старалась дать ответ Айюнар.

Вадим одновременно был и напуган и восхищён такой реакцией своей спасительницы. Неужели они перевозят такой ценный товар, что он стоит того, чтобы вот так ставить его на другую чашу весов? Или, Айюнар просто так устроена, что не готова сдаваться даже перед лицом непосредственной опасности? Занимательно, однако.

- Цепляйте баржи к животным! – приказала Айюнар, и Даут дал отмашку погонщикам. Позади послышались щелчки карабинов и металлический звон цепей.

Бедные животные, только и подумал Вадим, представив, что теперь им придётся тащить не только тот груз, что навешан на них, но тот, что находится на баржах, как и сами баржи. Оставалось надеяться, что гиганты были довольно выносливы от природы и смогут выдержать ещё один марш-бросок по пустыне, зря их что ли поили и кормили, как на убой.

Внезапно в голове Вадима появилась довольно странная мысль. Он посмотрел себе под ноги и сделал шаг на красную субстанцию.

Ни-че-го. Он подпрыгнул.

- Жить надоело? – заметила его проделки Айюнар.

- Нет, просто захотелось проверить, - задумчиво произнёс Вадим.

- Проверил? Тогда в вездеход! – скомандовала она. – У нас не так много времени.

И это говорит человек, который поставил сохранность груза на первое место в ущерб скорости! Ну-ну. Этическая дилемма была разрешена Айюнар очень быстро.

Поступил бы Вадим также? Он задумался. Первая мысль, которая пришла в голову, что всё бы зависело от груза. Чёрт! Неужели он бы тоже рискнул своей и чужой жизнью? Вот ведь незадача.

- Следовать строго за мной! – потребовал Даут, обращаясь к Айюнар на русском, а потом, по всей видимости, продублировал указание по рации для остальных людей. Вадим, однако, подозревал, что это было лишним, так как Даут в караване пользовался непререкаемым авторитетом (чего стоит только спланированная им ночная атака) и люди и так понимали правила поведения в Красных песках.

Думать о том, что будет, если они не смогут вовремя покинуть область Красных песков, не хотелось. Вадим сел на своё место в салоне, закрыл глаза и представил идеальный пляж, на котором всегда хотел оказаться, но который оставался исключительно плодом его воображения.

Глава 17. Поезд

Сложно казать с чего всё началось. Вроде ничего не предвещало неожиданностей. Руслан хотя и опасался расцветавшей в армии дедовщины, о которой доходили слухи на гражданку, откосить от армии даже не думал. Решил, будь что будет, куда отправят служить, туда и поедет, а если кто попытается на него наехать – пойдёт до конца, терять ему особо нечего.

После внезапного развода опекунов, которых он считал вторыми родителями после смерти настоящих, он находился в некотором раздрае чувств и, в отличие от многих сверстников, не воспринимал предстоящую службу в армии, как что-то плохое. В каком-то смысле ему было всё равно.

Скажут во флот - пойдёт во флот, и не важно, что служить придётся три года вместо двух. В войска Дяди Вани (на что он втайне надеялся) - пойдёт в туда. Пехота так пехота. Был ещё, конечно, вариант попасть в стройбат, но он всё-таки считал, что с его оценками и здоровьем туда не отправят, хотя он и понимал, что на его нежелание идти в стройбат в военкомате всем будет тупо наср@ть. В конце концов, это такая же служба.

В военкомате с ним долго и упорно общался особист (при этом, как ему показалось, значительно дольше, чем с другими призывниками) и ещё какие-то люди в штатском. Неужели КГБ? Если КГБ, то велика вероятность оказаться в пограничных войсках. Они же вроде в подчинении госбезопасности находятся.

Особист и те, что были в штатском, в какой-то момент стали задавать вопросы, которые заставили брови Руслана удивлённо приподняться, но он на них отвечал как есть, ничего не скрывая. А зачем собственно? Пусть слушают. Какой вопрос - такой ответ. В военкомате вообще надо отвечать как у врача – ничего не скрывая. Кто его знает, какие там тараканы в голове у особиста, работа у него такая. Тем более, время сейчас не сказать, чтобы спокойное. Вроде бы всё как обычно, но уже чувствуются перемены, которые совсем не факт, что окажутся к лучшему.

Ещё и психиатр, если можно так выразиться, не подкачал, действуя, как показалось Руслану, в одном ключе с особистом. Вроде всё как обычно, задаёт вопросы, чтобы понять, что ты не начнёшь палить по сослуживцам, как только в твоих руках окажется автомат. Но потом… тоже как спросит, так спросит! Хоть стой, хоть падай! И ещё Руслану показалось, что когда он был у психиатра на осмотре, тот не просто так говорил по телефону, а с кем-то консультировался по поводу нового призывника.

Остальные специалисты тоже отнеслись к его персоне тоже с повышенным интересом. Разве что стоматолог молча осмотрела его зубы, которые всегда отличались здоровьем – на текущий момент Руслан не имел ни одной пломбы – что-то записала в карточке, и он отправился дальше по списку.

В общем, то, что после полугода учебки им объявили, что их часть поедет в Афганистан, Руслана не удивило. Афганистан был сейчас у всех на слуху, и у него во дворе даже жили те, кто успел выполнить свой интернациональный долг помощи афганскому народу. Один, вроде, ничего так, хотя пить стал много, а вот другой приехал без ноги, подорвавшись на душманской растяжке.

Удивило то, что его выдернули за сутки до общего отъезда, разбудив ни свет, ни заря, велели собрать вещи, и усадили в автобус (обычный красный «Икарус»), набитый по большей части такими же пацанами, как и он сам. Среди пассажиров, впрочем, он заметил людей возрастом гораздо старше себя, одним своим видом демонстрирующих, что они имеют звание отличное от простого рядового.

- Вова! – Парень на соседнем кресле протянул руку. – Ты знаешь, что происходит? Куда нас везут?

- Руслан, - он ответил рукопожатием. – Не представляю. Обещали вроде в Афганистан отправить.

- Зачем тогда нас разбудили? Отправили бы вместе со всеми, - Вова выглядел возбуждённым и явно хотел поболтать.

- Да говорю же, не знаю, - раздражённо пожал плечами Руслан, сказывался недосып. – Раз разбудили, значит так надо. Думаю, остальной народ тоже с нами поедет. Спроси у них.

Он осмотрел присутствующих. Те, что были старше – среди пассажиров были и тридцати- и сорокалетние мужики, явно повидавшие всякого в своей жизни – выглядели довольно уверенными, многие вообще спали, не обращая внимания на тех, кто ходит по салону автобуса. Они, похоже, точно знали, куда их отправят и оттого нисколько не переживали по этому поводу.

Можно было бы поинтересоваться у них, но это могло быть сочтено нарушением дисциплины и субординации, за которым последует наказание в виде наряда вне очереди. А зачем нарываться?

Но новый знакомый Вова, видать не сильно опасался возможности лишний раз насладиться чисткой картофеля на кухне или мойкой полов, и решил докопаться до впереди сидящего парня, который по возрасту был им гораздо ближе, но который подобно старшим пассажирам спокойно дремал, прислонив голову к окну.

- Эй, уважаемый! – Вова постучал соседа пальцем по плечу.

Парень вздрогнул, просыпаясь.

- Чего тебе? – огрызнулся он.

- Я дико извиняюсь, но куда нас везут?

Парень потянулся, с наслаждением зевнул.

- Ты в курсе, что такое секретность? – нравоучительным тоном спросил он. Видать, ему было известно гораздо больше, чем Руслану с Владимиром, либо он просто делал важный вид.