По ту сторону границы (СИ) - Климов Виктор - Страница 51

«Ну почему же, можно и самим полететь»

«В один конец, если только»

"И варимся мы как в той скороварке под плотной крышкой. Сваримся так, что от нас кашица останется. Только ведь мы даже со скоростью света ещё летать не научились."

"E=mc квадрат? Эту константу ещё никто не смог опровергнуть."

"Да, E=mc квадрат. Однако, ещё пару веков назад люди думали, что аппараты тяжелее воздуха летать не могут, что уж говорить о том, чтобы летать со скоростью, превышающей скорость звука в несколько раз. Не исключено, что ещё не пришло время, чтобы эта константа стала условной."

Но как сказала Айюнар, ты же сюда не на космическом корабле попал, соответственно без ответа остаётся фундаментальный вопрос: он на другой планете в той же вселенной (пускай, и в другой галактике) или в каком-то параллельном мире? Особом состоянии Вселенной? В другой реальности? Недаром же того бедолагу, что пытался пройти тоннелем там расколбасило.

То, что это не антивселенная, основанная на антиматерии, он был полностью уверен. Такая вселенная не должна быть простым зеркальным отражением его собственной. Во вселенной, основанной на антиматерии, и звёзды должны гореть по-другому и законы физики должны действовать не так, как мы привыкли. Здесь же пока что всё было знакомо и понятно.

Вадим постучал по крыше вездехода. И гравитация, и материя здесь ничем не отличается от того, как он их обычно воспринимает.

"А ты не думал, что пройдя в этот мир, ты просто стал жить по его законам, а следовательно никаких изменений просто не замечаешь?" - подал голос внутренний оппонент.

"А давай лучше применим правило бритвы Оккама, окей?" - был ответ.

«Давай!» - согласился сам с собой Вадим. В конце концов, ему, как любителю школьного курса астрономии, больше нравилось думать, что он оказался просто на другой планете.

- Долго ещё? - решился, наконец, спросить Вадим, уставший от споров со своим внутренним я, и уже морально готовый к тому, что ответ Айюнар может быть довольно холодным.

- Очень надеюсь, что к полудню мы покинем это проклятое место! - на удивление, в её голосе не было той резкости, какая была, когда он задал вопрос о её воспоминаниях относительно Красных песков. Скорее уж злость и азарт.

Значит ещё минимум несколько часов. Несколько долгих часов перехода по непонятной субстанции, которая, с одной стороны, представляла собой обычный песок, а с другой была смертельно опасна. И которая по какой-то непостижимой причине пока никак себя не проявляла.

Неужели те двое бедолаг реально сыграли роль жертвоприношения, которые умилостивили злых духов? Взаимосвязь была, на первый взгляд, очевидна, но механизм не понятен. Впрочем, как и в любом религиозном обряде.

Не! Не-не-не! В богов Вадим не верил, тем более во всяких там духов, кикимор и домовых. Он и крест-то носил больше ради традиции, хотя и причислял себя к христианской культуре по рождению. Да мать просила, пока жива была.

Он смотрел на происходящее с точки зрения своего времени, с позиций знаний двадцать первого века, когда люди практически лишились религиозного образа мышления. Они, конечно, насочиняли себе новых образов и смыслов, но тем не менее...

К слову, интересно, как бы он воспринимал происходящее, родись он не в конце двадцатого столетия, а, скажем так, в веке тридцатом? Или хотя бы двадцать пятом?

Нет-нет, здесь что-то другое. Ничего сверхъестественного! Что-то, что просто нужно понять и разложить по полочкам и папочкам, на формулы и чертежи.

Караван двигался по красному морю так быстро как мог.

Вадим повернулся к Айюнар. В конце концов, надо как-то коротать время, так почему бы не воспользоваться улучшившимся настроением хозяйки.

- В вашем мире совсем нет ископаемых ресурсов? - этот вопрос давно уже мучил его, к тому же ответ на него помог бы понять уклад жизни, царящий в этом обществе.

- Ты имеешь в виду сырьё для топлива, на котором ездила ваша техника?

Вадим хотел возразить, что тех, кто построил пограничный городок и завёз сюда танки и бэтэры, можно с натяжкой назвать "его людьми", хотя бы потому что Советского Союза не было уже больше двух десятилетий, но в последний момент решил, что, в целом, Айюнар права.

- Да, нефть или что-то в этом роде, - подтвердил он. - Ты же знаешь, что такое нефть? И газ?

- Конечно, знаю, - фыркнула она. - За кого ты нас принимаешь? За безграмотных дикарей, молящихся Солнцу?

- Не хотел обидеть! - спохватился Вадим.

Но, кажется, Айюнар просто решила позабавиться, и он продолжил:

- Вы используете солнечную энергию, и это понятно почему, - он зажмурился, бросив взгляд на восходящее светило, - но налицо проблемы с эффективностью, или я ошибаюсь?

- Ты наблюдательный, Вадим, - Айюнар прищурила глаза. - И задаёшь много правильных вопросов. Может, ты шпион?

Видимо, она осталась довольна выражением лица Вадима, так как широко улыбнулась и продолжила говорить, периодически прикладывая к глазам бинокль.

Она упрямо что-то пыталась разглядеть на горизонте, как будто хотела ускорить чьё-то появление. Вадиму она сразу напомнила времена, когда он ещё студентом ездил на учёбу на автобусе и, опаздывая на лекции, по несколько раз выходил на проезжую часть, высматривая нужный автобус. Как будто от этого он приехал бы быстрее.

- Люди твоего мира привозили топливо для своих машин с собой, благодаря чему ваша техника в определённый момент времени была в чём-то лучше, быстрее нашей. Они тоже искали сырьё в нашем мире, чтобы не зависеть от поставок извне, но у них так ничего и не получилось. По крайней мере, не в том объёме, который бы мог удов...удо, - она запнулась, пытаясь выговорить слово, и в итоге произнесла его почти по слогам, - удо-влет-тво-рить их потребности.

- Почему?

- Потому что запасы углеводородов в нашем мире ограничены, Вадим, если не сказать, скудны. Мы не можем их расходовать, сжигая, ради работы двигателей. Но я тебе больше скажу: мы всё равно постоянно их ищем. И тому, что у нас есть, мы готовы найти более подходящее применение. А чуть быстрее мы едем, или чуть медленнее... ко всему приспосабливаешься.

- А что с ними стало, если их так мало? Всё использовали… до вас? Или их было мало изначально?

- Так было, когда я родилась, так было и до меня, и даже ещё раньше, на много поколений в прошлое. Зато у нас много солнца, как ты успел заметить. И не использовать его энергию было бы опрометчиво, но, в то же время, это накладывает определённые ограничения, - она задумчиво посмотрела на Вадима. - Иногда, бывает, надёжнее и быстрее использовать дертейя, чем гонять вездеход, или тех же уат-эйев, хотя они тоже имеют свои недостатки.

- Много пьют и едят?

Айюнар согласно кивнула.

- Но, чтобы ты там не думал, мы знаем, что такое двигатель внутреннего сгорания, Вадим. И у нас есть соответствующая техника, которую мы использовали, когда...

Айюнар замолчала, словно, размышляя, стоит ли продолжать.

- Когда вы воевали с нами? - помог Вадим. - Ты это хотела сказать?

- Именно, - серьёзно ответила она.

- Тут стесняться нечего, - произнёс Вадим, - особенно после того, как ты мне показала поле с подбитыми танками.

- Пожалуй, ты прав. Почему-то мне показалось, что это может поставить тебя в неловкое положение. Красные пески, наверное, так действуют.

«Я бы с удовольствием оказался с тобой в неудобном положении, - подумал Вадим, - и в удобном тоже»

Но, кажется, он смотрел в глаза Айюнар чуть дольше, чем следовало, и она даже слегка наклонила голову в немом вопрос.

В мозгу одна за другой пронеслись непристойные картинки, прежде чем он, опомнившись, отвёл взгляд.

- Может, и пески, - глядя в сторону, согласился Вадим. - Но ты же вроде говорила, что мой и твой народ подписали некий Договор, зафиксировав мир.

- Ну, "мир" это сильно сказано. Скорее, статус-кво, но, в целом, так. Странная была война. Никому не нужная, но очень кровавая. Одно хорошо - длилась недолго.